Многие думают, что этого никогда не случится. Что это не про них. Так не бывает, чтобы слёзы ручьём. Слёзы сами капают. Их пытаешься сдержать, а они предательски льются. Навзрыд.
Когда у Марии Петровны был свой дом, она безусловно была рада этому обстоятельству. Новый дом. Построен без единого гвоздя. Крепкий. В нём печь была, в которую она ставила борщ. Чтобы он томился там. И был вкусным.
Детей было семеро по лавкам. Все нарядные. Рубашки сама вышивала. Странными узорами. Машинка Зингер только так умела. Странными.
Дом был полная чаша. Муж, очень умный. Талантливый человек. Настоящий интеллигент. С высшим филологическим образованием. Ему бы писать научные работы по лингвистике. Полностью замкнувшись в научных трудах. Но семеро детей. Все по лавкам..
Руки в мозолях у мужа Марии. Тяжёлый физический труд так быстро превратил его из улыбчивого, розовощёкого мальчишки в старика седого, с морщинами на лбу.
В тот день, когда пришла беда... Никто себе представить такого не мог. Никто и никогда.
Случилось так, что на кухне завелись муравьи. Коричневые и очень злые. Кусались они больно.
Прогрызли баллон с газом. Кто-то из детей решил покурить. Произошёл хлопок, потом второй.
Вынесло кухню полностью. Никто не пострадал. Но поймите, как тяжело Марии... Негде больше готовить. И говорить по телефону с подругами.
