ГОЛОВА ИУДЫ НАЙДЕНА!
Игорь снял с фонарика руку, яркий луч озарил фрески. В центре иконостаса повторялась та же фреска, какую он видел в покоях Гермогена - «Целование Иуды». Слева – большая фреска изображала повешенного на дереве человека. Справа – Христос в золотом нимбе спускался со ступенек трона к Иуде и принимал его тянущиеся руки в свои. На стенах висели иконы поменьше. Их было много, это, скорее, были портреты разных людей. Первая икона справа от иконостаса изображала Троцкого, Игорь узнал это лицо, видел в продаже книгу точно с таким же пронзительным ликом.
Странный храм. Странные иконы.
Он перевел луч фонарика на алтарь и даже отшатнулся от неожиданности. Страшный, искаженный мукой лик беззвучно орал на него зияющим черным ртом. На алтаре под защитой стеклянного куба лежала каменная голова. Лицо Иуды, - а это был он, Игорь не сомневался, - словно бы выныривало из толщи болота, с лица стекали струи усов и бороды, черты лица текли и искажались.
Игорь вспомнил последний разговор с дедом.
- Слушай, - спросил он тогда, - а как я узнаю, что это именно та самая голова?
- Ты не ошибешься, - ответил старый скульптор. - Знаешь, как я ее сделал? Воткнул кулак ему в рот, обмазал свою руку со всех сторон глиной, а потом выдернул. И мой Иуда завопил! Когда ты увидишь его, ты поймешь, как выглядел Троцкий на митинге.
Игорь не знал ни «Крика» Мунка, ни ливерпульского «Христа, изгоняющего торговцев из храма», иначе он бы понял, что дед предвосхитил в экспрессии всех своих последователей. Это был даже не архетип отчаяния, а настоящая посмертная маска, снятая с лица умирающего в петле Иуды.
В луче фонарика из глазницы Иуды блеснул тусклый отблеск, туда было что-то вставлено, отливающее тусклым серебром человеческих белков. Ледовских-младший не сомневался, что наконец-то обнаружил предмет своих поисков! Чья еще голова может лежать на алтаре в невероятном подземном храме, украшенном такими фресками?! Захотелось перекреститься. Реально крутую статую сбацал дедуля восемьдесят лет назад!
Он попробовал сдвинуть стеклянный «аквариум», закрывающий голову, но куб был закреплен намертво. Тогда он поискал по храму бумагу, нашел старое евангелие, вырвал из него страницы, свернул в кулек, помочился в него, дождался, пока листы размокнут, и облепил ими стекло.
Взлетела рука с тяжелым фонариком, удар - стекло глухо треснулось и расселось.
Игорь осторожно вынимал толстые осколки и напряженно вслушивался в темень, не потревожил ли шум обитателей подземелья. Склепная тишина была ответом.
Очистив голову от стеклянной крошки, он взял ее в руки. Тяжелая, блин. Вот и все, цель достигнута. Теперь главное – слинять отсюда по-тихому.
Но «слинять» не удалось. Раздался шум. Игорь резко обернулся.
В дверях храма стоял настоятель монастыря, за ним виднелись черные фигуры монахов.