Найти в Дзене
Светлячок Ночной .

Дача друга детства.

Я смотрю на объявление на Авито и вспоминаю детство. Продается дача моего друга детства, который уже давно уехал за рубеж и живет там.
Могли ли мы 35-40 лет назад, строя шалаши в кустах малины на чьем-нибудь участке, играя в пластмассовых солдатиков, обмениваясь вкладышами от жвачек, представить, что с годами наши дачи будут свободно продаваться, стоя миллионы?
Мое детство пришлось на начало

Я смотрю на объявление на Авито и вспоминаю детство. Продается дача моего друга детства, который уже давно уехал за рубеж и живет там.

Могли ли мы 35-40 лет назад, строя шалаши в кустах малины на чьем-нибудь участке, играя в пластмассовых солдатиков, обмениваясь вкладышами от жвачек, представить, что с годами наши дачи будут свободно продаваться, стоя миллионы?

Мое детство пришлось на начало 80-х, закат СССР, когда еще были живы те, кто прошел войну,наши дедушки и бабушки.

Пройдет еще лет 10, когда это поколение начнет уходить. Но в конце 50-х годов они получили дачные участки от государства и все последующие годы активно занимались садоводством.

Раздавало участки министерство угольной промышленности, где они работали, поэтому наш дачный поселок назывался "Горняк". Участки были нарезаны на болотистом поле рядом с лесом. Специально поле вырубили в лесу или нет, теперь этого, наверное, не узнать.

Вроде бы как считалось, что при СССР не было частной собственности, однако дачи тогда можно было продавать. По крайней мере, я помню своих соседей, - когда хозяйка дачи, умерла, ее сестра хотела дачу продать и уехать в Херсон. Продавать, видимо, можно было только через то учреждение, которое выдавало участки, то есть министерство, потому что продала она в итоге дешевле, чем хотела: человек, пожелавший купить ее, работал в том же министерстве по хозяйственной части и был, видимо, весьма оборотистым и жадным мужиком, потому что он поставил условие продать только ему и по той цене, какой он хотел, в противном случае обещал, что она вообще дачу не продаст. Это мне потом уже рассказывала моя мама, всегда весьма скептически относившаяся к новым соседям. Не продать дачу наследница не могла - ей нужно было уезжать, за дачей некому было ухаживать. А в то время с этим было строго - если за участком не следили, его могли отобрать.

Участки были возле аэродрома. В детстве от пролетавших над нами самолетов невозможно закладывало уши - для наших гражданских "тушек" использовали двигатели с военных самолетов, при проектировании которых первоочередно тогда ставилась задача надежности, а бесшумность была где-то в конце. А уж когда самолеты заводили двигатели перед взлетом - все в округе тряслось, и в нашем домике дребезжали окна.

Автор: Игорь Двуреков
Автор: Игорь Двуреков

Как-то я обронила дедушке, что взять участок возле аэродрома - так себе идея, на что он ответил, что когда раздавали участки, это был военный аэродром с изредка летающими кукурузниками и никто не думал, что все получится вот так.

И правда, аэродром стал гражданским аккурат в конце того года, когда раздали участки. Такая вот подлянка оказалась для дачников.

И вот всего каких-то 40-35 лет назад нас родители каждое лето привозили на дачу.

Васина дача была самой прикольной. Мало того, что его участок мне всегда казался больше нашего (хотя по плану всем полагалось 8 соток), но и их дом отличался от наших типовых щитовых домиков за 5000 рублей, которые в то время разрешалось ставить на дачах. Это сейчас строй, что хочешь, а тогда существовали нормы - на дачном участке позволялся только щитовой дачный дом для летнего проживания. Это стандартно - одна комната и терраса. Некоторые умельцы ухитрялись делать пристройку к дому, расширяя жилплощадь. А на васином участке стояла деревенская изба, которую дядя Боря, васин отец, где-то купил на разбор и перевез. Мария Васильевна, васина бабушка, владелица участка, немало нервов потратила, отстивая право оставить его - тогда с этим было строго и ее периодически вызывали в Правление и отчитывали.

Та самая дача, фото с ЦИАНа.
Та самая дача, фото с ЦИАНа.

Дом мне казался огромным - там было три или четыре комнаты и большой чердак. На чердак нам разрешили забраться лишь однажды. И я помню, как мы с интересом обозревали соседский участок через чердачное окно с высоты.

А еще помню, как на один из васиных дней рождения мы расписали цветными мелками окна на террасе-столовой, и их потом очень много лет не смывали.

Сейчас на стеклах нет рисунков. Спилили две березы, росшие на участке.

В 90-е, когда всем приходилось выживать, родители Васи построили гараж из блоков и разводили там индоуток.

В углу участка построили двухэтажный хозблок. Зарегестрированный, как хозблок, - на самом деле полноценный дом, пригодный для жизни. Немного узковатый, правда, но все же дом.

И вот я смотрю на фото внутри дома с сайта продажи недвижимости и удивляюсь - какие же маленькие комнаты в доме, а в детстве они казались такими большими! В одной даже рояль стоял тогда. А сейчас я не понимаю, как он мог там уместиться.