Согласно СМИ, пандемия привела к сокращению притока трудовых мигрантов в Россию и оттоку оных же из России.
И тут же поднялся «плач Ярославны» со стороны российского бизнеса! Ведь теперь, для того чтобы заполнить новые и освободившиеся вакансии, придется повышать заработную плату! Тут бы аборигенам России на радостях потирать руки – ну хоть какой-то позитив в последнее время. Но радоваться рано. Ведь средняя заработная плата, наверное, в России итак составляет запредельную величину. Поэтому представители бизнеса предупредили, что возросшие издержки на выплату зарплаты они сразу же переложат на цену отпускаемой продукции. «Так что верните нам наших рабов» – как бы намекают они – «иначе задушим вас ценами!»
Что ж, российский бизнес современного рабовладельческого уклада можно понять – это их естественная реакция. Но почему же «аналитические статьи» российских СМИ вторят им в этой околонаучной ереси?
Ведь данная позиция вполне справедлива с точки зрения экономики отдельного предприятия. Но аналитические обзоры, по идее, должны отражать ситуацию с точки зрения (в том числе) макроэкономики. И не применима на уровне национальной экономики логика отдельного предприятия. Это даже ежу и троечнику экономического факультета должно быть ясно. И вот почему.
Предприятие это не «абстрактный сферический конь в вакууме», который отпускает в никуда товары и платит зарплату работникам, берущимся из ниоткуда. Заработанная палата расходуется вполне конкретными работниками, обитающими на 1/6 части суши, на конкретные цели. Если это коренные жители, то часть зарплаты, не выведенной в накопление, расходуется на потребление товаров, которые производят эти же «неабстрактные» предприятия. В свою очередь, накопление должно оседать на банковских депозитах, которые в теории должны служить источником инвестиционных ресурсов для российской экономики. Чем больше спрос на депозиты, тем меньше по ним ставки – вследствие этого ставки по кредитам для предприятий (по крайней мере) не повышаются.
Указанная выше логика должна (при прочих равных) работать, если большинство рабочих мест занимают коренные жители. Здесь далеко ходить не надо. Зайдите в любое отделение какого-нибудь помойного банка в выходные и убедить в том, какие там очереди из мигрантов на межбанковские международные переводы денег. Да, вместо того, чтобы тратить те гроши, которые им платят рабовладельцы, на приобретение местных товаров/услуг и на пополнение пассивной части российской банковской системы (через вклады), они переводят деньги на поддержание социальной стабильности своих исторических родин. Несложно себе представить, какие колоссальные средства таким образом выводятся из секторов внутреннего потребления и инвестиционного накопления российской экономики!
Итак, теперь, из-за оттока мигрантов, часть этих средств по идее будет направлена на поддержание внутреннего спроса и, с некоторой отсрочкой, на накопление. А как же цены? – все не унимаются представители бизнеса, немало озабоченные благосостоянием людей. Да, они могут подняться. И не только из-за компенсации потерь на выплату зарплаты по возросшей ставке. Увеличение внутреннего спроса тоже подталкивает ценники вверх. И что? Это давно известная всем закономерность – приходится расплачиваться некоторой инфляцией за экономический рост в условиях увеличения занятности населения. Больше скажу, теоретики экономики как-то забывают упомянуть, что рост цен всегда в таком случае всегда будет обгонять ставки по зарплате. Но главное здесь не это, а то, что упускается один из факторов инфляции. Речь идет о производительности труда. Повышение спроса разгоняет инфляцию в том случае, если производительность труда остается на том же уровне. А по этому показателю Россия отстает от остальных развитых стран (Китай не рассматриваем – он официально считается развивающейся) в 3 раза. Да, почти за 30 лет условно рыночной экономики мы так и не смогли добиться сокращения этого разрыва. Почему так происходит – тема отдельной статьи. Но ведь правда проще поддерживать армию рабов, чем заморачиваться обеспечением отдачи от затрачиваемых трудовых усилий!