Честно говоря, я не понимаю инициативы о четырёхдневной рабочей неделе, она идёт в разрез с теми целевыми установками, которые были определены в майских указах президента в 2012 года, потом 2018. И как там ни крути, не верти, суть их заключается в том, что необходимо как-то оживить нашу экономику. И здесь любой грамотный человек, который даже не имеет диплома экономиста, помнит, наверное, из учебника, что есть три фактора производства: природные ресурсы, капитал, рабочая сила.
Для того чтобы оживить экономику, необходимо задействовать эти факторы производства. Стало быть, если мы хотим чтобы у нас был экономический рост, если мы хотим чтобы Российская Федерация, как там записано в майском указе, заняла пятое место среди мировых экономик, значит надо задействовать ресурс под названием рабочая сила.
Сегодня этот ресурс задействован очень слабо, мягко выражаясь, у нас есть официальная безработица, есть, оказывается, категории лиц, которые называются лица, не включенные в состав рабочей силы. Это 30 миллионов человек, если говорить про так называемых официально занятых, но извините, полтора миллиона здоровых мужиков, которые являются охранниками. То есть на самом-то деле нам необходимо занятых, сделать работающими, а незанятых сделать тоже работающим.
То, что предлагает Дмитрий Анатольевич Медведев это как раз наоборот дальнейшее расслабление. Где же тут мобилизация? Мобилизация экономики предполагает, что люди должны более активно трудиться и трудиться, будем так говорить, в пределах рабочей недели. Понимаете, это надо, для того чтобы показать, что у нас по крайней мере не растет безработица, то есть фактически увеличивается количество частично занятых людей, а частично занятые люди, можно их по другому назвать, это частично безработные люди и, грубо говоря, Дмитрий Анатольевич хочет увеличить количество частично безработных людей в России.
Спрашивается, какая же выгода правительства от этих нововведений?
Ну, выгода только такая, чтобы приукрасить нынешнюю тухлую ситуацию. У нас официальная безработица на уровне где-то 5 % активного населения. Если говорить о скрытых формах безработицы, то наверное 20% и даже 30% , а если говорить о тех кто вроде бы официально занят на работе от и до, то большой вопрос занимаются ли они производительным трудом.
Ну, например полтора миллиона здоровых мужиков, которые числятся как охранники, то надо провести инвентаризацию вот этой 70-ти миллионной армии работников российской федерации.
Я думаю, что половина из них точно не занимается производительным трудом, это такая скрытая форма безработицы. Безусловно, что мы не решим никакой экономической социальной проблемы, если не задействуем главный фактор производства, другие названые мною факторы капитал и природный ресурс, они все-таки занимают подчиненное место по отношению к рабочей силе.
- Недаром даже марксистская политэкономия называлась теория трудовой стоимости, и Маркс тоже ничего не придумал, потому что он заимствовал это из английской классической политэкономии из Адама Свифта, Давида Рикардо. Классики говорили, что источником богатства является именно труд.
Эта инициатива может быть продолжением курса так называемой цифровизации, говоря простым языком, электронного гестапо. Вещи вполне взаимосвязанные.
Я должен сказать, что Дмитрий Анатольевич живет в какой-то своей второй реальности. Он считает, что цифровая экономика, она действительно может нас накормить, напоить, одеть, защитить. Для меня это немножко звучит как-то натянуто искусственно.
Цифровизация экономики. Мы же не говорим электрофицированная экономика. Понятно, что вся экономика держится на электричестве или газифицированная. Цифровизация, ведь это то же самое, это какая-то идея фикс, что цифра выведет нас на какие-то там орбиты. Ничего подобного, это просто один из элементов, один из атрибутов экономики, но все-таки в основе экономики не цифры, в основе экономики тяжелая промышленность, производство потребительских товаров, группа отраслей, которые в советское время называлась группа Б. Оказание обществу каких-то действительно нужных услуг.
А ведь смотрите, за последнее десятилетие произошло резкое изменение сознания человека. Человек говорит – экономика, на самом деле это не экономика. Это знаете, как бывает хорошее пиво, в котором должно быть немножко пены, а сейчас вы можете прийти, а вам подадут кружку с пеной и скажут, что это пиво. Вы поначалу удивитесь, а потом привыкнете. Так и современный человек уже привык к тому, что ему дают кружку с пеной, а он думает, что это экономика.
Теперь поясню, что такое кружка с пеной. Это значит, что экономика вроде создает какой-то валовый внутренний продукт, но это тот продукт, в котором есть та часть, она-то и является пивом, а есть пена. Так вот эта пена, это всякие там услуги, причем услуги, которые, в общем-то, общество и люди не просили, это навязанные услуги. Финансовые услуги, риэлтерские услуги, консалтинговые услуги, появляется миллион каких-то посредников, которые ничего не создаю. Это очень важно.
- В современных учебниках по экономики даже нет четкого разграничения двух видов труда: труд производительный и непроизводительный. В Советском Союзе политэкономия четко разводила эти понять. Статистика тоже.
Говорим реальный сектор экономики, и мы подспудно имеем в виду как раз пиво – реальный сектор экономики, который действительно что-то создает полезное для людей и для общества, товары и услуги, их мы и называем жизненно необходимые. А есть товары и услуги не жизненно необходимые, есть даже товары и услуги, которые вредны и опасны для человека, но, тем не менее, мы знаем, что такие вредные и опасные товары и услуги они создаются, навязываются, даже учитываются в показателе валовой внутренний продукт.
Вот скажем в европейском союзе. Им же каждый год надо тоже отчитываться, что у них экономический рост, а экономического роста никакого нет, это полная иллюзия, поэтому они каждый год меняют методологию расчета валового внутреннего продукта.
Лет десять – пятнадцать назад в Германии легализовали проституцию, так теперь услуги проституции у них засчитываются как валовый внутренний продукт. Очередная реформа в Евростате. Теперь, оказывается, и доходы от наркобизнеса тоже надо учитывать. Как?
- Я не буду сейчас рассказывать. Короче говоря, это уже сумасшедший дом, люди вообще перестали понимать, что такое труд, а что такое анти труд, что такое экономика, что такое анти экономика. И сегодня мы всё больше погружаемся именно вот в эту самую анти экономику.
Понравилась статья, поддержите канал.