2 мая. Суббота. Мне надо посадить сегодня 100 пузыреплодников, 100 роз и 100 барбарисов, которые нахрен никому не нужны из-за этой проклятой пандемии. Все хотят картошку и лук.
Собаки отказываются сажать, собаки хотят играть, целоваться и танцевать. Тем более братан приехал. Старшой. Правда, приходится общаться на улице, на расстоянии и после санобработки. Кому-то смешно. Кто-то считает это ковидобесием. Мне пока не смешно.
Нельзя смеяться над тем, чего не знаешь. А не знает никто. Ученые-то в принципе не очень хорошо изучили вирусы как таковые. Знают лишь, что ВРОДЕ БЫ (извините, если я не права) вирус - это такой малюююсенький кристаллик и что он не живой, поэтому не может умереть. Может лишь разрушится или инактивироваться на время. Поэтому даже с собственными детьми пока общаемся на улице. Свежа история с почти родственниками в Дагестане, где слегла вся семья, пообщавшись, как у них принято, по семейному.... Страшновато...
Вспоминаются по этому поводу две пословицы: цыплят по осени считают и хорошо смеется тот, кто смеется последним. Ребяты, я очень буду рада посмеяться сама над собой через пару-тройку месяцев. Правда! Я так хочу, чтоб фаталисты и пофигисты оказались правы. И пусть они ухохочутся потом над паникерами. Мы, паникеры, согласны! Тогда, когда все будет позади. А пока вы смеетесь несмешно и нервно. Это очень заметно. Это от неуверенности, ребята.