Можно не узнать свою Любовь с первого взгляда. Такое тоже бывает иногда. Можно скользнуть взглядом и пройти мимо. Это исключение. Но исключение подтверждает правило - обычно мы узнаём своего человека. А если нет - можно оказаться потом в одиночестве. Из-за того, что пропустили своего. Или - свою…
Один мужчина любил в юности девушку Ларису.
Она была такая яркая, пышная, с большими карими глазами - волоокая, как говорили в старые времена. Весёлая, энергичная, общительная… Она была как пышная роза; и пахло от неё розовым маслом.
Тогда были такие болгарские духи в деревянном флакончике. А он был серенький замухрышка в советских джинсах за шесть рублей. С чёлочкой и в очках.
Они вместе учились в институте. И один раз он танцевал с Ларисой на вечеринке, потом ее провожал до дома. Даже поцеловал. А потом он был как преданный пёс; верный, добрый, любящий и совершенно ненужный…
Он остался в аспирантуре, Лариса выскочила замуж за «нового русского». За разбитного бизнесмена с машиной и квартирой. Тогда это было богатство.
Прошло много лет. Этот Алексей добился успеха, стал главой крупного издательства. И сам написал много исторических книг. Он женился, но брак неудачный оказался. Как-то без любви они прожили с женой десять лет и разошлись по согласию. А потом он уж и не хотел жениться - и так все удобно и нормально.
Только вот однажды машина сломалась. Пришлось вызвать эвакуатор; а самому ехать на трамвае до дома. Две остановки. Нет смысла такси вызывать. А пешком холодно и темно. Зима.
В трамвае Алексей как дурак себя чувствовал. Он даже не знал, как проезд оплатить, сколько стоит билет. Раньше три копейки стоил, - он отлично помнил это. Память такая штука…
А в трамвае стояла, держась за поручень, пожилая женщина в пуховике, в уродливой вязаной шапке. Сапоги такие китайские, матерчатые, нескользкие. Иссохшая старушка, правильнее сказать. Морщины и пепельного цвета кожа. Очки дешёвые…
Алексей скользнул взглядом. И как будто кожура или кора стала отпадать от старушки; странное преображение случилось. Он узнал! И вскрикнул: «Лариса!». Женщина пугливо посмотрела на него и тоже узнала. И стала пробираться к выходу. Прочь!
Он понял душой - она не хочет, чтобы он ее рассмотрел, увидел, какой она стала. Но все равно пошёл за ней, люди как-то понимали и расступались молча. Он догнал Ларису у дверей. Трамвай ведь не открывает двери по желанию пассажиров. Он догнал и сказал снова: «Лариса!»
. А больше ничего не мог сказать этот красивый полуседой мужчина. Только рукой касался рукава старого пуховика. Благоговейно касался. Он как-то все понял за секунду и только одного боялся - что Лариса уйдёт. Он ее всю жизнь любил. Но гнал это чувство и убивал память.
Хорошо, что не убил. Они вместе сейчас. И Лариса расцветает как роза; постепенно, не сразу. Глаза ее стали живыми, лицо - розовым. И волосы отросли, которые погибли после лечения. Она распрямилась и поправилась; как прежде.
И все ужасное, что случилось с ней в жизни, прошло и забылось. Она ожила. Кора растрескалась и исчезла.
Когда-то Лариса не узнала свою любовь; помешали очки, чёлочка, убогие джинсы, юношеские прыщи… Не узнала. А он потом узнал. Он умел любить. А любящие прозорливы и обладают каким-то радаром, прибором для распознавания своих возлюбленных в любом обличье. Хоть в каком.
Это был специальный трамвай любви. Последний трамвай. Хорошо, что они успели в него сесть и встретиться. Это как сказка про Соловья и Розу; только со счастливым концом.
Мы всегда узнаем своих, вот что я думаю. В итоге узнаём все же. Может, по запаху. Он говорил, что был запах розового масла…
Анна Кирьянова