Вещи уложены, одежда приведена в порядок, мама слюнит палец, чтобы вытереть выдуманную грязь на моей щеке, но я сбегаю от этой процедуры в подъезд. Стены с облупившейся синей краской, отдирать которую - по секрету! - нравится и мне, грустно смотрят мне в спину.
Выйдя на улицу, я замечаю дедушкин коричневый автомобиль, неумолимо развернутый в том направлении, куда предстоит держать путь. Каждый раз, глядя на него, я вспоминаю запах кофе с молоком. Медленно, будто дом тянет меня назад, призывая остаться, я приближаюсь к машине, дергаю неподатливую серебристую ручку, смотрю через стекло на место, где мне предстоит провести следующие три часа. Но вот более сильная рука с легкостью открывает дверцу, меня толкают на заднее сиденье, мама и бабушка зажимают с двух сторон, - и пытка началась!
Теперь мы будем двигаться, удаляясь от знакомого и безопасного. На первое время лучше закрыть глаза, чтобы не завидовать промелькнувшим за окном подружкам, направляющимся на пляж. Поворот на выезде из поселка. Поля. Пока свои, по которым мы часто бегали летом. Нелепый объездной крюк, и мы вливаемся в вонючий поток катящихся коробок.
Пока вокруг в ядовитом для нас, сельчан, воздухе мелькают напряженные улицы, я стараюсь дышать пореже - для спасительной уловки, которая позволит коротать время, когда мы снова выедем на шоссе, требуется ясная голова. Дедушка немного скован, ведь я неизбежно существую в отражении зеркала заднего вида, а за рулем очень сложно удержаться от смачных выражений. Я наблюдаю за слаженными движениями его рук: он очень сосредоточенный и ответственный водитель. Спасибо, деда. Ты везешь ценный груз.
- Долго еще?
- Но мы и половины не проехали!
Все почему-то думают, что меня может укачать, и я не перечу, ведь если сделать “зеленое лицо”, они разрешат съесть больше конфеток “Рондо”. Запахи духов мамы и бабушки густым киселем из смешанных вкусов разливаются по салону. Папа совершает революцию - молча открывает окно. За эти три часа в увлекательном соревновании “Кому душно? Кому дует?” мы несколько раз сменим команду, но так и останемся недовольны. Коварный ветер только обещает потрепать по щечкам, а сам так грубо врывается в салон, что начинаешь задыхаться уже от избытка воздуха, а не от духоты.
Теперь по бокам чередуются незнакомые леса и поля, а я начинаю колдовать, призывая своих кумиров из аргентинского сериала. За тем поворотом... нет, его мы проехали. Что ж, значит за тем деревом... Опять. Ну, наверняка вот здесь, у обочины, рядом с золотым цветочным полем, появятся усталые путники и попросят подвезти. Это ничего, что мест нет, пусть кто-нибудь залезет на крышу, или мы посадим маму на колени к папе. Но я ни за что не уйду с заднего сиденья. Я хочу прикасаться плечом к молодому актеру, в которого страстно влюблена. А актриса, которой я восхищаюсь, будет смеяться и болтать в другое ухо. Так... А не проще ли выкинуть маму и бабушку? Мы вместе приедем к тете, и они останутся со мной. Но еще лучше - мы будем ехать и ехать, без определенной цели, наши волосы будут развиваться на ветру, на послушном свежем ветру, а мы будем петь.