- Если уж ты хочешь совершить доброе дело, я тебе позволяю, делай что хотела.
- Но я не могу, нельзя. Я - рабыня, мне запрещены пожертвования. Я не должна этого делать пока не буду свободной.
- Раз уж ты так хочешь исполнить такое святое дело, я готов тебе в этом помочь. Итак, я дарую тебе свободу, Хюррем.
Отныне никто не смеет называть тебя наложницей или рабыней.