Продолжение. Начало в материале «Почему российские режиссеры не умеют снимать концовки сериалов? Эпизод 1: «Бригада».
У режиссера Сергея Урсуляка неумение снимать внятные и логичные концовки сериалов превратилось уже в своего рода творческий недуг. Что странно, ибо сериалы у Урсуляка получаются, как правило, весьма качественными. Наглядный пример столь парадоксальной ситуации – добротный фильм со смазанной концовкой – являет собой сериал 2007 года «Ликвидация». В числе достоинств сериала – отличная работа актеров и операторов, остросюжетность, реалистичность происходящего в кадре. Да, создатели сериала нещадно эксплуатируют документально ничем не подтвержденный миф о том, как маршал Жуков, назначенный командующим войсками Одесского военного округа, без суда и следствия ликвидировал уголовников на вверенной ему территории. Но это не идет сериалу во вред. Возможно, потому, что миф очень красивый.
Сериал, не злоупотребляя показом шаблонных одесских фишек и достопримечательностей, тем не менее, создает осязаемую атмосферу фирменного одесского быта. Да так, что даже зритель, мало бывавший или вообще не бывавший в Одессе, чувствует особое душевное расположение к этому удивительному городу. Способность наделять таким колоритом черно-белый на экране, сильно пострадавший от войны город, в котором люди живут бедно и трудно, - это, безусловно, признак мастерства режиссера и всей съемочной группы.
Единственная, на мой взгляд, крупная неудача сериала заключается в том, что он так и не проясняет главную сюжетную интригу. Собственно, интриг в сериале две. Первая: кто скрывается под кличкой «Академик» в качестве бывшего агента абвера и руководителя антисоветского подполья в Одессе? Это становится понятным в 12 серии: Академик – это помощник военного прокурора Одесского военного округа, майор Виталий Кречетов. А вот ответа на второй вопрос – «Кто такой Кречетов?» - сериал не дает.
Кто же вы, Виталий Кречетов?
Вот то немногое, что нам в фильме удается узнать про личность Кречетова: у него, судя по всему, классовая ненависть к Советам, он - идейный враг большевиков, но во время войны был двойным агентом – работал и на наших, и на немцев.
Можно предположить, что Кречетов – человек дворянского происхождения, которого Советская власть лишила всего. Кто-то из зрителей даже выдвинул версию о том, что Виталий Егорович – бывший белогвардеец. Но это исключено: по возрасту не проходит. В фильме действие происходит в 1946 году. Актеру Михаилу Пореченкову на момент выхода фильма на экран было 38 лет. Допустим, что его герою Кречетову – столько же, плюс-минус несколько лет. Это значит, что Кречетов – примерно 1905-1910 годов рождения. Гражданская война в России, согласно официально принятым данным, в целом закончилась в 1922 году. Так что, слишком юн был Кречетов для белогвардейца. Конечно, мы знаем, что Гайдар во время гражданской войны в 16 лет командовал ротой, а в 17 - полком. Но подобные случаи все же единичны.
Книга сценариста «Ликвидации» Алексея Пояркова рассказывает, что на самом деле белогвардейцем был отец Кречетова. Да, мы в данном случае анализируем фильм, а не книгу. Но если фильм не дает внятных ответов, приходится обращаться к книге. Так вот, по книге, отца Кречетова убили на войне красные – под Ельцом. И Кречетов хочет отомстить и за него, и за старую Россию, которой больше нет. Закрываем книгу и вновь возвращаемся к фильму.
Тут сразу возникает вопрос: а как же в таком случае Кречетов сумел столь ловко втереться в доверие к Советам? Как сумел скрыть от советских компетентных органов свое происхождение, свою истинную анкету, в том числе, тот факт, что его отец – белый офицер, погибший в боях с красными? Да не просто скрыть, а придумать себе новую биографию, которая после разгрома белых позволила ему не только прикинуться благонадежным советским гражданином, но и стать членом ВКП (б), сотрудником НКВД, а во время Великой Отечественной войны – еще и одним из руководителей советского подполья в оккупированной Одессе. Совершенно непонятно. Ну, с новыми документами-то, наверное, помогли внешние кураторы Кречетова, о которых пойдет речь чуть ниже. Но как его проморгали советские компетентные органы, которые с лупой изучали биографии кандидатов в партию и в сотрудники НКВД? А ведь если Кречетов был не только из благородных, но и из эмигрантов, его еще надо было забросить в довоенный СССР (а так, заметим, оно и было, если на секунду вновь заглянуть в книгу). Одним словом, вырисовывается совершенно немыслимая по сложности и рискованности операция.
Однако неизвестно как она удалась, и Кречетова непостижимым образом проморгали вообще все – и Советы, и немцы во время Великой Отечественной войны, а расколол его только в 1946 году проницательный начальник отдела по борьбе с бандитизмом Одесского уголовного розыска Давид Гоцман – благодаря узелку на веревке. То есть, человек долгие годы виртуозно водил за нос разведки и контрразведки могущественнейших империй мира, но погорел на узелке.
Фигаро тут, Фигаро там?
Во время войны Кречетов, повторим, был двойным агентом. Как участник советского подполья он, по его собственным словам, и поезда под откос пускал, и немцев стрелял. А как агент абвера, надо полагать, устраивал диверсии против тех же советских подпольщиков и солдат Красной армии: ведь не просто же так его в школе абвера готовили. Одним словом, с одинаковым энтузиазмом убивал и тех, и других. Потому что большевиков ненавидел всей душой, а к немцам столь сильной ненависти, может быть, и не питал, но и особой любви - тоже, и связался с ними, потому что хоть с чертом, только бы от большевиков избавиться.
С мотивацией Кречетова все ясно, но как же, спрашивается, все это ему удавалось чисто технически, чтобы ни одна из противоборствующих сторон даже не догадывалась о его подвигах по ту сторону фронта? Притом, что малейшая оплошность неминуемо стоила бы ему жизни. Где он находил для всего этого время и силы? Как, наконец, он перемещался между двумя станами – советским и немецким? Как джинн в арабских сказках – стремительно и незаметно? Или, как Фигаро, который то тут, то там? Или как Труффальдино из Бергамо, который прислуживал двум господам одновременно? Нет, все перечисленные персонажи могли бы только позавидовать той расторопности, которой волей создателей «Ликвидации» обладал Виталий Кречетов.
Тройной агент?
Идем дальше. Великая Отечественная война закончилась, Третьего рейха больше нет, но Кречетов продолжает свою деятельность в качестве законспирированного антисоветского агента и диверсанта. И вплоть до истории с узелком остается нераскрытым, хотя в фильме уйма посвященных людей знает, что на самом деле майор Кречетов - против Советской власти. При этом, Кречетов приказывает убить племянника Штехеля, который об этом НЕ знает. Более того, Славик – послушный и безгранично преданный своему дяде человек. Ему, в отличие от Тони, можно было сказать: «Никому ни слова», и он бы держал язык за зубами. Хотя и рассказывать-то, повторю, еще было нечего, Славик толком еще ничего не понял. Если бы вообще понял. Но его убивают – на всякий случай. Как и Арсенина, который понял, что Кречетов на самом деле не служил на 2-м Белорусском фронте. Хотя Арсенину, наверное, можно было сказать то же самое, что и Гоцману: был в советском подполье в Одессе, а это секретная информация, потому и сказал неправду. Но Кречетов предпочитает убить Арсенина. То есть, он убирает даже тех случайных людей, которые гипотетически могут заподозрить, что Кречетов – не тот человек, за которого себя выдает. А то, что есть люди, которые, действительно, это знают, которые могут проболтаться или умышленно выдать Кречетова, его, получается, волнует значительно меньше. И он гуляет себе по Одессе, встречается со своими людьми – то на берегу моря, то в катакомбах, то на конспиративных квартирах. И походя убивает ненужных свидетелей. И остается нераскрытым. Красота.
Следующий супервопрос. А кто же помогает Кречетову в его диверсионной работе деньгами, людьми, оружием, кто курирует и координирует его действия и действия тех людей, которые с ним связаны? Кречетов ведь – не диверсант-одиночка. Он – человек, который организует масштабные антисоветские операции. А делать такие вещи глубоко в тылу врага без сильной и систематической поддержки невозможно. Так кто же они, соратники Кречетова? Бандеровцы? Исключено. Их с Кречетовым объединяет ненависть к Советской власти, но – и только. Общих взглядов и целей у украинских националистов и русского патриота (как его понимает Кречетов), сына белогвардейского офицера, возможно, монархиста по убеждениям априори быть не может. Они – временные и вынужденные союзники. Как и уголовники, которые работают с Кречетовым только потому, что в определенных ситуациях могут быть взаимно полезны друг другу. Но взгляды и задачи у них тоже разные. Строго говоря, в реальности вообще трудно представить себе ситуацию, когда эти три силы действуют сообща – условный белогвардеец, бандеровцы и уголовники. Но в данном случае вопрос не в этом, а в том, кто же та внешняя сила, которая поддерживает Кречетова в его антисоветской деятельности после войны? Так как гитлеровской Германии с ее абвером больше не существует, то ответ здесь может быть только один – Запад. Прежде всего, США и Великобритания. Да, западные спецслужбы в послевоенное время не гнушались использовать в борьбе против СССР тех, кто во время войны служил Гитлеру. Они тоже руководствовались принципом «хоть с чертом, лишь бы – против большевиков». И абверовское прошлое Кречетова западные спецслужбы, конечно, ничуть не смутило бы. Но в этом случае получается, что Кречетов даже не двойной, а тройной агент, который в зависимости от ситуации одинаково успешно работает на СССР, на гитлеровскую Германию и на Запад. Джеймс Бонд, увидев это, подал бы в отставку и неделю без продыху пил водку с мартини. Потому что если Бонд – суперагент, то кто тогда Кречетов? Как его подвиги могли быть возможными, создатели «Ликвидации» нам не объясняют. И это в значительной степени смазывает положительные впечатления от сериала.
Гоцманом сверху
Отдельные слова хочется сказать по поводу неубедительной сцены нейтрализации Академика. Гоцман и сотрудники МГБ взяли Академика настолько неудачно, что вскоре после задержания он перестрелял контрразведчиков, а Гоцмана отправил в нокаут и связал. Несколько неожиданно, правда? С учетом того, что самого-то опаснейшего диверсанта после задержания связать даже не удосужились, но зато великодушно разрешили ему встать и покурить. Неужели в советском уголовном розыске и МГБ работали простофили?
Но далее выясняется, что простофилей оказался и сам Академик. Он настолько неудачно связал Гоцману руки, что тот в самый пиковый момент сумел избавиться от пут. Это, заметим, общая беда многих как плохих, так и хороших парней мирового кинематографа: ну не умеют они почему-то надежно связывать оппонентам руки. Вспомним, например, растяп-извращенцев из «Криминального чтива», кое-как связавших героя Брюса Уиллиса. Может, киногероев стоит отправить на курсы вязания узлов?
Так или иначе, но узел во второй раз подвел Академика в «Ликвидации». После чего они с Гоцманом, говоря словами бессмертной поэмы Лермонтова, сплетясь, как пара змей, обнявшись крепче двух друзей, упали с лестницы наземь. Замедленная съемка показывает их падение так эпично, как будто они падают не с высоты второго этажа, а с крыши небоскреба. Но упали очень удачно для правосудия – Гоцманом сверху. И Академик, этот могучий мужик, при падении с высоты второго этажа получил то ли фатальные (судя по крови изо рта), то ли временно лишившие его боеспособности травмы. А Гоцман встал и отправился в интернат к усыновленному им Мишке-Карасю. Так же, как в сериале «Место встречи изменить нельзя», которому Урсуляк вольно или невольно пытается то ли подражать, то ли соперничать с ним, Шарапов отправился к Варе и усыновленному ей подкидышу. Для финальных сцен такого, повторю, в целом весьма качественного сериала, как «Ликвидация», наверное, можно было бы придумать что-то более оригинальное, внятное и логичное.
В следующей части речь пойдет о сериале «Ненастье».