В сборнике "Hebrew melodies" или "Еврейские мелодии" есть стихотворение под названием "The Wild Gazelle" или "Дикая газель":
The wild gazelle on Judah's hills
Exulting yet may bound,
And drink from all the living rills
That gush on holy ground;
Its airy step and glorious eye
May glance in tameless transport by:—
A step as fleet, an eye more bright,
Hath Judah witnessed there;
And o'er her scenes of lost delight
Inhabitants more fair.
The cedars wave on Lebanon,
But Judah's statelier maids are gone!
More blest each palm that shades those plains
Than Israel's scattered race;
For, taking root, it there remains
In solitary grace:
It cannot quit its place of birth,
It will not live in other earth.
But we must wander witheringly,
In other lands to die;
And where our fathers' ashes be,
Our own may never lie:
Our temple hath not left a stone,
And Mockery sits on Salem's throne.
Перевод А. Н. Плещеева:
Газель, свободна и легка,
Бежит в горах родного края,
Из вод любого родника
В дубравах жажду утоляя.
Газели быстр и светел взгляд,
Не знает бег ее преград.
Но стан Сиона дочерей,
Что в тех горах когда-то пели,
Еще воздушней и стройней,
Быстрей глаза их глаз газели;
Их нет! Всё так же кедр шумит,
А их напев уж не звучит!
И вы, краса родных полей,
В их почву вросшие корнями,
О пальмы! Участью своей
Гордиться можно вам пред нами;
Вас на чужбину перенесть
Нельзя... Вы там не стали б цвесть.
Подобны блеклым мы листам,
Далеко бурей унесенным...
И где отцы почили, там
Не почить утомленным...
Разрушен храм. Солима трон
Врагом поруган, сокрушен!
В стихотворении видна некоторая сочувственная жалость к евреям. Их Байрон сравнивает с вольной газелью, которая "Бежит в горах родного края,/Из вод любого родника/В дубравах жажду утоляя", а "Сиона дочерей" там нет.
Также заметна тема деревьев, что кедры там до сих пор остались, которые возможно каким то образом еще помнят, что евреи когда то жили в тех местах. Еще указывается на пальму, которая в отличие от человека не переселится.