ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
ДОМ
Алиса приносит свечи, зажигает, ставит на стол.
Вадим выключает свет.
Сцена наполняется романтической ноткой.
СЕМЁН: Спасибо.
ВАДИМ: Вам спасибо за идею, на самом деле, так намного лучше. Я вообще люблю сумрак, но вы уже в курсе.
Небольшая молчаливая пауза.
СЕМЁН: Как я мечтал о семье...
Алиса и Вадим внимательно смотрят на Семёна, Лёха всё ещё занят поеданием блюд.
СЕМЁН: Как мечтал о семье... Вы не представляете, сколько боли я пронёс через эту свою мечту. Но так и не смог её реализовать в жизни.
Небольшая пауза.
Семён собирается мыслями.
СЕМЁН: Смотрю я на вас сейчас (обращается к Вадиму и Алисе), и вспоминаю, как много лет назад была у меня одна девушка. Славная такая девчушка. Любила меня, а я любил её. Мы встречались около двух лет. Потом она забеременела. Пришла ко мне с этой новостью. Лицо её светилось. Она очень хотела ребёнка. Очень обрадовалась и пришла разделить эту радость со мной. Я же не оправдал её надежд. Я тогда перебивался разнорабочим, денег едва хватало на то, чтобы снять скромное жильё. Один – два раза в месяц мог себе позволить сводить Любу... Люба, так её звали, в кино, или в кафе. Правда, для этого приходилось сильно экономить на еде. О покупке новой одежды речь вообще не шла. Я больше десяти лет носил одну и ту же шапку, куртку и по пять лет ботинки и штаны. Уже дыры было не залечить, а я всё таскал это шмотьё, потому что новое купить было не на что. И вот ко мне приходит моя девушка и говорит о том, что у нас будет ребёнок.
Сёмён замолкает.
Алиса переглядывается с Вадимом и Лёхой, трепетно смотрит на Семёна.
АЛИСА: Что же вы ей ответили?
СЕМЁН: Я ответил, что не могу себе позволить ребёнка. Что единственное, что могу сделать, это занять денег на аборт.
На сцене повисает молчание.
Затухает одна свеча, Алиса вновь зажигает её.
СЕМЁН: Люба выслушала меня, поплакала, но ничего не сказала. Я знал как она хотела и ждала этого ребёнка, но я работал как мог, и очень чётко отдавал себе отчёт в том, что дополнительные затраты по ребёнку я не потяну. А учитывая, что в обозримом будущем никаких перспектив не предвидится – я тем более не мог рисковать ещё одной жизнью. Что я мог дать этому ребёнку?
Семён замолкает ненадолго, делает глоток чая и продолжает монолог.
СЕМЁН: Я сказал ей, что если она хочет продолжать встречаться со мной, то ей придётся отказаться от ребёнка. Она выбрала ребёнка. Я понимал, что для девушки семья это главное, но дать это главное Любе – я не мог, хоть и мечтал об этом не меньше её.
Семён прокашливается, делает несколько глотков, кряхтит.
СЕМЁН: С тех пор больше я её не видел. Понятия не имею, как сложилась её дальнейшая судьба. К телефону она не подходила, а когда я несколько раз приезжал к её матери, то мне никто не открывал дверь. Я лелеял надежды четыре месяца, скитаясь по ночному городу страдая от бессонницы. Думал, как можно всё организовать так, чтобы всё у нас получилось как у нормальных людей. Я думал об этом каждый вечер, разбавляя горечь в алкоголе, а наутро приходил новый день и вновь погружал меня в привычный круговорот событий. И из этого колеса я не мог вырваться долгие годы. Были мимолётные романы, но и романами это назвать нельзя, скорее так, по пьяни.
Ходил вечерами под окнами, заглядывал в квартиры, слышал детский смех, видел, как папы берут своих ребятишек на ручки и как эти детки в ответ протягивают свои. Как расплываются у них на лицах улыбки, видя своё отражение в детских чистых глазах... С сожалением наблюдал за тем, как мамы провожают детей в школу, как папы забирают детей из детских садов. Сколько я протоптал дорожек у детского сада, находящегося неподалёку от той халупы, которую снимал.
И вот сейчас я сижу, смотрю на вас, Алиса, Вадим, и понимаю, что тогда... много лет назад я профукал свой шанс, может быть не так как у вас, но всё же я мог бы быть счастливым. Не знаю как, но вместе бы мы справились, ведь мы любили друг друга тогда. А я... я так люблю её и сейчас...
Молчание.
ВАДИМ: Вы помните, Семён, фамилию той девушки, Любы?
СЕМЁН: Как не помнить, конечно, помню, всё как сейчас. Осипова Люба. А к чему вопрос?
ВАДИМ: Так, интересно. Очень трогательная история. Очень жизненная и, увы, не эксклюзивная.
ЛЁХА: Чего? Не экскю... лю... какая?
СЕМЁН (Лёхе): Частое явление, не один я на свете такой, Лёха.
ЛЁХА: А... это да, наверное.
Все тихо сидят за столом, размышляют об услышанном.
У ПОДВОРЬЯ ДОМА
На край сцены выходит из-за кулис следующий вор - Герман, который тоже присмотрел этот домик на сегодняшнюю ночь. В одной руке у него мешок и монтировка, в другой пистолет.
Посетители дома не видят Германа и даже не подозревают о том, что кто-то ещё покусился на ограбление этого дома в эту ночь.
ГЕРМАН: Вот и свиделись с тобой, так давно желанный домик.
Герман надевает чулок на голову, технично проникает в дом, варварски выламывает дверь.
продолжение следует...
официальный сайт автора http://lakutin-n.ru/
Почта автора:Lakutin200@mail.ru
Страница VK https://vk.com/avtor_nikolay_lakutin