За последние два месяца по ситуации вокруг отравления Навального было написано огромное количество самых разнообразных статей, мнений, суждений, блогов, зачастую с весьма противоречивой информацией.
Вместе с тем, главные вопросы о том – каким именно боевым фосфороорганическим соединением и каким именно способом был отравлен Навальный до сих пор остаются открытыми и все больше уходят в сторону от горячих обсуждения многочисленных версий о заказчиках и исполнителях этого отравления.
Однако, на сегодняшний день очевидно, что в случае с отравлением Навального перед исполнителями этого преступления стояла ключевая задача – не повторить историй с неудачными отравлениями Гебрева в Софии в 2015 году и Скрипалей в Солсберри в 2018 году. В эти покушения непроизвольно были втянуты третьи лица, которые и позволили раскрыть истинные причины странных поначалу отравлений с комами неясного генеза. Как мы знаем, в случае с Гебревым, кроме самого Гебрева пострадали также его сын и директор компании, дотронувшиеся до ручки двери автомобиля, на которую офицером ГРУ Сергеевым было предварительно нанесено жидкое вещество класса А-234.
В случае со Скрипалями разную степень отравления получили несколько десятков человек, открывавших голыми руками дверь в доме Скрипаля и касавшихся той самой ручки двери, на которую офицерами ГРУ Мишкиным и Чепигой было ранее нанесено вещество А-234.
Исходя из полученного опыта, в ситуации с отравлением Навального отравители действовали более точечно и эффективно и случайных пострадавших в результате отравления не было. Это было связано с тем, что в отличие от Софии и Солсберри, у отравителей, судя по всему, был обеспечен беспрепятственный доступ в номер 239 в отеле «Ксандер» в Томске, в котором несколько дней жил Навальный.
Давайте постараемся восстановить события ночи и раннего утра 20 августа, ключевые для понимания этого отравления. Итак, Навальный 20 августа около часа ночи вернулся в свой номер в отеле «Ксандер», в котором он и провел 5 часов перед своим выездом в аэропорт Томска. В 6 часов утра Навальный уже стоял с чемоданом в фойе отеля, а в 6.15 он на вызванном такси поехал в аэропорт Томска для посадки на рейс в Москву, который вылетел без задержки в 8.01 по местному времени.
Если предположить, что Навальный лег спать в своем номере в час ночи и поднялся в пять часов утра, а из бутылки с водой «Святой источник», на которой позже эксперты Института токсикологии Бундесвера найдут молекулы некоего БОВ ФОС, он сделал несколько глотков незадолго до выхода из номера (то есть ориентировочно в 5.45 утра), то между отравлением Навального и первыми симптомами (они развились у него в самолете ровно в 8.30 утра по Томскому времени) прошло не менее 3 часов.
Восстановив хронологию отравления, давайте зададим себе два ключевых вопроса:
1. Какое именно отравляющее вещество нейротоксического действия было применено в отношении Навального?
2. Каким образом это вещество попало в организм Навального, вызвало кому и срочную госпитализацию в Омске?
Что касается конкретного состава БОВ ФОС, то на мой взгляд, исходя из всего имеющегося на сегодняшний день объема доступной информации, Навальный был отравлен предварительно разведенным в ацетонитриле кристаллоборазным А-242 или N,N(диэтил)ацетамидидофторфосфатом, открытым П. П. Кирпичевым в Вольском филиале ГосНИИОХТ в 1980 году.
Это вещество имеет неограниченный срок хранения и за прошедший сорок лет ничуть не потеряло своих боевых свойств. Отметим, что в отличие от А-234, примененного в Солсберри, данное вещество до сих пор не было внесено в список номер 1 Приложения к Конвенции ОЗХО. При этом А-242 при растворении в ацетонитриле образует прозрачную жидкость, плохо поддающуюся гидролизу и обладающую проникающим и отравляющим потенциалом выше, чем А-234. Это вещество не только хорошо впитывается через кожу, но и, в отличие от А-234, плохо испаряется, поэтому относительно безопасно при индивидуальном применении.
Что касается способа отравления Навального, то ряд экспертов, в частности, с.н.с. Вф ГосНИИОХТ В. И. Углев, работавший в 1975-1990 гг. в лаборатории «С» под руководством П. П. Кирпичева, предполагали накожную экспликацию жидких растворов N,N(диэтил)ацетамидидофторфосфата, амида N,N(диалкил)ацетамидидофторфосфата или амида амидидофторфосфорной кислоты путем нанесения этих веществ на постельное белье или нижнее белье Навального.
Однако, на мой взгляд, эти предположения не выдерживают критики. Во-первых, необходимо понимать, что при накожном нанесении, вещества А-230-242 вызывают, за счет блокировки отдельных мышц, заметную фибриляцию, подергивание мышц в месте проникновения БОВ ФОС в ткани организма, а также повышенное потоотделение в месте аппликации. Не заметить эти симптомы практически невозможно, вместе с тем Навальный ничего не говорил в своих многочисленных интервью, про какие-либо странные ощущения на коже.
Во-вторых, нанесение отравляющего вещества на постельное белье могло не сработать по причине того, что Навальный мог либо не контактировать с этим участком белья во время сна (в номере Навального была 2-спальная кровать и он мог спасть с любой стороны) или мог вообще не спать в ночь отравления, так как точное время его возвращения из Кафтанчиково в Томск не было известно заранее.
Это же касается и возможности нанесения отравляющего вещества на трусы и (или) носки Навального. Во-первых, нижнее белье Навального могло находиться в его чемодане, который он мог закрыть на замок во время поездки в Кафтанчиково. Во-вторых, заранее знать – какое именно нижнее белье оденет Навальный в день своего отъезда, отравители не могли.
Очевидно, что так как никто кроме Навального при его отравлении не пострадал, то нанести отравляющее вещество предварительно можно было: а) на предмет с которым бы гарантировано контактировал только сам Навальный; б) на предмет, которым он бы ТОЧНО, гарантировано бы взаимодействовал в своем номере в день отъезда из Томска.
И таким предметом вполне могла стать зубная паста и зубная щетка Навального. С учетом приведенных факторов, картина преступления выглядит следующим образом. Отравитель, будучи осведомленным, что вечером 19 августа Навальный выехал для купания в село Кафтанчиково, тайно проник в номер Навального в отеле «Ксандер» и ориентировочно в 12 часов ночи нанес каплю раствора разведенного в ацетонитриле N,N(диэтил)ацетамидидофторфосфата на зубную щетку и в тюбик с зубной пастой Навального.
Далее, ничего не подозревающий Навальный вернулся в свой номер в отеле примерно в час ночи 20 августа. Так как его выезд из отеля планировался около 6 часов утра, то он встал примерно в 5.15 утра, почистил зубы уже отравленными раствором А-242 щеткой и зубной пастой, затем выпил полбутылки воды «Святой источник», находящийся на тумбочке около кровати и оставил на горлышке этой бутылки микрочастицы боевого ФОС, смешанные со слюной.
Так как отравляющее вещество проникло в ротовую полость Навального после чистки зубов, то на горлышке бутылки неизбежно бы остались четкие следы БОВ ФОС, которые в дальнейшем и помогли немецким экспертам установить примерную формулу, примененного против Навального отравляющего вещества. При этом, так как руки Навального были чисты (ОВ попало в его ротовую полость через контакт с зубной пастой и зубной щеткой, а потом всосалось в кровь), то на самой бутылке никаких следов от этого ОВ обнаружено не было.
Что касается довольно значительного времени, прошедшего от момента чистки зубов и контакта с ОВ (ориентировочно это произошло в 5.30 утра) и до появления у Навального первых признаков отравления (точно в 8.30 утра по местному времени), то такое отсроченное действие раствора А-242 могло объясняться использованием технологии нанокапсулирования ОВ (создание вокруг молекул ОВ особого наногеля, который позволяет отсрочить период действия ОВ на несколько часов). https://www.nature.com/articles/srep22736
Надо отметить, что исследования в этой области активно ведутся российскими учеными с 2016 года (в частности в МГУ) и, судя по отравлению Навального, в этой сфере российской наукой были достигнуты серьезные успехи))