Вот все говорят, истории про бухло, истории про наркоту… А я, как раз, вспомнил историю, где все абсолютно трезвые.
Пишет мне подруженция, знач, с предложением поехать в Раевку. «Мои», - говорит, - «друзья там лошадок держат – покатаемся, потусим. В баньку, мож, сходим». А я и не знал, что у неё ещё какие-то друзья есть. Да ещё в Раевке. Но согласился. На следующий день мы в семь утра (благо, май месяц был) подъехали на Централку, оттуда нас подобрала как раз одна из «других друзей». В общем, всё началось ещё в Уфе. Во что меня заранее не посвятили – так это в то, что все эти ребята поклоняются Кришне и прочим героям бронзовекового Болливуда. И хрен бы с ними, да? Ну поклоняются и поклоняются. Хоть пусть Ваалу и Астарте жертвы приносят. Мне-то какое дело? А вот, какое! Семь часов, мать его, же утра у людей – так почему бы в тишине не ехать? Потому, что самое время включать песнопения! «Харя, харя!» - Блин! «Рама, рама!» - Блин! Два часа я это слушал на всей громкости. Там, вот серьёзно, три слова было за всё это время: «Харе, Кришна и Рама». Которые бессмысленная и беспощадная индийская комбинаторика помогла певцам растянуть до Альшеевского района. И БЛАГОВОНИЯ. Которые по сущности своей только второй части этого слова соответствовали. Вот.
Приехали, выходим из машины. Я мысленно перекрестился левой пяткой, что закончилась атака на мои органы чувств. Заходим в дом – хрен! Не закончилась. По всей хате этот нерусский ладан вперемешку ещё с чем-то и?.. Конечно, песнопения! Я начал думать, что может, они в фильмах всё время пляшут и поют не потому, что этого какие-то каноны требуют, а просто у них в жизни тоже постоянно это мракобесие идёт привычным фоном. В общем, те, кто был в хате, собрались, мы пересели в их машину и поехали в степь к лошадям. В машине – музыка и благовония, тут уж другого-то я и не ждал. «Ну», - думаю, - «сейчас я гляну, как они будут выкручиваться на свеженьком воздухе!»
В степь же динамики не встроены. Просто открыли все двери и музло на полную выкрутили. Ну как музло… Вот это вот. Священное. Ладно, хоть благовония перебивались запахом навоза. Поговорили чё-то, пообщались, потусили. Нормальными ребятами они оказались. Немного переклиненными. Но в адекватной степени. Разговор постоянно в религию не скатывали, чайком каким-то угощали. Я уже даже песнопения воспринимать почти перестал. И тут они и говорят: «Слушай, Серёга. Ты у нас самый толстый (а я тогда потолще был, чем щас) – нам твоя помощь, наверное, понадобится. У нас тут жеребец есть необъезженный. Мы на него садились пару раз, но он такого не любит. А надо как-то приучать. Давай мы на него уздечку накинуть попробуем, а ты верхом запрыгнешь на него, и мы его выпустим из загона. Седла надеть он не даст – так что ты просто за него коленями схватись и жизнью наслаждайся. Можешь пытаться управлять, но это всё равно бесполезно – так что уздечкой мы его чист символически снабжаем. Вы по району тут поскачете где-нибудь, минут, наверно, через сорок он устанет и сам сюда прискачет. Давай, лезь на изгородь и запрыгивай».
Я до того момента с лошадьми практически не контактировал. Я, в общем-то, и после с лошадьми не контактировал практически. Как можно на ходу держаться за коня коленями, я не представлял вообще. Всё шло к тому, что надо было отказываться от такой сомнительной затеи. Поэтому, наверно, я и согласился. И любопытство разбирало, разумеется.
Когда я только на коня запрыгнул, он на это не отреагировал никак. Я уж успел подумать, что зря его оговаривают, но тут мне всучили поводья и открыли загон. Секунд за десять я научлся лошадь держать не только коленями, но также задницей, аурой и силой мысли. Потому что в эти секунды лошадь особо никуда не ехала, а стоя на одном месте подкидывала то переднюю свою часть, то - заднюю. Как на родео, да. Ток из меня ковбой как из… конфетка. Но я усидел. Пересидел родео, левелапнулся до скачки по диким прериям, туда-сюда пересекал фронтир знаний обычного уфимца о географии края, вымотал лошадь и пришкандыбал на ней ровно к тому же месту, откуда выехал. Ну, то есть, это жеребец сам вернулся домой, так как я временами ориентацию на местности терял почти полностью и вообще никем не управлял. В общем, слезал я с одной мыслью: «Не дай бог, они баню сёдня не затопят!»
Недели через полторы до меня (уже в Уфе, конечно), долетели вести с полей. Один из хозяев коня в процессе дальнейшей его объездки так подлетел со спины своего любимца, что приземляясь на неё обратно, сломал себе копчик. А баню они в тот день всё-таки затопили…