В Белоруссии почти отбита первая атака в гибридной войне. Главная составляющая часть этой войны – информационная война, то есть информационное воздействие извне, направленное на разрушение государства. Ведется словами и изображениями того, что эти слова обозначают.
Понятные слова – это главное оружие в информационной войне, самое эффективное, то есть экономное и результативное. Те, кто занимается применением слова как оружия, считают, что слова в стихах бывают более действенными, они легче входят в память, сильнее влияют на сознание. Далее по тексту я предлагаю соответствующие стихи из своего сборника «Практическая философия в стихах». Больше или меньше защитники Белоруссии уже использовали стихи в информационной войне. Надеюсь, для этого пригодятся и мои стихи для подготовки к следующим информационным атакам как на Белоруссию, так и на Россию.
Добиться цели слов войной
Бывает выгодой двойной:
Слова убойнее ракет
Подчас, а трат особых нет.
Любое слово оцени
В его влиянии на силы,
Чтоб мозг тебе не ослепили
Слова и образы войны.
Нанесён огромный ущерб стране, в частности ее производительным силам. Заводы не бомбили, но они в какое-то время встали. Армию пришлось задействовать для усиления границ и наведения порядка. Другие силовики работали с перегрузкой.
А главная причина связанных с этим затрат и потерь – враждебные слова и изображения, т. е. информация, которая в них содержится. Главная значит действующая в головах, а не основная, то есть составляющая основу. Голова управляет телом, руками и прочими органами, а через них и другими материальными средствами и предметами деятельности. Основная причина содержится в этих средствах и предметах, которыми управляют и которые приводят в действие люди. Оказывается воздействие словами, а уничтожаются производительные силы, которые составляют основу жизни людей. Прошел вброс, что «киберпартизаны» взломают банковскую систему Белоруссии и гражданам надо забирать срочно деньги из банков, а это мошенническая спекуляция на доверчивости граждан, которая может дестабилизировать банковскую систему и всю экономику страны. Вообще-то налицо осознанное покушение «киберпартизанов» на нанесение такого материального ущерба определенным субъектам, что их можно объявлять преступниками, уголовными или военными – вопрос другой. Думается, что признание гибридных войн должно получить юридическое оформление: гибридная война должна признаваться войной. Соответственно страна, которая первой начинает такую войну должна признаваться агрессором, с вытекающими из этого последствиями. Соучастие в гибридной войне информационными средствами могут вести, с территории какой-то страны как бы частные лица или организации. Пример тому – канал Нехта. Такая страна с ее территории должна выдавать как уголовных преступников тех, кто осуществляет такие информационные действия. Если она отказывается это делать и поддерживает эти действия, то должно быть признано, что она развязала информационную войну и несёт ответственность за последствия, за нанесенный материальный ущерб. Свободу слова не следует трактовать как свободу вредить словами или вмешиваться в дела другого государства с особо вредными последствиями.
Чтобы понимать значение войны слов, надо учитывать, что действительная социальная сила и отдельного человека, и сообщества людей - это соединение в нужном месте и времени в нужной последовательности, в нужном качестве и количестве семи нижеперечисленных сил:
1 – сила (способность) словами в мыслях и в речи выражать желанность сделать что-то;
2 – сила словами выражать, при чем, чем и из чего они могут сделать это,
3 – сил желать это сделать;
4 – сила (способность) образно представлять при чем, чем и из чего они могут сделать это;
5 – «физическая» сила, заключенная в организмах;
6 – сила, заключенные во внешних средствах изменения предметов;
С7 – сила (способность) предметов превращаться под действием средств в то, что нужно.
Делам, для коих хоть единой
Из них не хватит, – не бывать.
Объединяемся с другими
Сил недостатки восполнять.
Приростом сил, что получаем,
Живет всё общество и мы,
И тем приростом поднимаем
Благополучье и умы.
В приросте сил от единенья –
Исток свободы выбирать,
А без него удел – мученья,
Плюс к ним – свобода умирать.
В каком порядке перечислены выше 7 сил? Из любой пары сил та, которая выше, управляет той, которая ниже под ней. То есть она выбирает, что из того, что эта нижняя, а через нее и все, которые ниже, будут делать. Те которые ниже ставят пределы тому, из чего могут выбирать верхние. определяют, что из того, что выбирают верхние может быть сделано в реальности.
Самые нижние, те, которые заключены в предметах деятельности, составляет основу жизни людей. Об этом пойдёт речь дальше. Важно то, что любая высшая управляющая в норме потребляет энергии меньше, чем низшая управляемая. Поэтому на высшие управляющие действовать в общем легче и потому эффективнее, чтобы уничтожать самые основные жизненно важные силы людей.
Так что информационная война – это далеко не просто словесное препирательство. В гибридной войне идут разрушительные действия по всей иерархии социальных сил противников. Главная первая ее задача – уничтожить существующую государственную власть и заменить марионеточным высшим руководителем и правительством. Для этого надо сделать так, чтобы само общество показало властям, что они не могут управлять этим обществом. Для одних людей достаточно словесных призывов и уверений и изображений, которые могут быть инсценированы. Тех, кому этого мало, подкупают. Из экономии платят не всем подряд рабочим, если хотят остановить предприятие, а рабочим из ключевых цехов, при остановке которых все предприятие не может нормально работать. Но и оплата должна превратиться сначала в слова о желании бастовать в голове рабочего, затем в забастовку, затем в слова других людей об этой забастовке и о неспособности правительства управлять данным предприятием. Цель – масштаб сопротивления довести до признания президентом и правительством того, что они не могут больше управлять. Так что слова в информационной войне очень даже связаны с делами. Словами вовлекается в армию противника относительно небольшая часть людей в стране. Они пытаются выступать от имени народа в целом и служат тому, чтобы противник подчинил страну в целом.
Естественно информационная война ведётся средствами информации и непосредственно теми, кто эти средства приводит в действие. Те, кто производит тексты и изображения (писатели, журналисты, артисты, режиссеры и т. д.) обычно мыслятся как совершенно цивильные люди, а их профессии как свободные. А тут война, и на кону само существование государства, страны и жизнь массы людей.
Как же выглядела Белоруссия в начале вспышки этой информационной войны? Многие бойцы слова и изображения притом решающих подразделений (радио и телевидения) были деморализованы и бежали с фронта (забастовали, прекратили работу), некоторые перешли на сторону врага, как бы присоединяясь к «народу». На информационную защиту отечества пришлось приглашать наёмных бойцов.
Собрались люди на площади, кто реально протестовать, кто поиграться в протест (занимательное ж таки совместное действие, квест, как высказался один из организаторов, народное гуляние). Многотысячная аудитория на площади, аншлаг! А где же системная работа главнейших орудий информационной войны – мощных репродукторов. Где словесные снаряды, которые разбивают вдребезги враждебные словесные сооружения: вскрывают их глупость, недальновидность, противоречивость, их несоответствие собственным коренным интересам этих людей.
Промелькнуло сообщение о передаче на протестующих песни из советского фильма «17 мгновений весны». Песня вызвала у некоторых ностальгические эмоции, но не была частью хорошо отрежиссированных действий и вряд ли побудила кого-то к тому, чтобы не участвовать в антигосударственном выступлении.
Короче говоря, вопрос о готовности государства защитить себя в информационной войне – это вопрос о том, какими словами вооружены бойцы информационного фронта. Притом важно, какие слова составляют основу их убеждений, насколько научно обоснованную идеологию представляют, в какой форме выражены, насколько способны перейти в собственные мысли и убеждения других людей. Но это в частности означает и то, что нужна соответствующая литература, которая обучает людей, особенно неопытную молодежь, думать и просчитывать, что им и их стране выгодно в данных условиях, и не становиться орудием ее противников.
Многих россиян удивлял веселый энтузиазм, с которым «качали власть» протестующие студенты, в том числе имеющие стипендию и бесплатное. образование. Студенты, которые хотят перемен, без обоснованного разумными расчетами того, что будет после Лукашенко, и что будет в результате смены власти. Опыт развала Советского Союза и послемайданной Украины в расчет никак не взяты. Но такая позиция студентов и других протестующих, свидетельствует об отсутствии сознательного вменяемого, самостоятельного волеизъявления относительно последствий собственных действий. Манипуляторы же знают, какие их цели должны быть достигнуты после свержения Лукашенко. Значит, действия тех, кто выходит на улицу, выходят за пределы их личной вменяемости, зато находятся в пределах вменяемости манипуляторов. Те, кто на улицах – средства. Тот, кто их использует, – субъект.
Поскольку совершенно явно управление протестным движением осуществляется из-за границы по известным каналам (Инстаграмм канал «Nexta» и др.), поскольку и главными виновниками нанесенного ущерба являются не исполнители, а манипуляторы, побуждающие людей к деструктивным действиям, которые противоречат усилению их страны в целом. Как субъекты этих деструктивных действий, в которых протестующие белорусы являются лишь орудием, манипуляторы ответственны и за последствия противодействий силовых органов, защищающих белорусское государство и его суверенитет. Поскольку именно действие вызывает противодействие, постольку тот, кто действует, ответственен и, по крайне мере, за адекватное противодействие своему действию. А адекватность действий должна в данном случае определяться не через лживый термин «мирные протесты», а через термин «гибридная война». В праве незнание не освобождает, однако, от ответственности, т.е. отвечать за то, что под названием мирных протестующих люди позволяют себе становиться ландскнехтами «Нехты» и противниками своего государства, должны отвечать по его законам. Патриоты, которые выступают с конструктивной критикой своего государственного устройства ради его улучшения, врагам не служат, последствия своих действий просчитывают и за них отвечают.
Среди отрицающих, разрушающих слов особо значимы слова, которые осмеивают отрицаемое. Так что, выбирая объект критики и смеха, надо хорошо думать, потому что, один из самых действенных способов уничтожения действенности правды-истины в наших головах – наш собственный смех. Об этом фрагмент из стихотворения «Как гнобят правду-истину».
Звучит! – На слово правды хилой
Ты тыщу лживых слов скажи —
Утонет, сделавшись унылой,
Она в твоем потоке лжи.
Да что там тыщу, лишь насмешку
Над ней привычным языком
Скажи, – в ком вызовет усмешку,
В тех правде силы нет ни в ком.
Один из лучших вариантов,
Как правду сил её лишить, –
Ты оплати комедиантов,
Пусть ею смогут рассмешить.
Так что вполне объяснимо, что и Лукашенко как источник истин пытаются осмеять за что угодно. Цель понятная – вызвать и усилить недоверие.
Но вообще смех приятен и даже оздоравливает, если не имеет плачевных последствий. М. Задорнов высказался: «Посмеялись над Советским Союзом, и он исчез». Из стихов наиболее значимы как словесное оружие и для разрушения, и для защиты сатирические стихи, в частности басни. Басни, которые можно использовать для защиты, будут дальше.
Некоторым участникам протестов было весело, это вообще было народное гулянье и веселье, которое почему-то не воспринимали как просто гулянье омоновцы. Для них это гулянье было после встречи с подготовленными боевиками и протестное движение уже хорошо осозналось как угроза государству, от разрушения которого никаких благ массе белорусов не будет, а беды будут в изобилии.
О таком смехе басня «Тетеря и смех».
Тетеря и смех
Уселась, о еде мечтая,
На ветвь тетеря молодая.
Под нею окажись лиса,
И в смех: «Да что за чудеса?!
Пристойно ли приличной птице
На жалкой веточке ютиться?!
Она же под тобой чуть дышит.
Дунь на неё – её колышет!»
Тетерю смех лисы тревожит.
На ветке усидеть не может.
Вся в мыслях: «Ветка – просто смех,
А я уселась как на грех!»
Заёрзала да отцепилась
И… в лисьих лапах очутилась.
—
Тот, кто дурачить любит всех,
Нередко применяет смех.
Кто на уловку поддаётся,
Над тем, что жизнь хранит, смеётся.
А на такое не ропщи,
Не то отправишься в ощип.
И лесть (уже сказал Крылов),
И смех – бичи дурных голов.
Студентов, которые высмеивают Лукашенко, если государственный аппарат под руководством потеряет силу, ждёт платное образование притом, вероятно, уже не нормальное человеческое, которое останется для особо богатых, а дистанционное. Кстати, важным условием для перехода к дистанционному образованию послужил карантин от короновируса. Студенты в Белоруссии учились нормально, для лечения больных в Белоруссии коек в больницах хватало, в отличие от некоторых других стран. В Белоруссии карантина не было, и ничего, и учились и на «гулянья» для разрушения государства бегали. Но как так вышло, что студенты такие несознательные? Почему Лукашенко о борьбе с бандитизмом в 90-е годы спрашивает, не рассказывали ли молодым людям об этом родители? Почему это не вошло в учебники истории? Мешало что-то внешнее? Преподаватели вузов подсели на иностранные гранты? Сорос и иже с ним дотянулись до системы образования и воспитания молодежи? Впрочем, их влияние через интернет есть и очень даже эффективное с точки зрения интеллектуального и морального разложения молодежи, ее дебилизации и манипуляции ею, в том числе с использованием тех или иных способов психовнушения. Об этом басня «О пользе некоторых сетей»
О пользе некоторых сетей
Паук пораскинул на веточках сеть.
В ней пользу букашки смогли усмотреть:
Сигналить друг другу по той паутине,
Так кое-кого уже нет и в помине.
Легко в ней не понявшим суть насекомым
Сигналить бесстрашно чужим и знакомым,
Укрыться в ней может букашечка-детка —
На то, что крупнее, рассчитана сетка.
Да и паучки-конкуренты в сети
Не слишком мешают что нужно найти.
—
Увы, с неизбежностью в жизни бывает:
Один добывает – других убывает.
Коль надо, сигналь, да не будь простаком,
Забывшим, что соткана сеть пауком,
А он не способен без пользы своей
Еду упустить и наделать сетей.
Этот стих – должен напоминать особо доверчивым к интернету о тех рисках, которые создаёт для государственной безопасности вообще существование сетей интернета. Они дают определённые выгоды для хозяйственных связей. Но однажды все организации, функционирование которых зависит от интернета, могут быть остановлены теми, кто создал интернет, экономика может быть остановлена. Каналы вроде упомянутого «Нехта» участвуют в разрушении государственности. В Ливии последствия оранжевой революции с использованием сетей интернет просто катастрофичны, в Украине – весьма печальны. Канал «Нехта» покушается на такого же рода разрушительные действия. Не выступают ли и владельцы сети Инстаграмм, допуская с выгодой для себя действия этого канала, фактически соучастниками попытки государственного переворота и соучастниками информационной войны?
Многие стихи из моего сборника (Николай Жалдак Практическая философия в стихах. - URL - https://ridero.ru/books/prakticheskaya_filosofiya_v_stikhakh/freeText) входят в литературу, которая может быть использована, чтобы Союзное государство Белоруссии и России выстояло в гибридной войне. Этот сборник – стихотворный аналог моего же учебного пособия «Практическая философия», которое служило главным пособием по авторскому курсу философии для студентов Белгородского национального исследовательского университета. И в сборнике и в пособии популярно и кратко излагаются результаты научных исследований о категориях «социальные силы», «интересы» и обо всей системе категорий, необходимых для объяснения человеческой деятельности. Автор – профессиональный философ, логик преподаватель этих дисциплин с сорокалетним стажем. Стихи для меня в основном – вспомогательное средство для обучения студентов. С другими слушателями и читателями в качестве поэта сатирика успешно проводил встречи «Басни философа».
(Продолжение следует.)