Чья фраза: «Человек – это звучит гордо»? Почему гордо? Какой человек? Вот тот бомж у помойки – это гордо? Больной старик? Спившийся интеллигент? А давайте еще про царя природы, который не ждет от нее милости, а берет или про то, что природа – это не храм, а мастерская, и…
Это постоянное кидание цитатами, которое можно назвать заумным словом «интертекстуальность» - один из признаков так называемого постмодернизма. Есть еще много так называемых признаков так называемого постмодернизма. Кстати, если Вы постоянно перед почти каждым словом говорите «так называемый», то можно сказать, что говорите как постмодернист. Но об этом как-нибудь потом.
Про человека. В классической философии категория субъекта была одной из основополагающей. В постклассической, кстати, тоже. Потому что философствует человек, и все для человека, и во имя человека, и чукча видел этого человека. Ой, я опять в цитаты. Но потом появился Фрейд с его критикой рационализма, и человек уже как бы перестал быть разумным. Еще и Бергсон, у которого личность потерялась в длительности, а потом экзистенциализм, у которого вообще все потерялось. Так называемой постмодернизм, который разрушил все, до чего дотянулись его длинные руки, просто добил то, что разрушали без него.
Термин «смерть автора» принадлежит то ли филологу, то ли философу Р. Барту. Он, конечно, про книжки писал, в который интерпретация читателя важнее, чем то, «что хотел сказать автор», да и кого интересует, что он хотел сказать? Нет больше автора, если просмотры, камменты, клики по рекламе, ну вы понимаете.
Но этот термин не стал бы одним из самых важных в дискурсе так называемого постмодернизма, если бы он был бы только про литературу. В этом самом постмодерне ничего не бывает только про литературу, или медицину, или политику. Вернее, там все про политику. Смерть автора – это про всех нас, которые считают себя авторами своей жизни. Вы же действительно решили выбрать именно этот вуз для поступления, а не потому что он рядом с домой или бабушка в этом городе живет. И серьезно поступили на эту специальность, а не потому что только туда по баллам на бюджет проходили. И жену тоже серьезно, и ребенок хотели, а не она сказала, что таблетки пьет. Не, ну понятно, что есть еще обстоятельства, обязательства, моральные принципы, черты характера… А черты характера и так называемые принципы откуда берутся? Родители, друзья, школа, именно этот двор в именно этом районе в этом прекрасном городе. Конечно, я всегда поступаю только так, как хочу. Но желания, как писал Лакан – это всегда желания другого, а не мои собственные. И даже вот это Я – если Мид говорил, что понятие личность заменяет понятие маски (не той, которая сейчас на вас, когда вы в метро это читаете), то у Лифтона и много кого еще личности нет вообще.
Умер не только автор. Умер субъект. Человек уже не звучит гордо, природы нет, царя тоже, особенно, в голове.