Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Евгений Водолазкин

О детях, школе и чтении

– Моя мама работает учителем русского языка и литературы в обычной школе в Ленинградской области. Она и ее коллеги видят, что год от года проблема растет: дети не читают. Даже родители говорят о том, что бессильны повлиять на них в этом плане. Дети стали другими, но при этом требования к ученикам по школьной программе не меняются уже десятилетия. Вы знаете, что нужно делать, чтобы дети начали читать? Или нужно принять, что они читают меньше в силу технического прогресса – и тогда поменять требования к ним как к ученикам и студентам? – Несомненно, нужно принять к сведению, что дети не читают. Но это не значит, что с этим нужно мириться. Тексты, которые формируют наше национальное сознание, которые значимы для нашей литературы и истории, все равно не должны уходить из школы. При этом можно понимать, что их читать не будут, но они должны быть. Я объясню почему. В свое время мой учитель Дмитрий Сергеевич Лихачев говорил, что покупать книги нужно даже тем, кто их не читает. Это звучит парад
Фото А. Обухова
Фото А. Обухова

– Моя мама работает учителем русского языка и литературы в обычной школе в Ленинградской области. Она и ее коллеги видят, что год от года проблема растет: дети не читают. Даже родители говорят о том, что бессильны повлиять на них в этом плане.

Дети стали другими, но при этом требования к ученикам по школьной программе не меняются уже десятилетия. Вы знаете, что нужно делать, чтобы дети начали читать? Или нужно принять, что они читают меньше в силу технического прогресса – и тогда поменять требования к ним как к ученикам и студентам?

– Несомненно, нужно принять к сведению, что дети не читают. Но это не значит, что с этим нужно мириться.

Тексты, которые формируют наше национальное сознание, которые значимы для нашей литературы и истории, все равно не должны уходить из школы. При этом можно понимать, что их читать не будут, но они должны быть. Я объясню почему.

В свое время мой учитель Дмитрий Сергеевич Лихачев говорил, что покупать книги нужно даже тем, кто их не читает. Это звучит парадоксально, но это правда. Если человек сто раз пройдет мимо полки с книгой, может, в сто первый раз он возьмет ее в руки и прочтет.

Плохо, что школьник не читает, допустим, «Мертвые души». Но хорошо, что он о них слышит. В какой-то момент жизни он к ним обратится, почти наверняка.

Мне кажется важным не снижать планку и не вводить в школьную программу пересказы великих произведений. Пересказ – это профанация, лучше прочитать фрагмент большого романа, чем читать его в чьем-то изложении. Если мы пойдем по этому пути и официально разрешим пересказы, то конца этому пути не будет: потом будет пересказ пересказа, а в итоге все сведется к фразе «Маша ела кашу». А это уже не литература.

Я убежден, что программа должна оставаться прежней и включать в себя классические произведения русской литературы, при этом учитель должен отдавать себе отчет в том, что это мало кто читает. Но он должен действовать так, как будто это читают все. И, поверьте, это не труд Дон Кихота: люди возвращаются к чтению.

Период нечтения очень часто приходится на подростковый возраст, потому что человек познает жизнь в ее непосредственном проявлении, так она ему гораздо интереснее. Но наступает момент, когда человеку интересно осмысление того опыта, который он получил эмпирически – тогда человек берет книгу.

Литература и является этим осмыслением жизни.