Скорая

История 10

В середине девяностых какой-то ухарь из КЗМ (здравоохранение московское) выдумал замечательную вещь: отправить скорую зарабатывать деньги. А что? Создавать ничего не надо - структура есть. Только бумажку оформить и вперед. Для выездного персонала эта инициатива на практике обернулась вот чем. Приходит вызов, не простой, а золотой. Не глядя ни на что снимается линейная бригада, и, размахивая квитком об оплате, отправляется на перевозку людей. И ладно бы это были медицинские вызовы, так нет. Просто перевозка. Такси. Разве что таксометры у нас не стояли. Оплата, опять же, за километры. Стыдоба. Мотивировалось это заботой о нашем благосостоянии. Отношение на подстанции к этому было кислым. Представьте: все бригады вкалывают без заездов, а одна (эдакие счастливчики) уезжает из района вообще, на неопределенный срок. Таким вот псевдотакси еду в Шереметьево, везу маму с ребенком. Разговорились. История у нее невероятно грустная, возможная только у нас. Первый раз в жизни я тогда встретился с такой яркой, чистой, незамутненной ненавистью к отчизне, которая у нее в глазах была. Хотя, если бы меня хоть краешком такой историей, как у нее, зацепило, неизвестно, как бы я себя повёл.

-А сейчас? Отдыхать едете?

-Нет. Насовсем.

-Как это?

Я-то совок, мне такое представить трудно.

-Вот так.

Приехали в Шереметьево-2, помог ей вещи до стойки донести, красный, как рак, ей квиток протягиваю. Она, опять же, спокойно мне пачку рублей дает и говорит:

-Это все. Спасибо.

Я:

-Эээ?

Она:

-Они мне больше не понадобятся.

А там, навскидку, раз в десять больше, чем надо. Я чего-то мямлю, прощаюсь. Выхожу на пандус, сажусь в машину. Дальше минор заканчивается, начинается драйв.

Отступление небольшое. Водители тогда на скорой были профи, элита. С первым классом все. С ними можно было спокойно спать на переднем сиденье при дальней госпитализации. Я работал в этот день с одним из таких спецов. Приезжая на авто, особенно с участием дорогих тачек, он любил глубокомысленно изрекать:

-Дураку хрустальный член до первого забора.

Спокойный, несуетливый.

Говорю:

-Ген, нам бы побыстрей до подстанции доехать.

Он:

-Нахера? День в самом разгаре, поработать тебе не терпится?

Я:

-Ну, чем быстрей мы доедем, тем больше денег у нас останется.

-Понял, -говорит.

Маячок врубил. Мать моя женщина! Мы еще с пандуса не съехали, на спидометре уже стольник. Ну а дальше я в ту сторону и не смотрел. Чего смотреть-то? Он как стрелку на ограничитель положил, так она и больше и не поднималась. А это "рафик". У него обтекаемость, как у бегемота. Только двери наружу выгибает. А как в город влетели, он вообще на встречку встал. Народу, говорит, там поменьше.

-СЕННА АЭРТОН, мать его!

Я в бумажки уткнулся, типа пишу. Мысль одна: покойнику деньги ни к чему. Через пять минут мы уже на Белорусской на Грузинский Вал сворачиваем. Ну а дальше все спокойно. Он чай пить, я памперс менять.

Скорая 8, Скорая 9, Скорая 11, Скорая 12, Скорая 13