Древнейшие свалки мира дожили до наших дней. Римский холм Тестаччо имеет полностью мусорное происхождение. Возле Иерусалима зародился полигон Геена (та самая, которую потом обозвали Огненной, и по сей день ей пугают людей). Всё так, но факт также в том, что большая часть мусора древних времён шла на переработку. Органика – в навоз. Дерево – в обогрев. Останки животных – в мыло. Даже печную сажу собирали для ваксы. Японцы пересобирали истёртые соломенные сандалии, и делали из них веревочки. А вы знаете, что раньше бумагу делали из старого тряпья? И сегодня делают. Как перерабатывается наша одежда в России и в мире – об этом расскажу сегодня.
Ежегодно в мире появляются примерно 150 млрд единиц одежды. Надо заметить, что само производство этого добра, весь сектор легкой промышленности выделяет порядка 1,2 млрд тонн парниковых газов. Для сравнения – как все самолёты и корабли в мире вместе взятые. Выбрасывается тоже немало. Каждую секунду на мировые свалки попадает 2625 килограмма одежды. Посмотрим на Москву, которая потребляет более 450 тысяч тонн текстильных изделий в год. А в отходах столицы от 5 до 8% составляет одежда. Это немалая цифра. Конечно, мы тут же вспоминаем о переработке. Так что с ней?
SMART READ
Помните такую профессию «старьёвщик»? Может, уже и нет – давно ушла в прошлое. А несколько столетий такие неприглядные персонажи с тележками, набитыми тряпьём, передвигались от двора ко двору и за бесценок скупали старые тряпки - одежду тогда так просто не отдавали, использовали до последней заплатки. А в конце концов истончившейся тканью просто мыли пол. Так вот, старьёвщики – это первые сборщики для первых переработчиков одежды. Как перерабатывали? До конца 19 века бумагу делали не из древесины, а из тряпок. Она так и называлась – «тряпичной». К слову, высококачественную бумагу (например, для денег, акций или облигаций) до сих пор производят именно так. Почти так. Ну, если повезёт с тряпками.
А дело в том, что с 19 века сильно изменился состав одежды: в неё добавляется куча синтетики, микшируются типы ткани, она проходит мощную химическую обработку, и не одним ингредиентом или красителем. Вот тут загвоздка: как сортировать такое разное по качеству и составу сырьё? Ведь переработка во многом зависит от того, что перед вами – шерсть или полиэстер. А если в одном флаконе… то есть в одном предмете гардероба? В общем, сортировать вещи научились. Перерабатывать также. В России есть такие производства, причем какое-то текстильное сырьё даже ввозится из-за рубежа. Но многое, очень многое идёт на свалки. А там – традиционные десятки и сотни лет на разложение, в зависимости от состава одежды.
LONG READ
Как правило, чем более дешёвая, тиражная и низкокачественная одежда перед вами, тем вреднее она для экологии. Человечество не придумало ничего хуже в этом сегменте, чем так называемую концепцию fast fashion. Да, эта майка на удивление доступна и выглядит пёстро, но через полгода носки и пару стирок она потеряет товарный вид, и вы её выкинете. Таким образом сети возвращают свои деньги на обороте, стимулируя покупателя приобретать новые вещи каждый сезон.
Но люксовые бренды не лучше: они просто уничтожают нераспроданный товар, чтобы не ставить скидки и сохранить уникальность продаж. Известен на весь мир пример Burberry, которая ежегодно сжигает одежду, обувь, аксессуары и косметику общей стоимостью порядка 30-40 миллионов евро. Так что внимательно изучите позиционирование компаний: многие из них уже активно декларируют приверженность «зелёному» курсу.
Осталось рассказать, что получается из переработанной одежды. Самый популярный продукт – банальная тряпка, трикотажная ветошь. Многие используют старые рубашки для уборки дома или в гараже. Также поступают и большие фирмы – строительные, ремонтные, шиномонтажи или типографии. Везде, где есть замасленное или засоряющееся оборудование, нужна хорошая дешёвая тряпка. На самом деле, это очень популярный товар.
Основной поставщик сырья – трикотажные фабрики, у которых доля отходов в общем затраченном материале составляет около 20%. Тряпки сортируют, режут, прессуют и формируют кипы на продажу. И вот такую ветошь – в это трудно поверить – до сих Россия импортирует из Европы.
Другой продукт переработки - регенерированное волокно. Сырьё измельчается до волокон из натуральных и синтетических тканей. А затем используется, например, в производстве строительных материалов, изоляции, производстве матрасов, наполнителя для мебельной обивки и так далее. В некоторых случаях измельчённые ткани формуют в гранулы.
В общем, здесь не надо ничего придумывать – вариантов для переработки масса. В России же пока с такими производствами туго. Во многом потому что для них нет особых льгот, то есть это обычные коммерческие предприятия. Не хватает расширенной ответственности производителей (мы об этой теме обязательно поговорим в ближайшее время). Правда, ситуация медленно меняется к лучшему.
Буду рад, если вы в комментариях поделитесь адресами пунктов сбора одежды или другими «зелёными» рецептами её утилизации.