1."Казань"
Летом 1801 года, из Нижнего Новгорода в Казань въехал экипаж, где сидели: молодая женщина, на вид лет 26 - 28, хотя лежащий на дне саквояжа документ уверял, что ей было далеко за тридцать, рядом сидела служанка, держащая на руках розовощекого младенца, напротив женщин дремал мужчина. Это была семья Потот.
Мадам Марье Потот(1), француженка, родилась в 1762 году, ее отец Теодор Масон профессор французской словесности Московского Императорского Университета(2), мать Эстер Миссет дочь фабриканта Ивана Миссет вызванного Петром I в Россию и заведшего в Москве первую суконную фабрику.
Иосиф Иосифович Потот, француз, образованный для своего времени человек, путешественник, страстный коллекционер медалей и монет "Золотой орды", его собрание пользовалось широкой известностью и состояло из 1054 монет.
С Марье Потот, венчались в 1792 году в Нижнем Новгороде в Казанской протестантской церкви пастором Иоаном Лютером, в 1801 году родился сын Александр.
Казань поразила своей красотой. Это была любовь с первого взгляда.
- Mon сheri(3) вы только посмотрите, - каждый раз восклицала с восторгом Марье.
- Оui, oui, cherie(4), -отвечал мужчина неохотно на мгновенье приоткрывая глаза.
И как было не влюбиться. Всего 380 верст разделяли прошлую жизнь и сказочно красивый город.
Кремль, построенный в 1556 году по повелению Иоанна Грозного, в народе называемый «Каменный город», величественно возвышался на холме окруженный белокаменными стенами, подчеркивая ярко раскрашенные с восточным колоритом купола, гимназия, мужская духовная академия, дом губернатора, и просто торговые лавки, тянувшиеся от кремля, как лучики солнца, все это приводило в неописуемый восторг.
Мадам Потот – стройная, невысокого роста, всегда одетая по французской моде, высокомерная, напористая, даже немножко бесцеремонная, по приезду сразу начала действовать.
Разрешение на открытие пансиона мог выдать только директор губернской гимназии, и мадам Потот написав прошение направилась к директору Главного народного училища города Казани, надворному советнику Лихачеву А.Л.
Лихачев Александр Логгинович - библиофил, нумизмат, масон, отличался гордым и властным характером, потомок древнейшего флорентийского рода давшего начало графской линии Шереметьевых и московской ветви князей Голициных .
Мадам Потот была настроена решительно. Возле входа в гимназию ее встретил заместитель директора Яковкин И.Ф.
Яковкин Илья Федорович - сын священника, расторопный, аналитического склада ума, известный своими работами в педагогическом мире, мадам Потот почему то сразу не понравился, "скользкий"- подумала она.
Проводив мадам Потот до кабинета директора, Яковкин постучал в дверь. Не дожидаясь ответа, Марье отодвинула небрежно рукой Яковкина и вошла уверенным шагом в кабинет.
- Мария Федоровна Потот,- быстро сказала Марье, увидев во взгляде Лихачева маленькую заминку.
- Мария Федоровна, чем обязан? – горделиво спросил Лихачев А.Г, предложив рукой присесть.
- Пансион имею желание открыть в Казани для благородных женского пола детей,- сразу перешла к делу Потот, протягивая прошение.
- И, каким наукам , хотите обучать ?- спросил Лихачев А.Г. прищурив один глаз.
- Французскому, немецкому языкам по средствам грамматики, истории и географии, - уверенно ответила Потот.
- Позвольте полюбопытствовать, а какой опыт имеете сударыня? – продолжал задавать вопросы Лихачев.
- После домашнего образования, воспитывалась в Московском публичном пансионе господина Левина. Во многих частных домах Москвы и Нижнего Новгорода занималась воспитанием детей, имею рекомендательные письма, - Потот протянула письма Лихачеву.
Быстро просмотрев письма Лихачев сказал, - Благое задумали , Мария Федоровна, с женским образованием у нас дела плохо обстоят , да и с языками конфуз , а в высшем обществе никак нельзя без языков. Что же буду рад помочь вам.
Подписав согласие на открытие первого в Казани пансиона для девочек, и поставив печать, Лихачев не спешил возвращать прошение мадам Потот.
- Я слышал, что супруг ваш имеет коллекцию редких монет? – спросил Лихачев.
- О да, но по чести сказать я мало, что в этом смыслю, - как бы между прочим ответила Марье, но вовремя спохватилась увидев немного расстроенный взгляд Лихачева , добавила ,- В субботу, будем ждать вас с супругой отобедать у нас.
Лихачев с довольным выражением лица передал прошение мадам Потот и пожелал всех благ в начинании нового дела.
Потот не скрывала своей радости, поблагодарила Лихачева и еще раз напомнила о своем приглашении. Нежный аромат лаванды после ухода мадам Потот еще какое-то время висел в воздухе, отвлекая от дел Лихачева.
- Француженка, - сказал тихо Лихачев и принялся что-то писать.
Летом жители Казани проводили за городом на дачах и в имениях. Не торопливая сельская жизнь спасала от знойного солнца. Чтобы не терять время Марье Потот начала знакомиться с высшим обществом города. Позже разослала всем приглашения на открытие первого в городе Казани для благородных девиц пансиона.
16 января 1802 года состоялось торжественное открытие пансиона, на которое был приглашен весь город.
--------------------------------
(1) Мария Федоровна Пото, последняя из фамилии буква «т» со временем отпадет
(2) В списках профессоров того времени не значится
(3) Мой дорогой.
(4) Да, да дорогая.
2."Пансион"
Сколько сил и труда было вложено в открытие пансиона: найти подходящий дом, оборудование для классных и спальных комнат, одежду для воспитанниц, нанять персонал, закупить провиант, следовать утвержденному плану и всего много другого по мелочам.
В тот морозный январский день Мария Федоровна совсем не чувствовала холод, даже немного бросало в жар, ноги подкашивались от волнения. Рядом стоящий муж чувствовал легкую дрожь.
- Не волнуйся дорогая, все будет хорошо,- тихо говорил Иосиф на ухо своей жене.
Кажется, Марье ничего не слышала, сердце переполняла гордость - ведь это она, она открыла первую частную школу для девочек в истории города.
- Разрешите от лица всего, не побоюсь этого слова, города и от себя лично выразить свою благодарность и надежду, что открытый усилиями мадам Потот пансион позволит в будущем повысить осведомленность женщин по всей Казанской губернии, - произнес Лихачев.
- Mersi, mersi beaucoup(5), - как можно нежнее поблагодарила Марье.
Церемония продолжилась ликованиями, поздравлениями и в конце было зачитано письмо-телеграмма с выражающим чувства преданного служения Императору Александру I.
Пансион станет популярным и модным в городе, а с 1803 года в нем будут обучаться и мальчики.
В 1810 году пансион мадам Потот достигнет пика популярности.
1811 год будет началом конца. Обострившееся антифранцузское настроение, накануне войны с Наполеоном, добавит записка написанная Императору министром народного просвещения графом Разумовским А. К. о негативном влиянии на общество частных заведений содержателями иностранцами.
Граф Разумовский Алексей Кириллович - из рода малоземельных днепровских казаков, вознёсшихся до графов благодаря дяде А.Г.Разумовскому - фавориту императрицы Елизаветы Петровны, славился надменным характером со временем ставший невыносимым. Благодаря отцу получил великолепное образование, массон, в последствии попавший под влияние иезуитов.
В начале следующего года, ровно через 9 лет попечитель Казанского учебного округа Румовкий С.Я. запретит совместное обучение.
Румовский Степан Яковлевич - академик, математик, астроном, сын священника, за рвение и прилежность был выбран Ломоносовым и направлен в гимназию при Академическом университете. Лично комплектовал преподавательский состав Казанского университета.
Направленное письмо министру образования положительного результата не даст. Это был замкнутый круг, ведь попечитель Румовской когда то был нанят отцом графа Разумовского для преподавания сыновьям математики.
Отечественная война 1812 года приведет к несколько холодному отношению к француженке и ее пансиону. В Казань начнут прибывать беженцы из ссаженной Москвы, город примет около 30 тысяч беженцев. Одной из них будет немка София Юнгвальд открывшая буквально напротив пансион для девочек.
В 1813 году Мария Потот вместе с супругом переедут в Симбирск и откроют там пансион для благородных детей женского пола.
Через 6 лет, по просьбам казанского дворянства чита Пото вернется и 8 марта 1819 года в доме Матюнина в Покровском приходе откроет женский пансион.
Это будет ее звездный час, ведь в городе уже есть частные школы, но пансион мадам Потот останется самым престижным, где будут обучаться только дети очень состоятельных родителей.
Открытие пансиона будет не менее помпезно, чем первое. Выступит директор Казанских училищ г-н Николаев, за ним приглашенное духовенство совершит молебен и водоосвящение. По окончании все присутствующие будут угощены завтраком. Данное событие осветят в местной газете "Казанские новости".
В 1826 году после смерти мужа по собственному желанию мадам Потот закрыла пансион. Продала коллекцию монет супруга Казанскому университету за 7000 рублей ассигнациями.
Сын Александр закончивший в 1824 году Казанский университет, в ноябре 1826 года подал прошение директору училищ Рыбушкину М.С., в котором просил разрешения- "под руководством матери своей, бывшей содержательницы женского пансиона, открыть в городе Казани пансион для благородных детей мужеского пола", ему было отказано из-за недостатка опыта . В феврале 1827 года сдал экзамен в Казанском университете и получив свидетельство на право частного обучения французскому языку, переедет в Пермский учебный округ.
--------------------------------
(5) спасибо, большое спасибо
3."Лейб-кирасийский полк"
Февраль 1790 года внес свои коррективы в беззаботную жизнь семнадцати летнего Ивана Иосифовича (Осипович) Пото . Впереди была долгая дорога в Россию.
Пребыв к месту назначения, молодой человек направился в Лейб-Кирасирский Его Величества полк.
Престижность полка была очевидной, это был личный полк Его Императорского Величества, платили вдвое больше, но существовало обязательное условие для нижних чинов, полк комплектовался из высоких красивых брюнетов.
- Имею желание России служить! – отчеканил юноша, протягивая рекомендательное письмо генерал-поручику Энгельгардту В.В.
Энгельгардт Василий Васильевич - из древнего дворянского и баронского родов происходящего из Швейцарии, племянник Потёмкина Г.А.(фаворита Екатерины ll), слыл силачом, хорошим, но строгим помещиком.
- Кто таков? – спросил сидевший за столом добротный мужчина.
- Жан Потот, месье, pardon(6), Ваше высокопревосходительство!
- Да не ори ты так, оглушил, - взмахнул рукой Энгельгардт, показывая жестом понизить тон, не отрываясь от письма, - Служить желаешь? А чем занимался, до сей поры?
- С четырех летнего возраста при эрцгерцогине Елизавете (да упокоиться её душа с миром) в Венском дворе воспитывался, с двенадцати обучался в Штутгардской академии изобразительных искусств четыре года, после окончания вояжировал по Европе за счет своей благодетельницы.
- Да, царствие ей небесного, не оправилась поле родов, молода была, и какой удар для нашей Марии Федоровны, сестра все же, одна кровь, - с большим сочувствием в голосе произнес Энгельгардт, утопая в кресле. Помолчав немного, снова выпрямился, — А родители живы?
- Родитель мой Иосиф Иосифович Потот жив-здоров, по миру монеты "Золотой орды" всё ищет, матушку не помню, умерла, когда я был мал ещё.
- Значит, к армии касательства не имел?- спросил Энгельгардт
- Так точно, не имел, - ответил Иван.
- Хорошо, - протянул Энгельгардт, - Какие языки знаешь?
- Русский, немецкий, латынь и немного польский, - с ноткой гордости в голосе произнес Иван.
- Ну, то, что ты русский знаешь, я слышу. Хорошо, - опять протянул Энгельгардт, - Матушка Мария Федоровна тут за тебя хлопочет, да и вид у тебя бравый, но зелен еще, видал какие «орлы» у меня служат.
Иван стоял молча, только в глазах была досада.
- Да ты не серчай, давай-ка я тебя в славный град Орел отправлю, смотришь и ты «орлом» станешь, - и громко рассмеялся своей шутке.
- Орел? - неуверенно переспросил Иван.
Иван знал, что Орловская губерния заселялась преимущественно "служилыми людьми и иноземцами", это был оборонительный рубеж России от набегов литовско-польского и татарско-крымского войск.
- В штаб к дядюшке моему , Светлейшему князю Таврическому. Ну, вот и порешили, зачислен будешь при штабе квартмейстером.
Квартирная повинность - обязывала население отдавать свои помещения для постоя войск, как временного, так и постоянного. Домохозяева были обязаны бесплатно снабжать постояльцев отоплением, освещением, мебелью, водою и другими принадлежностями.
Должность квартирмейстера при штабе, пришлась как раз кстати . Молодой, хорошо сложенный, общительный Пото - пользовался своим обаянием.
----------------------------------
(6) извините
4. "Лиза"
В кабаке было шумно, поручик Андрей Шульц вытянул шею в поисках свободного места. У окна в полном одиночестве, уставившись в окно, сидел Иван Пото.
- Поручик!? - произнес Шульц, спрашивая взглядом разрешения присесть, и не дожидаясь ответа сел напротив.
- Вань, да окстись, ты посмотри какой день, праздник ведь сегодня, Святая Пасха! А ну да, вы же французы не отмечаете Пасху, - все не унимался Шульц.
- Я, православие принял присягая Ея Императорскому Величеству. А вот вы поляки , как ужи и там и сям проскочить пытаетесь,- ответил Пото с обидой в голосе .
- Ну, не будем ругаться. А давай милый друг поедем к моим? - радостно предложил Шульц.
- Куда поедем?- спросил Иван.
- Да в имение, Карачев,- показывая рукой и пытаясь найти верное направление, - ответил Шульц.
- Так это, верст восемьдесят будет?
- Не,- протянул Шульц,- семьдесят шесть, за полдня управимся. Я хоть родителей повидаю, и ты развеешься.
- Неудобно как-то,- пожал плечами Пото.
- Давай вставай, погнали..,- сказал уверенно Шульц и схватив за руку, вытащил Пото из-за стола .
Весна, прекрасное время для перемен, и дороги зовущие в даль юношеские надежды.
- Барин, Барыня, Андрей Андреевич приехали и с ними еще кто-то,- доложила вбежавшая служанка.
Отодвигая в сторону служанку, быстрым шагом вошел Андрей, нежно обняв мать, а потом и отца. Пото остановился в дверях.
- Разрешите представить поручик Иван Иосифович Пото, мы ненадолго , переночуем и назад...- представил Ивана родителям Андрей.
В этот момент где-то из других комнат доносился, с каждой секундой приближаясь, женский голос
-Андрэ, Андрэ приехал...
Распахнулись двери, и в комнату влетела девушка, она повисла на шее Андрея, и он несколько секунд кружил ее.
Заметив, что в дверях стоит посторонний человек она быстро оправилась и присела в поклоне.
Иван стоял в оцепенении, не отрывая глаз от девушки. Белокурая, с большими зелеными глазами, она была похожа на фарфоровую статуэтку.
- Разреши представить, моя сестра Елизавета Андреевна - обратился Шульц к Пото,- Иван Иоифович Пото-представил его сестре.
Елизавета снова сделала реверанс.
-Да, что же это такое, весь день и так не свой, а тут вообще... Иван! И вообще нас кормить будут?- возмутился Андрей.
За столом Иван молчал, да и не имело смысла разговаривать, потому - что Андрей увлекательно что-то рассказывал родителям.
- Вы так смотрите на меня, право даже не прилично, - неожиданно в полголоса сказала Лиза сидевшему напротив Ивану.
- Извините, - отвел взгляд Иван, а потом добавил, - У вас такие бездонные зеленые глаза, в Европе вас бы за них сожгли на костре,- меланхолично объяснил Пото.
Лиза чуть не поперхнулась.
- Да это когда было, Лиза не слушай его - вмешался Андрей похлопывая Лизу по спине и рассмеялся.
Рано утром собираясь в дорогу, Андрей прощался с родными, только Лиза иногда поднимала взгляд на Ивана, сидевшего на коне.
-Доброго пути вам, Иван Иосифович, - наконец произнесла Лиза
- Спасибо, Елизавета Андреевна, - ответил Иван.
Всю обратную дорогу Иван ехал улыбаясь. Андрей иногда посматривал на него и не выдержав спросил, - А по что вы всю дорогу улыбаетесь сударь? Не в Лизавету, ли в мою влюбиться изволили?
Пото смутился, пришпорил коня и помчался навстречу ветру.
Прошло три месяца. Иван стоял на берегу Оки, смотрел на движении воды и думал о Лизе. Лиза не выходила из головы, мысли путались, перебирая тысячи вариантов о встрече с ней.
- Поручик Иван Пото!,- раздался неожиданно громкий голос за спиной.
-Андрей?!- удивился Иван,
-Конечно я, а ты кого ждал? Слушай завтра, мои в город к Денисовым приглашены, ну я тоже. Не хочешь с нами?- спросил Андрей.
-В город? Завтра? - растерянно и надеждой переспросил Иван.
-Ну конечно, не все приедут,- загадочно улыбаясь, ответил Андрей.
-Не все? - с ноткой сожаления спросил Иван.
-Да, не все. Лизоветы не будет, не здоровится ей, - с улыбкой сказал Андрей .
Ночью Иван не спал, ворочался и чуть свет вскочил на коня и помчался в Карачев.
Лиза сидела в беседке и читала книгу . Не решаясь нарушить ее покой Иван стоял сзади и тихо наблюдал, как она нежно наматывает на палец кудряшку, потом перелистнув страницу, опять теребит свои волосы. Он так бы и смотрел, но вдруг неожиданно Лиза повернулась.
- Вы?- явно не ожидая увидеть Ивана, спросила Лиза, и ее без того большие глаза, стали еще больше. Вставая, Лиза обронила книгу. Иван подлетел к ней, поднял и протянул книгу Лизе
- Что вы здесь делаете? - спросила Лиза.
- Вы заболели?- спросил Иван.
- Нет, - ответила удивленно Лиза.
- У вас, правда, все хорошо?- как будто не доверяя ответу спросил Иван
- Да. А маменька с папенькой...- не успела договорить Лиза.
- Я знаю,- перебил Иван.
- Знаете? - удивилась Лиза.
- Андрей сказал, что вы занемогли,- опять настаивая на правдивом ответе, не унимался Иван.
Лиза рассмеялась, - Извините, просто не хотела к Денисовым ехать, вот и сказалась больной. Ой, да что это я, вы же с дороги, вы, наверное, голодны? Глаша ...
- Да барыня,- спросила подбежавшая служанка.
- Нет, нет, не надо, не стоит беспокойства, право я не хочу,- быстро сказал Иван.
- Ну, от чая не откажитесь, с вареньем, с малиновым?- посмотрела Лиза на Ивана взглядом, не принимающим отрицания.
-Хорошо,- согласился Иван.
-Глаша чай принеси, с вареньем малиновым, - приказала Лиза служанке.
-Сию минуту барыня,- и расторопная Глаша убежала в дом.
Наступила тишина.
-Ну, пора и честь знать,- сказал Иван и встал чтобы уйти .
-Вы уже уходите, а как же чай?- в растерянности спросила Лиза.
- А можно я вам напишу?- вдруг неожиданно спросил Иван.
- У вас удивительная способность менять темы и не отвечать на вопросы,- с улыбкой сказала Лиза.
-Так да или нет?- не унимался Иван.
- Да, конечно,- ответила Лиза.
Иван и Елизавета обвенчаются. Оставив службу в 1795 году, Иван с семьей переедет в Гатчину и будет служить в Гатчинском городском правлении помощником архитектора, в 1800 году смотрителем казенной конюшни.
В 1798 году 32-х летний, Андрей Андреевич Шульц, станет товарищем директора Орловской конторы государственного Ассигнационного банка в чине титулярный советник. С 1805 по 1824 годы - городничем города Карачева в чине надворный советник.
5."Судьба"
Был теплый весенний день 1803 года.
Тихий стук в дверь отвлек Марию Федоровну Потот.
- Entrez(7), - сказала сидевшая за письменным столом мадам Потот.
В дверь вошла девочка-воспитанница, державшая в руке письмо.
- Что это у тебя?- спросила удивленно мадам Потот.
-Посыльный для господина Потот письмо передал, - объяснила девочка.
- Хорошо, отдай письмо и иди, - сказала Марье.
Девочка поспешно отдала письмо сидевшему на диване Иосифу читающему газету «Казанские новости» и ушла сделав реверанс .
- Дорогая, это от Жана, он с семьей переезжает в Казань , - радостно сообщил мужчина.
- Дорогой, ну, сколько можно вам говорить, не Жан, а Иван Иосифович,- немного с укором поправила его жена.
- Вот теперь и нашему Алексу будет с кем играть,- сказал Иосиф.
Прошло несколько недель.
- Приехали, приехали,- раздались голоса девочек-воспитанниц.
- Ну-ка в класс все,- строго приказала мадам Потот.
Из кареты один за другим выскочили мальчики - Осип, Александр, Дмитрий, затем вышел Иван держа на руках маленького Андрея и помогая очень осторожно спуститься жене.
- Какие молодцы, что приехали, - радостно восклицал Иосиф, обнимая каждого внука.
Увидев бледное лицо Лизы, Марье с неподдельным сочувствием спросила,- А с вами что дорогая? - взяла ее под руку, провожая в дом.
-Да хворь немного одолела в дороге.- ответила Лиза.
-Ну, ничего пару деньков, отлежитесь, встанете и забудете о своем недуге,- подбодрила ее мадам Потот.
Через несколько дней Иван с Лизой сняли дом и позвали на чай Иосифа с Марье.
- Вы собираетесь мальчиков в пансион определять,- сказал Иосиф.
- Конечно надо, но пока не думали, - ответила Лиза.
- И правда, мальчикам учиться надо, пусть у нас учатся, - вмешалась Марье.
- У вас же пансион для девочек,- с ухмылкой сказал Иван.
- Ой, подумаешь, нас всех на завтра Лихачев к себе отобедать пригласил в имение в Полянки, я заодно с ним и переговорю, думаю, он не откажет,- уверенно сказала Марье.
- Правильно дорогая, зачем мальчиков отдавать в чужую школу, если мы можем сами о них позаботиться, - поддержал жену Иосиф.
- Надо подумать,- ответил Иван.
- К Лихачеву? А можно отказаться?- спросила Лиза.
- Отказаться? Да вы что такое говорите?- возмутился Иосиф.
- Просто Андрюшенька прихворал, не хотелось бы его оставлять,- сказала в оправдание Лиза.
- Слабенький он у вас, тогда вы оставайтесь, мы за вас извинимся, а с Марье и Жаном обязательно поедим, - ответил Иосиф.
- Дорогой, ну, сколько можно?- с укором произнесла Марье.
- Хорошо, хорошо с Иваном, и кстати там губернатор будет,- решил заинтриговать Ивана Иосиф.
- Губернатор говорите? Ну что же, а почему бы и нет,- согласился Иван.
На следующий день, Иосиф, Марье и Иван отправились в имение к Лихачеву. Иосиф всю дорогу рассказывал о своих монетах, и какой интерес к ним проявлял Лихачев.
Попасть в библиотеку Лихачева знаменитую на всю губернию, мечтал каждый. Казанский гражданский губернатор, тайный советник Кацарев Н.И., не был исключением и с неподдельным интересом изучал содержимое святыни.
Кацарев Николай Иванович - потомок древнего благородного греческого рода королевства Эпира захваченного турками. Состоял на службе камер-лакеем более 10 лет при Елизавете Петровне, а затем пожалован камердинером Великому князю Павлу Федоровичу до самой его кончины. В 1802 году, назначен, губернатором Казанской губернии.
- Ваше превосходительство, разрешите представить моего сына, Иван Иосифович,- представил Иосиф сына.
- Наслышан, наслышан, говорят сама вдовствующая императрица Мария Федоровна была восприемницей(8) ваших сыновей?- спросил губернатор.
- Да, двоих ваше превосходительство, а у меня их четверо, - ответил Иван.
- Заходите ко мне завтра на службу, у меня есть к вам предложение, поговорим, обсудим, - предложил Кацарев Ивану.
- Все непременно,- согласился Иван.
За обедом, губернатор обратился к хозяйке дома.
- Расскажите-ка нам драгоценейшая Елисовета Семеновна историю, которая с вами произошла во время Пугачевской смуты.
- Увольте батюшка,- стала отнекиваться хозяйка.
- Просим, нам тоже интересно,- поддержала просьбу Марье.
- Хорошо, но есть одно условие, вы нам тоже что ни будь, поведаете про жизнь дворцовую,- поставила условие хозяйка.
- Будь, по-вашему, - согласился губернатор.
- В тот день Сашенька мой, с утра отлучился в Казань по делам служебным, а я с Машенькой осталась одна, Машеньке тогда годик только был. Ночью вбегает ко мне Настена, на кухне она определена была, и давай, вопить, - "Барыня вставайте, там бандиты, человек двадцать, убьют же вас". Я как вкопанная не знаю, что и делать. Настена, девушка, была крупная, в одну руку меня в другую Машеньку и вниз на кухню. Там меня в крестьянскую одежду одевать, да и Машеньку в какие-то тряпки заворачивать. Тут в усадьбу эти бандиты ворвались, а Настена мне и говорит - " Молчи барыня, чтобы не было молчи". Я и так дар речи от страха потеряла, так что меня можно было и не просить. Зажались мы в угол, и ждем. Ворвались эти бесовые отродья и спрашивают, кто, мол, такие, где хозяева? Настена и отвечает, - "Так дворовые мы при кухне, хозяева в городе". Тут один детина на меня пальцем тычет и спрашивает,-" А это кто?" ."Сестра моя, не трогайте ее, убогая она", - отвечает Настена. "А кожа то бела. "- все не унимается он. "Так чахотка у нее, больная она",-говорит Настена. Ну, тут, слава богу, то ли от страха, то ли от смрада у меня и впрямь кашель начался. "А ребенок чей?"- все допытывается разбойник. "Мой,- ответила Настена и Машеньку мою к себе прижала словно родную, а потом и говорит,-"Дяденька отпусти нас". А тот и отвечает,- "Ладно хватай свою убогую и беги отсель". Настена опять нас с Машенькой в охапку и в лес. Там и крестьяне наши и дворовые все помогли бежать. Утром возвращается Сашенька, дом на половину сгорел, нас нет, думал, что погибли мы с Машенькой, а мы с людьми нашими из леса выходим, он сразу и не признал. Я потом неделю в пастели от нервов провалялась.
- Да, повезло же вам. А что Настена, где она?- спросил губернатор.
- Настене, Сашенька вольную подписал,- с чувством гордости сказала хозяйка.
- Браво сударь, браво!- похвалил губернатор Лихачева.
- Боже как страшно, я бы умерла на месте от страха, - произнесла Марье.
- А теперь ваша очередь рассказывать,- обратилась Елисовета к губернатору.
- Ну что же хорошо. А поведаю я вам необычную историю любви, -предложил губернатор.
- О, это с удовольствием,- захлопала в ладоши мадам Потот.
- Я надеюсь, у всех на слуху фамилия Энгельгардт?- спросил заинтриговано губернатор.
Иван Пото до сих пор погруженный в свои мысли и не принимавший никакого участия в разговоре, вдруг посмотрел, на губернатора приподняв одну бровь.
- А вот, батюшка Иван Иосифович , вам вижу более известен данный господин , чем остальным,- с улыбкой произнес губернатор.
- Да, имел честь короткого знакомства с Василием Васильевичем,- ответил Иван.
- Значит, вас должна заинтересовать эта история? - спросил губернатор Ивана.
- Возможно, - ответил Иван, слегка улыбнувшись.
- Служил наш герой в годы своей юности в Белорусском гусарском полку и квартиравались они в Воронежской губернии, как раз близ женского монастыря. Однажды один из офицеров сильно прихворал, а полковой лекарь как на зло уехал, вызвали его к больному . Так как монашки всегда славились сборами травяными и лечили больных , Василий Васильевич вскочил на коня и помчался в монастырь. Объяснил что да как монашкам, они попросили его обождать и тут выносит ему все, что надо, монашка красоты неописуемой, тот, забыл зачем приехал. Когда пришел в себя в полку уже был. Гусар больной пошел на поправку, да и лекарь вернулся. А герой наш, на монахиню запал, стал выяснять, кто мол такая, и как в монастырь попала. Монахиней оказалась польская княжна, в монастырь попала по воле не своей. И стал Василий Васильевич , постоянным визитером того монастыря , помощь разного рода оказывать, по большей мере деньгами, а сам с княжной украдкой встречался. Настал день, а скорее всего ночь , и бежали заговорщики в имение оставленное дядюшкой Василию Васильевичу, на тот момент он уже службу оставил, обвенчались тайно и зажили счастливо.
- Ой, как романтично,- вздохнула мадам Потот.
- Но это еще не конец истории. Когда всплыло, что княжна бывшая монахиня, брак аннулировали, ведь она невеста Божья, а с Богом не разводят. Высший свет, княжну и пятерых детишек их не принял. Сколько челобитных Энгельнардт писал Елизавете Петровне, чтобы хоть детей признали его наследниками, ан нет. И вот только бедный мой Петр Федорович два года назад разрешил усыновить ему своих собственных детей. Вот такая история любви.
- И что счастлив Василий Васильевич со своей княжной? - спросил Иосиф.
- Обязательно, счастлив, - ответил губернатор.
________________
(7) войдите
(8) крёстная мать
P.S. Если вам понравилось не забудьте поставить ПАЛЬЧИК ВВЕРХ, вам не трудно, а мне приятно.