Знаете, что я вам хочу сказать, друзья мои? Что умение сочинять стихи не идёт в комплекте с врождённой грамотностью. И что усиленно подбирая слова, пытаясь уложиться в определённый размер, нельзя забывать поглядывать в словарь ударений.
Я это делаю всегда, когда хоть чуть-чуть сомневаюсь в том, что слово должно произноситься с ударением на нужный мне слог. Впрочем, ошибаюсь я нечасто. А начала я себя проверять после забавного и одновременно обидного случая.
Сочиняла я стихотворение, шло оно хорошо. Вдохновение тоже не сидело на месте, оно подпрыгивало, заходило с разных сторон и нашептывало так
увлечённо-быстро, что я не всякий раз успевала улавливать слова в его восторженно-скомканной речи. Искала рифму к слову "просто". Перебирала, катая на языке, разные варианты: "ростом", "рослый", "короста" - нет, это не поэтично... И вдруг блеснуло как молния среди бела дня: "про́стынь". Ух ты! - подумала я. Но вдохновение подозрительно зашевелилось под боком.
Ты что? Совсем ничего не понимаешь? - возмутилась я. - Лучше и не придумаешь! Далекие части речи, существительные с наречением, прекрасно! - и стала писать дальше, уводя линию стихотворения от уже написанного сюжета к появлению в нем простыни. И вот когда связи были установлены, "простынь" появлялась в тексте совершенно логично и оправданно, я все-таки решила прислушаться к обеспокоенному вдохновению и внять его предупреждениям. А предупреждение было одно: проверить правильную форму слова. И я открыла интернет, в душе надеясь, что перебдела.
Увы и ах! Каково же было мое разочарование, когда я прочитала, что "про́стынь" - просторечное слово, а в литературном языке позволительно называть предмет, устилающий кровать, исключительно так: "простыня́". Простыня не лезла в стихотворение никаким боком - лишний слог и ударение не там где надо. В общем, расстройство было жуткое. Вдохновение, впечатлившись моей грустью, тоже загрустило и решило закончить сеанс и навестить меня в следующий раз. Так я и не закончила то стихотворение. До сих пор лежит и ждёт своего часа. И я думаю, что я до него доберусь, ведь мысль у него хорошая.
Но с тех пор я всегда проверяю себя в словах, в которых сомневаюсь относительно литературных норм их произношения. И то бывает в прошлом году на литературном семинаре попала: написала слово "накре́нил", думая, что ударение идёт от существительного "крен". Не тут-то было. "Накрени́л", оказывается. Но, благо, этот глагол стоял в середине строки, на рифму не влиял, а ритм сохранялся путем несложной перестановки слов.
Вот с такими трудностями сталкиваются поэты в процессе написания стихотворения: творишь, творишь, а тут вдруг приходит её величество Орфоэпия и перечеркивает всё, что ты написал и думал, что это хорошо. И нельзя не считаться с ней. Ведь кто, как не мы, поэты и писатели - служители слова, сохраним родную речь целой и невредимой?