Количество уголовных дел и судебных процессов по ним с каждым годом растет словно запретные грибы в темном лесу. Суд, в соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ, не относится к сторонам обвинения и защиты, а лишь создает необходимые условия для реализации сторонами прав и осуществления ими обязанностей в ходе судебного процесса. Вынесение акта суда зависит от всей совокупность доказательств.
Доказательства - это любая информация, на основе которой суд, прокурор, следователь или дознаватель принимают решение о наличии или отсутствии обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела: было ли преступление вообще, когда и где оно произошло, кто прав, кто виноват и др.
В соответствии с п. 1 и 2 ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств на почетных "1" и "2" местах расположены показания подозреваемого и обвиняемого, а также потерпевшего и свидетеля. На самом деле это не просто так.
Давайте немножко абстрагируемся от того, что показания - это информация "из первых уст", что показания могут быть правдивые и ложные. Так или иначе, показания характеризуют преступление или тесную связь с ним, хоть и не всегда очевидную. Например, как бы странно это не звучало, но даже простая родинка на щечке может стать решающим фактором при проведении опознания лица. Вот такие вот пирожки.
С точки зрения уголовного права у каждого преступления есть свой состав, но схема едина: объект, объективная сторона, субъект и субъективная сторона. Первые три элемента, как правило, устанавливаются в ходе расследования с наименьшей долей проблем, а вот с субъективной стороной все иначе.
В субъективную сторону преступления входит:
- вина - психическое отношение лица к своему деянию;
- мотив - то, что побуждает лицо совершить деяние;
- цель - конечный результат, т.е. совершение деяния;
- эмоции - настроение, в котором лицо совершило деяние.
У вышеуказанных элементов есть одна общая черта - все они происходят у нас в "голове". То, что находится у нас в голове, знаем только мы, а также именно за нами остается право, поделится этим нутром с кем-нибудь или нет, попытаться исказить или не исказить информацию - пока нет таких технологий, с помощью которых можно почитать наши мыслишки. Таким образом лицо, производящее расследование (следователь/дознаватель) устанавливает для себя, умышленное это преступление или неосторожное, какова конечная квалификация преступления и др.
Например, гражданин А говорит следующее: "Я осознавал, что совершаю кражу, предвидел, что причиню ущерб собственнику, а также желал причинения ущерба собственнику.." Подобного рода фразы подозреваемого/обвиняемого, только в более простой, но подробной форме будут свидетельствовать о прямом умысле лица на совершение кражи (ч. 2 ст. 25 УК РФ).
Пока не будет установлена субъективная сторона преступления, то и уголовное дело не будет направлено в суд для принятия решения по существу, так как нельзя будет составить постановление о привлечении в качестве обвиняемого, а также обвинительное заключение.
Интересный факт: существуют варианты, когда можно определить умысел бандита, не опираясь на показания того самого бандита. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 № 1 "О судебной практике по делам об убийстве" изложено, что направленность умысла можно определить по количеству и локализации повреждений, орудию совершения преступления и т.д. Для примера: гражданин А нанес 28 ударов ножом гражданину Б в область сердца, в результате чего последний скончался. Логично будет предположить, что гражданин А желал гражданину Б смерти, и довольно не простой: такое количество ударов, таким предметом, да еще и в жизненно важный орган..
Услышать правду или ложь из уст участников уголовного процесса, а затем установить суть - вещь не простая, но необходимая. На месте преступления никого из нас не было, но о преступлении нам могут рассказать те самые участники события, которые, впоследствии, обретут свои уголовно-процессуальные статусы: подозреваемого, обвиняемого и т.д.