. Ангелина закрылась в квартире, к ее двери старались не подходить, хоть девушка и просила привезти ей продуктов и вынести мусор. На курьеров, несущих пакеты в «зачумленную» квартиру, бросались с кулаками. Соседи несчастной девушки, чета Воскресенковых, тоже стали изгоями, от них бежали, едва заметив во дворе. Анна Захаровна отказалась принимать детей. Ее уговаривали, грозили, что не будут привозить продукты, но женщина уперлась, наняла такси, съездила в город и вернулась, нагруженная огромными пакетами.
Все засели по квартирам, стараясь не общаться с соседями. К лету тревога потихоньку слабела, Анна Захаровна сама пошла по квартирам, где жили ее воспитанники. Но вновь водить к пенсионерке своих чад согласились лишь две семьи, кто-то отдал детей родственникам, кто-то и сам остался без работы. Казалось, что все возвращаются к обычной жизни, только возвращались уже другими.
И именно летом прошел слух о странных звуках по ночам. Та же Анна Захаровна жаловалась соседке Марии Александровне, что ночью слышала страшный женский крик под своими окнами. Она вышла на балкон, но никого не увидела. А потом раздался плач новорожденного ребенка.
Мария Александровна слушала, но сама думала, что соседка дала волю фантазии, чтобы добиться ее внимания, ведь после весенних событий Анну Захаровну избегали. Но дома рассказала эту историю внуку Митеньке, рассказала со смехом, а мальчишка тут же разослал ее по своим друзьям в соцсетях, расписывая в самых мрачных красках. И потекли сплетни по дому. И уже не разобрать, кто сочиняет, а кто пересказывает чужую глупость.
Миф, как ни странно, смягчал стресс, вызванный пандемией, теперь нашелся повод думать о чем-то другом, совместно смеяться над чужой глупостью. И так прожили лето. А осенью тревога вернулась. Многие остались без работы, бродили по городу в поисках хоть какого-то заработка. Кто-то вспомнил давно забытые навыки: замелькали спицы, застучали швейные машинки.
Те, кому посчастливилось попасть в разряд пенсионеров, счастливо вышагивали по двору, нагруженные пакетами, из которых торчали палки колбасы.
- Специально они их выставляют что ли? - как-то сказал безработный Максим своей жене Кристине, сидевшей за монитором. Ее удаленка не давала голоду полностью захватить их сознание, но колбасу они покупать перестали. А Максим со странным чувством спешил к окну в то время, когда напротив их Счастливой улицы останавливался рейсовый автобус.
Пожилые обитатели дома садились на лавочки у подъездов, снимали ненавистные маски и часами говорили о растущих ценах и о тайне ночного крика. Жаловаться на маленькие пенсии они побаивались даже друг другу, мало ли кому перескажет разговор соседка.
И так продолжалась до ноября, до той самой ночи, когда Екатерина возвращалась с несостоявшегося свидания.
Продолжение https://zen.yandex.ru/media/id/59dfa3d9a867313173c7ecf1/potustoronnee-novyi-dom-3-5f9cdee13910530e0d2ff81f
Больше моих текстов на сайте https://gvozdenko.ru/