1220 год. Монголы ликуют. Первая кампания против мусульман выиграна вчистую. В руинах самая цветущая часть Великого Хорезма. Города Мавераннахра сожжены, лучшие войска хорезмшаха уничтожены.
Страну лихорадит, эмиры выходят из повиновения.
Двоевластие Мухаммеда с матерью сменяет война всех против всех. Не давая хорезмийцам опомниться, Чингиз ставит точку в судьбе несчастного повелителя.
Продолжение. Предыдущая часть и купола Самарканда догорают ЗДЕСЬ
Музыка на дорожку
В умелых руках подметное письмо – полезнее ста тысяч войска.
Вместе с хашаром, награбленным добром и злополучным Инальчиком, средние царевичи привели из Отрара странного человека.
Сей, назвавшись Бадр-ад-Дином, не стал хоронить время цветистым пустословием, заявив с порога
Пусть знает хан, что султан в моих глазах — самое ненавистное из творений
Заинтересовавшись, Чингиз не моргая выслушал перебежчика.
Тот принадлежал к духовной верхушке Отрара и при захвате города хорезмийцами потерял близких.
Непоследовательный Мухаммед умертвил его отца, дядю и двоюродных братьев и... на этом остановился, считая себя неуязвимым для кровников. Таковым он и оставался, забывая о времени что меняет все.
Зная по себе на что готов лишенный родни человек, Владыка дал знак. Готовый было срубить изменнику голову - кешиктен, вкинул меч в ножны.
Сын (брат, да кто угодно) горящий мщением за родную кровь – не имеет цены.
Как и большинство людей прибывающих к Чингисхану, Бадр-ад-Дин пришел вовремя, подтвердив одолевающие Хана сомнения.
Смутные предчувствия
Внешне, все шло благополучнее некуда. Вместо щук по Сейхуну плыли люди, на базарах Отрара торговали волки, а с минаретов Бухары проповедовал филин.
Самарканд с нескольких концов занялся огнем. Лучшие люди этой новоявленной столицы Хорезма – дрожали зайцами у ханского порога.
Но все только начиналось...
За Хорезмшахом стояла страна. Страна огромная. Земля неисчерпаемых богатств и бесчисленного населения.
Потеря одной (пусть и самой цветущей) из областей для нее тоже, что павший слон на боевом поле. Один пал, но еще девятнадцать ревут в строю.
Сила Хорезма, его сердцевина и мощь – Гургандж.
В Гургандже безвылазно сидит злобная волчица (шахская мать) что на старости лет повадилась есть человечину.
За Мухаммедом, засевшим у переправ Джейхуна (Амударья) лежат Газни, Хорасан и Ирак. Каждая из областей способна выставить войско – кратно большее, чем все ресурсы Чингиза.
Ресурсы весьма небольшие..
Еще перед походом, в степи собрали всех.
Даже мальчишка, чей пушок на верхней губе опередил женитьбу – садился на коня. Оставалось надеяться, что жены успели понести до того, как черный туаджи принесет в кочевье черную весть.
Два тумена осталось у Мухали в царстве Цзинь, где кидане резали чжурчженей и все вместе опустошали древнее государство, считаясь с нуждами оседлых также, как корова считается с нуждами травы.
Но и Цзинь неисчерпаема. Найдись среди чжурчженей благоразумный человек и два тумена не станут заслоном. Кто защитит степи от карательной экспедиции?
Бадр-ад-Дин и Чингисхан проговорили всю ночь.
Наутро, когда черное солнце, взойдя над Самаркандом осветило вырезанных на равнине кипчаков, в шатер позвали двоих.
Так мир узнал имена Джэбэ и Субэдэя. Имена людей разных (совершенно!), с отличной судьбой и характером. Имена, которые по иронии судьбы по сей день остаются неразрывны.
Уловка
Перед тем как тумены помчались за Мухаммедом, Чингисхан отправил в разные стороны несколько человек.
Все они имели письма, "написанные" эмирами Хорезма к… нему (владыке монголов). Содержание посланий было таковым:
Мы с нашими племенами и теми, кто ищет у нас убежища, пришли из Страны тюрок к султану, желая служить его матери. И мы помогали ему против всех государей земли, пока он не завладел ею, пока ему не покорились тираны и не подчинились подданные.
И вот теперь изменилось его намерение в отношении прав его матери: он ведет себя заносчиво и непочтительно. Поэтому она приказывает оставить его без помощи. А мы ожидаем твоего прихода, чтобы следовать твоей воле и твоему желанию.
Оставалось посчитать дни, пока письма попадут шаху в руки, а яд подозрений в сердце.
Еще один человек, проверенный верной службой Данишменд-Хаджиб направился в Гургандж к упомянутой матери Мухаммеда.
Ей, уже от имени Чингисхана предлагалось - поделить страну. Мавераннахр отходил монголам, а все земли за рекой Джейхун "переходили" Туркан-Хатун.
Что до Мухаммеда то о его судьбе послание умалчивало, как вообще молчит земля о людях проявляющих сыновнюю (и дочернюю!) непочтительность.
Услуга Бадр-ад-Дина (автора интриги) оказалась неоценимой и неотразимой как укус змеи.
Сам же перебежчик в очередной раз выказал Восток тонким, а месть его холодной, о чем никогда не стоит забывать никому.
В особенности же забывать нельзя северным и западным соседям. Крест вразумил их, сделав владыками мира.
Отпадение же от Него, вернуло в состояние естественной… мудрости.
Кризисная фаза
Знай Мухаммед и его полководцы, что им противостоит весной 1220 года. Имей они сообразительность и сноровку. Принимай решения по ситуации, и…монгольское владычество в исламских землях могло окончиться не начавшись.
Уже перед Самаркандом состояние монгольских подразделений было схоже с тем, что вермахт имел под Москвой в канун декабря 1941 года.
Тумены максимально истощились, резервов не было, а материальная часть износилась по самое не могу. В случае с немцами речь шла о танках и горючем, монголы же с тревогой посматривали на коней.
При всей непритязательности и выносливости монгольской лошади, она не человек и без продыха воевать не может.
Каждую весну табуны выгонялись на выпас. Здесь коней стреножили, давали нагулять весу и только затем (через несколько месяцев) объезжали, сбрасывая жир. Так (постепенно) лошади вновь приспосабливались к сложностям походов.
Весной же массовые боевые действия прекращались. Не имея сил для сохранения темпа, Чингисхан не мог отдать инициативу. Контрудар Хорезмшаха в это время, становился фатальным.
Но! В Хорезме все сыпалось. Знатные не знали куда смотреть, бедные не знали куда бежать. Каждый брел своей дорогой, падая в свою яму.
Усугубить сумятицу поручили трем отборным туменам. Переправившись через Джейхун, Джэбэ, Субэдэй и Тогучар-нойон поставили шаху – шах.
Подписывайтесь на канал. Продолжение ЗДЕСЬ