Вчера муж сказал мне: Из нас двоих только ты живёшь! Я воскликнула: А ты зачем не живёшь? Зачем не живёшь? Но и так понятно, что он считает виноватой меня и всё, что угодно, в том, что он не живёт. А об истинной причине он не подозревает.
Мой муж вроде бы прожил совершенно обычную жизнь. Всю жизнь работал, правда, его сократили за 6 лет до пенсии и он провёл эти 6 лет, то будучи на учёте в бюро занятости, то какое то время работая кем-нибудь, последнее место работы было охранником.
Мы вырастили двоих сыновей, сейчас есть внуки, вроде всё , как у всех. На пенсии он уже 5 лет. И чем же он занимается. Можно сказать, что последнее время вообще редко выходит из дому. Он каждый день старательно моет полы, варит что-нибудь покушать, находит ещё где-нибудь грязь и на час-два он себя занял. То окна моет, то клавиатуру чистит, то пыль протирает. После этого какой-нибудь детектив по телевизору, или футбол, или новости в компьютере.
Вчера у меня даже возникло подозрение, а не впадает ли он в деменцию? Уже до этого заметила, что он насмерть бьётся за сбережения на своей книжке, но списала на его всегдашнюю экономность и страх остаться без денег. Вчера, задумалась после того, когда, на моё предложение, что заканчивается мясо и надо будет подкупить, он ответил: с пенсии купим. И это уже не первый раз, когда он упорно делает вид, что у нас нет денег. Вернее даже не делает вид, он совершенно убеждён в том, что у нас нет денег. А вклад на книжке, и не маленький? Это что, не деньги?
Дело в том, что его родители всю жизнь, не покладая рук, трудились, чтобы быть богатыми. Богатство и деньги были целью их жизни. С раннего детства, не покладая рук, трудился и мой муж, помогая родителям вести хозяйство. Всё было поставлено на деньги. Когда мы заезжали к ним по весне, свекровь выдавала своим внукам по одному огурчику с грядки, и всё. Ведь огурцы в это время были дорогие, всё шло на продажу. А как сильно хотелось после долгой зимы съесть свежий огурчик.
Закончилась их жизнь печально. Отец начал беспробудно пить, совершенно потерял человеческий облик. Даже продавцы жаловались, что после его прихода за выпивкой, им приходилось час проветривать магазин. Как-то мать уговорила мужа и его брата повести отца в баню, он совершенно перестал мыться, хотя страдал недержанием. Еле-еле два здоровых сына с уговорами повели отца в баню. И что? Уже перед дверью бани отец цыкнул на них, и два здоровых мужчины, насмерть запуганные отцом в детстве, покорно повели своего сумасшедшего отца обратно, так и не помытого. И мать, и отец закончили свою жизнь деменцией.
И ведь его родители тоже делали в старости вид, что у них нет денег. Чтобы сэкономить копейки, отец поставил счётчик на газ. В их доме всегда было даже жарковато. После счётчика они начали ходить дома в пальто. Когда мы к ним заезжали, хотелось быстрей выскочить из этого дома, настолько там было холодно! Для чего им нужны были эти копейки, ведь они тратили деньги по минимуму, ходили в лохмотьях, почти вся пенсия шла в кубышку.
У меня появляется чувство, что муж начинает понимать только простейшие вещи, а простейшей вещью являются деньги. Его родители в старости тоже понимали только деньги. Оба получали у почтальонки свою пенсию и шли прятать её друг от друга в свои сокровенные загашники.
Но почему мой муж так боится потратить собственные деньги на себя? Почему он до такой степени сузил свою собственную жизнь, даже , якобы так сильно любимых им внуков, не хочет видеть? Раньше я думала, что он просто сволочь! Сейчас думаю, что дело куда серьёзнее!
Думаю, что животный страх перед грозным отцом, который сидит в его душе с детства, не позволяет ему жить, не позволяет ему что-то хотеть. И ему даже становится завидно, что я хочу жить, что я чего-то в этой жизни хочу. При этом он под любыми предлогами, старается вставлять палки в мои желания! Но, честно говоря, я только ещё сильнее развиваюсь от этого. Вот даже в Дзен начала писать сначала из желания заработать.
А он с детства приучен к тому, что только проснувшись, он должен выполнять очередные дела, которые уже с вечера придумали его родители, что самому ему ни о чём не надо думать! Никого не интересовало, а что хочет ребёнок?
В молодости он ещё жил по накатанной программе: учиться, работать, растить детей. А сейчас, когда надо самому решать, что же тебе хочется, он не может этого сделать. Он с детства отучен, чего-то хотеть. И он целый день занимает себя, то работой по дому, то телевизором, то компьютером. И так идёт день за днём.
Думаю, что самая большая жестокость к себе, это подчинить свою душу страху. Мой муж постоянно доказывал мне, что ему будет спокойно, если у него на книжке будут лежать деньги. Вот лежат у него на книжке деньги. А страх, наоборот, только разрастается, ему всё время кажется, что денег не хватит, все мысли его только о том, как же ещё сэкономить.
Конечно, я много раз пыталась доказывать ему, что плохо служить страху! Но он настолько упорно держится за свой страх, он доказывает, что боятся все, что страх полезен, без него мы бы погибли. И его страх ему важнее его жизни! Ведь он с детства сроднился со своим страхом!
Совсем недавно я поняла, что самую большую жестокость по отношению к себе мы совершаем сами своими чувствами. Поэтому теперь я чутко слежу за своими чувствами! И если вижу, что закрадывается страх, я сразу строго говорю себе: Это жестоко по отношению ко мне, наказывать и мучить себя страхом! Немедленно прекращай истязать себя страхом! И страх сбегает!