У джентльменов мода дурная, появилась — семьи, в которых представителя мужского пола в виде обязательного главы не имеется, называть «бабьими ямами». По аналогии с «волчьими». Василя Быкова эти джентльмены (которые, будем уж честны, далеко не джентльмены) вряд ли читали, им просто нравится слово «яма».
Возможно, напоминает их житие и невозможность из ямы стереотипов и комплексов выбраться?
Если верить джентльменам, которые совсем-совсем не джентльмены, в этих «бабьих ямах» царит мрак и тоска беспросветная. Женщины с утра и до вечера, и с вечера до утра занимаются тем, что убивают в сыновьях мужское начало, в дочерях — женское. Потому и вырастают там дети неправильные — мальчики не могут кулаками по столам и лицам стучать, девочки не мечтают свою жизнь спустить под хвост домашнего тирана, именующего себя «настоящим мужчиной».
Впрочем, о чем это я?
Если верить этим совсем-совсем не джентльменам, дети там не вырастают. Они спиваются, скуриваются, скалываются и с ними обязательно происходит что-нибудь ужасное. Но до того, как это ужасное произойдет, злобная женщина в полной мере успевает осознать — как-то плохо когда в доме нет главы с железными кулаками. Был бы — глядишь, все по иному и пошло…
Мне проблемы с моими детьми обещают вот уже не первый десяток лет.
Еще когда муж номер раз и его развеселая компания шагнули за грань навьего мира (экие я эвфемизмы -то изобретаю!), самые ответственные знакомые (по большей части его родственники) начали громко причитать что все, пойдет дочка по кривой дорожке. Безотцовщина несчастная.
А потом появилась дочка номер два…
И сын…
И снова дочка.
А я, такая-сякая нехорошая, избавлялась и избавлялась от мужчин.
Мне говорили:
Пожалеешь! Держись! Дети распустятся, с ними горя хлебнешь! Какой пример подаешь!
Мне обещали — дочери не то, что по кривой дорожке пойдут, они на этой кривой дорожке и поселятся.
Я отвечала:
— Ждать не устанете?
Вчера вечером трое младших принесли дневники с оценками за первую четверть. У девятиклашки среди стройного «пятерочного» ряда грустно красовалась одна четверка — по физкультуре. Третьеклашки задорно хвастались тем, что они — круглые отличники. А старшая — это я так, похвастаться — на третьем курсе в меде, причем на бюджете…
Добрые люди, правда, до сих пор ждут, когда ж я проблем с детьми хлебну полной ложкой? Искренне на это надеются. Ведь у меня — не просто «бабья яма», а «бабья яма в квадрате», как выразился один особо одаренный не джентльмен.
Мне иногда этих людей даже жалко становится, когда во всеуслышание заявляю, что такого явления как «проблемы с детьми» попросту не знаю. Бывает, они вредничают. Бывает, они капризничают. Бывает, от их воплей стекла в окнах дрожат и крыша, как мне кажется, прыгает.
Они тащат в дом всех несчастных котят и щенят. Они выкармливают птенцов летом и спасают весной глупых бабочек. Они смотрят японские мультики и не осуждают тех, кто на них не похож. В них нет агрессии, в них нет жестокости, они не стремятся кого-то обидеть. Правда, и себя обидеть никому не позволят.
Я не знаю, как это — заставлять ребенка учиться. Мои дети даже прогулять уроки сначала спросят разрешения…
Знаете что, ребят… Я всем желаю, чтобы дети вырастали такими же, как в моей «бабьей яме».
Я — счастливая женщина. А кто-то скрипит зубами в надежде, что у меня все, наконец, будет плохо.