Глава 4.
Следующие два дня, на удивление, все протекало достаточно спокойно и на дороге, и за ее пределами. В тот раз беглянке вовремя удалось пересечь реку, и обернувшись на оставленные позади поля рассматривала с трудом угадывавшихся на них людей, но они уже не видели одинокую всадницу на пустынной дороге. Двигаясь в неизвестном направлении, Миаленика на самом деле даже не представляла, куда она приведет, но как раз в этом и был весь азарт. Увидеть новые места, наконец, поговорить с людьми, может даже разыскать нужного ей советника, столько вариантов крутилось в голове, что улыбка сама непроизвольно появлялась на лице. Естественно, у ее было время подумать и составить несколько планов своей будущей жизни, без этого никуда, особенно когда находишься в пути в гордом одиночестве.
Обычно они с отцом ездили в другую сторону, на север, здесь же она никогда не была, по крайней мере, так далеко за пределами реки. Съезжая с дороги, и останавливаясь для отдыха, и ночлега девушка не встретила вообще никого, за исключением птиц. Основным пунктом, который беглянка как раз сейчас пыталась воплотить в жизнь, было уехать как можно дальше от дома, что бы след навсегда потерялся для тех, кто должен был искать наследницу герцога, и только тогда можно было говорить о том, что будет дальше. В идеале, не плохо, найти отдаленный городок или село, устроиться там кем-нибудь, и больше не думать о том, чего лишилась. Вот только вставал вопрос, кто возьмет себе на службу девочку, которую в жизни не учили ни готовить, ни убираться или стирать? Наверно единственное, чему она была обучена достаточно хорошо - это грамота и искусство верховой езды, так как на всех остальных уроках по большей части просто таращилась в окно.
Сидя под деревом в стороне от дороги так, что бы на нее открывался вид в обе стороны, а ее саму закрывало дерево с одной стороны и куст с другой, Миаленика непроизвольно писала на земле палочкой свое имя, размышляя о том, какое будущее ее ждет с теми, знаниями, полученными дома. Стоял солнечный день, обед был уже съеден, и сейчас она только ждала, пока отдохнет лошадь, и была готова снова отправиться в путь. Очень часто за эти дни девушка вспоминала то, как жила дома и вздрагивала от этих воспоминаний, отгоняя их и внушая себе, что поступает правильно. Решив, что отдыха достаточно, наследница герцога встала на ноги и отряхнула свое обычное, серое платье с расклешенными рукавами, подпоясанное черным поясом, с вплетенными в него серебряными нитями.
Среди всех вещей с трудом нашлось такое, выглядевшее самым скромным, но для той жизни, в которую она стремилась, все было как раз наоборот, и любой встретившейся простой женщине оно показалось бы роскошным. Поправив плащ, девушка случайно задела скреплявшую его фибулу и откинув край, взглянула на нее. Эту вещь не хотелось потерять, она была очень дорога еще с детства, и в свою очередь - доказательство того, кем является путница на случай, если бы это как то спасло ей жизнь.
Встряхнув головой, что бы в очередной раз отогнать сомнения и мысль о возвращении домой, она собрала вещи и взгромоздив их на лошадь, кое как забралась на нее сама что бы продолжить путь.
Ближе к вечеру, как назло, небо начало затягиваться тучами, и сразу становилось понятно, что без дождя тут не обойдется. Закутавшись посильнее в плащ, и приготовившись промокнуть до нитки, Миаленика с трудом разглядела вдалеке несколько строений. Решив не спешить с выводами, и заранее не радоваться, они с лошадью приближались к ним, вглядываясь все сильнее. Через какое-то время стало окончательно понятно, что перед ними небольшое поселение, состоявшее буквально из трех-четырех домов, жители которых возможно работали на полях к западу отсюда, но в силу того, что эта дорога считалась центральной, построили свои жилища как можно ближе к ней. Здесь можно разглядеть кузницу - первое строение слева, и само собой разбитое именно в этом месте не случайно. Дальше шли ничем не примечательные дома, скорее просто жилые, одна лавка, чьих товаров она не разглядела в тот момент, и что-то в роде харчевни, бросившейся в глаза, стоило только лошади войти в поселок. Людей на улице почти не было, две женщины спешили домой, таща между собой большую корзину с бельем, они даже не посмотрели в ее сторону. Слышалось, как скрипели закрываемые двери, словно не желая подчиняться своим хозяевам. Небо полностью заволокло чернотой и поднялся довольно сильный ветер. В тот момент девушка жутко радовалась, что успела сюда вовремя. Заведя лошадь под навес и привязав среди других, она сняла с седла свои вещи и направилась ко входу. Еще раз осмотрев поселок, только уже из его сердца, Миаленика вошла в дом. Оказавшись внутри, гостья непроизвольно сделала шаг назад и врезалась спиной в дверь. Первое, что ударило в нос, был запах готовящегося мяса, и желудок тут же отозвался на него не громким урчанием. Стараясь не обращать внимания, она осмотрелась по сторонам и отметила про себя, что не ошиблась. Помещение было довольно маленьким, всего два или три стола, у стены напротив очаг, освещавший и одновременно утепляющий это место. Справа от него дверь, судя по всему ведущая на кухню, а слева лестница на второй этаж, где располагались спальные комнаты или просто места, в зависимости от богатства заведения.
Пусть она была молода и не опытна в жизни, но как устроены такого рода заведения и как себя нужно вообще вести на дорогах девушка узнала лишь благодаря захватывающим рассказам гостей или солдат отца. Конечно, он не хотел, что бы его наследница слушала то, о чем разговаривали мужчины и выгонял прочь из помещения, но она всегда находила способ, как это услышать. Вот и сейчас вспоминая рассказ одного из рыцарей, беглянка невольно улыбнулась своим мыслям и совершенно забыла, где она.
Громкий мужской смех вернул девушку к реальности, заставив встряхнуть головой и осмотреться в поисках свободного места. В самом отдаленном углу сидела компания из троих людей, они доедали свой ужин, разговаривали, и время от времени смеялись. Двое были необъятных размеров, что с трудом помещались на лавочке, их сюртуки выглядели достаточно дорого, и внешне мужчины не походили на бандитов. Этот факт несомненно успокаивал, на первый взгляд. Стараясь не привлекать к себе внимания, Миаленика устроилась за другим столиком, наискосок от их, положив вещи рядом с собой и начав развязывать плащ. Отвлекясь на себя, она не заметила обращенного в ее сторону взгляда третьего человека, что сидел напротив товарищей, ему с этого места открывался вид на входную дверь. Телосложением он был почти в два раза меньше них и в какой-то мере на их фоне выглядел даже комично.
Подошедшая к столу девушки хозяйка, недоверчиво смотрела на гостью, пока та стаскивала с себя пыльный плащ. Когда дочь герцога подняла на нее глаза, женщина не произвольно ахнула, поднеся руку к губам, и принялась отряхивать свой передник, замешкавшись, словно не зная, что ей лучше сейчас сделать, привести себя в порядок или поклонится, она запричитала, но слова оставались неразборчивыми.
- Комнату, ужин и еды в дорогу с утра, спасибо, – повысив голос, дабы не сильно привлекать внимания остальных гостей, беглянка искренне надеялась, что хозяйка поймет смысл сказанного. Положительно закивав и прикусив губу, женщина стремительно убежала, даже не прикоснувшись к подвинутым в ее сторону монетам. Проведя рукой по лицу и отрицательно покачав головой, Миаленика готова была провалится сквозь пол, если бы это было возможно. Два дня пути ничего не дали, ее узнавали и здесь, но как, ведь она никогда не проезжала тут прежде. Компания за столом наискосок продолжала свою беседу, двое, сидевшие к ней спиной, смеялись между собой, время от времени бросая пару фраз третьему. Тот факт, что мужчина молчит и делает вид, будто смотрит на дверь, сразу заострил ее внимание. Сглотнув ком в горле, девушка про себя повторяла лишь одну фразу, только бы он не узнал и не услышал, что бормотала хозяйка. Внешне человеку можно смело дать лет двадцать пять, короткие черные волосы, приятные черты лица. По дорогой и опрятной одежде, она пришла к выводу, что он не менее состоятелен, нежели его товарищи, может даже богаче их.
Принесшая поднос хозяйка предложила почистить плащ, но Миаленика сразу отказалась, еще раз подвинула в ее сторону монетку, и принялась за еду. Это была тарелка мясного бульона, с плавающими овощами, а вернее их подобием, так как их было очень мало, ломоть сыра и пол буханки хлеба. Кувшин с неизвестной жидкостью, по запаху его содержимое пахло медом, стоял тут же, а под ним гостья разглядела листок бумаги. Аккуратно вытащив его, девушка уставилась на буквы, складывающиеся в слова. Она сама прекрасно умела читать, но вот всегда думала, что большинство простых людей не знают даже алфавита. Душа ушла в пятки после прочтенного текста. В сообщении говорилось, что за возвращение дочери герцога Кленского целой и невредимой полагалась награда, столько золота, сколько она весит. Тут же шло ее полное описание. Одного беглянка не учла, когда покидала свой дом, в мире много четырнадцатилетних девочек с каштановыми волосами примерно такого же роста и телосложения, даже черты лица могли быть похожими, но единственное, чем она отличалась от всех остальных – глаза. Каре-зеленые глаза выдавали ее с потрохами. Чертыхнувшись, беглянка сложила лист и убрав его на место, приступила к ужину, стараясь не думать о своем просчете.
Тут же, среди столовых приборов лежал ключик с нарисованным на нем крестиком. Поняв, что таким образом хозяева различают комнаты наверху, девушка поспешила закончить с едой и подняться туда. С трудом сдерживая желание схватить вещи и убежать из зала, пока троица не поняла, кто она такая, Миаленика делала каждый шаг с особой осторожностью, даже не подозревая, что мужчина в углу незаметно наблюдает за ней.
Комнатка оказалась крохотной. Кроме кровати и одного стула, стоявших, почти в плотную друг к другу, там ничего не было. Устав на протяжении двух дней спать на земле, даже подобное пристанище на ночь показалось ей раем. Скинув вещи на стул, предварительно заперев дверь на крючок, девушка упала спиной на кровать. Такого удобства, как дома, она конечно не доставляла, вспомнив нежность шелковых простыней и мягкость перины в своей комнате, беглянка непроизвольно застонала. Непривыкшая к таким неудобствам, с которыми ей уже пришлось столкнуться, и что еще ждут впереди, девушка время от времени жалела о своем поступке. Носить грязную одежду, спать на земле или таком подобии кровати – это не для нее, четырнадцать лет, прожившей при всех удобствах замка. Однако, стоило мыслям вернутся домой к тому, что ожидает там, все тут же принимало другой оборот. Ради того, чтобы не быть выданной замуж она готова пойти на все, даже испытывать подобный дискомфорт.
Закутавшись в одеяло, от которого пахло плесенью, наследница герцога закрыла глаза. Слезы непроизвольно сами появились в уголках глаз, но пытаясь заснуть, она их просто не замечала. Мысленно извинившись перед отцом за свой поступок, девушка всхлипнула и позволила себе медленно погрузиться в сон.
***
- Рэндалл, поторапливайся, где там тебя черти носят? – этот крик заставил девушку резко распахнуть глаза и осмотреться по сторонам. Естественно в комнате никого не было и голоса раздавались с улицы. Бросив взгляд на окно, она заметила, что оно разбило и не хватает небольшого кусочка, из-за чего стояла прекрасная слышимость. Зевнув и упав головой на подушку, Миаленика рассчитывала поспать еще немного, но топот удалявшихся копыт не позволили. Улица внизу наполнилась людьми, торопившимися по своим делам, а значит, ближайшие пару часов, заснуть уже не получится. Встав с кровати и одевшись, она подхватила свертки с вещами и направилась вниз. Зал был пуст, но как только хозяйка с кухни заметила ее появление, то тут же притащила миску с водой и снова начала суетиться, как и вчера. Закатив глаза и решив не обращать на нее внимания, беглянка умылась и присела за столик, что бы позавтракать.
Не прошло и пяти минут, как перед ней появился поднос с едой.
- Простите меня, миледи, но это лучшее, что у нас есть, мы живем скромно, как вы уже могли заметить, – неуклюже поклонившись, пробормотала она, от чего девушка чуть не подавилась. Пытаясь скрыться от своего титула и положения, ей не очень хотелось получать напоминания о том, кто она на самом деле. Сделав глоток из кувшина и подняв взгляд на хозяйку, она вздохнула.
- Я сбежала не для того, что бы меня называли миледи. Вы не расскажите? – но ответ был и так понятен, наверно иначе она бы еще вчера вечером сдала наследницу со всеми потрохами троице и забыла о том, что произошло. Положительный кивок это подтвердил, и позволил вздохнуть спокойно. Опустошив кружку и поставив ее на стол, Миаленика встала и развернула свой плащ, предварительно отряхнув его. Пока она прикрепляла фибулу на законное место, хозяйка не отрывала от гостьи глаз.
- Они направились в Низину, там со дня на день начнется ярмарка, будет куча народу, и если вы не хотите быть узнанной, то стоит держаться севернее, да и куда вам идти на восток? Там только топи и леса, дальше из низины пути не будет, только если к морю или в столицу, – предупредила она, наблюдая за тем, сколько и какие монеты ложатся на стол, что бы быть переданными ей. Приподняв брови и немного растерявшись, гостья догадалась, что речь идет о вчерашних мужчинах.
- Спасибо, – нехотя пробормотав в ответ и взяв свой сверток, она отправилась к выходу, а хозяйка встала и сорвавшись с места бросилась на кухню. На улице яркий солнечный свет резко ударил в глаза, что даже пришлось зажмуриться. Утро было в самом разгаре, тучи успели рассосаться, но лужи от вчерашнего дождя так и не высохли, и на дороге перед харчевней была одна сплошная грязь. Лошадь, на которой она приехала, мирно стояла привязанная возле двери. Ее почистили и привели в должный вид. Закрепив у седла свои вещи, Миаленика бросила взгляд на выбежавшую к ней хозяйку. Вручив сверток с, по всей видимости, едой, женщина отошла обратно к двери. Поблагодарив ее еще раз, девушка взобралась в седло и отправилась в путь, честно говоря, теперь плохо себе представляя куда именно.
Раз сказали, что на восток нет смысла идти, это не означало, что на самом деле все было именно так. Хозяйка сама говорила про море, а идея уплыть из страны очень заманчивая, так никто и никогда бы не нашел ее. От троицы беглянка судя по всему уже прилично отстала, и бояться ей нечего, однако двигаться по дороге все равно опасно, ведь любой другой мог заприметить четырнадцатилетнюю девочку и, приняв ее за наследницу, поймать. Свернув в сторону деревьев, она решила ехать под их кронами, как и по пути сюда, но не углубляться слишком далеко в лес, направляясь параллельно дороге.
Первые несколько часов все шло как нельзя лучше, и Миаленика даже снова забыла о том, что за возвращение домой полагалась не маленькая награда. Все это казалось уже неактуальным, да и вообще глупым. Ведь раз хозяева ее не выдали, то появлялись подозрения, что скорее всего почти три дня пути назад до замка Кленских отбивали всякое желание получить деньги.
Путница не заметила, как далеко от поселка они с лошадью уже отъехали, но была совершенно уверена, что оттуда ее не было видно. Основная дорога лежала чуть выше, они же двигались в овраге, по правую сторону, а слева начинался густой лес, изредка освещаемый лучами солнца, если им удавалось пробиться сквозь довольно объемную листву. Неожиданно из-за одного ствола выскочил человек, перегородив лошади дорогу, от чего та метнулась в сторону, он последовал за ней, и бедняжке пришлось остановиться, попятившись назад. Схватившись за поводья, мужчина потащил их вглубь леса и все попытки сопротивляться были заранее обречены на провал. В первые несколько минут девушка жутко испугалась и была сильно растеряна, не представляя, что делать в ответ, и делать ли, но придя в себя, резко спрыгнула из седла и помчалась бегом прочь в сторону дороги, забыв про привязанные к седлу свертки с вещами.
Варианта, все это объяснявших было два, либо грабитель, удовлетворившийся лошадью и тем, что она ему оставила, либо же один из вчерашней троицы, которая как-то все же узнала о том, что наследница находится в одной харчевне с ними и решили подстроить ей ловушку. Как следует не разглядев нападавшего, Миаленика не могла быть полностью уверена в верности своих предположений. Несясь сломя голову между деревьями и пытаясь понять, следует ли человек за ней, беглянка пару раз оглядывалась, но признаков погони не было, у него была лошадь, а у нее нет, и скорее всего мужчина запросто нагонит ее, если захочет. Ноги путались у подоле платья, но она уже привыкла к этому, часто бегая по коридорам замка и в более пышных нарядах. Только когда из-за очередного большого дерева выскочил второй, повалив ее на землю, она поняла, что сзади никто не бежал и даже не скакал, так как он знал, что здесь ждут товарищи. Рука, облаченная в грубую перчатку, заткнула рот, не позволив произнести вообще ничего. Чувствуя над собой тяжесть мужского тела, которым она была придавлена и не могла двигаться, но искренне пыталась освободиться, беглянка поняла, что непроизвольно плачет, и ничего не могла с этим поделать. Не то от боли, ни то от обиды, что сразу не догадалась обо всем, но слезы медленно стекали по щекам. Сердце бешено колотилось в груди, так и норовя вырваться из нее, и казалось, словно не она одна слышала его в эту минуту.
- Я же говорил, что она не поедет по дороге, но направиться именно в эту сторону, а вы не хотели ее поджидать. Оглуши ее, так меньше проблем будет, – раздался тот голос, что наследница уже слышала сегодня утром под окном, а значит догадка все же оказалась верна. Задержав дыхание, она была готова к нанесенному удару, от которого перед глазами все поплыло, и в результате Миаленика почувствовала, как сознание покидает ее. Наверно если бы она сейчас не валялась на земле, то обязательно на нее упала. Так сбылись худшие опасения, она попала в руки злодеев, и кто знает, что они сейчас планировали сделать, прежде, чем вернуть домой за вознаграждение единственную наследницу герцога Кленского и короля Апатии.
https://www.litres.ru/uliya-igorevna-udalova/istoriya-treh-sudeb-nachalo-puti/