Когда-то это вымирающее дерева вылечило малярию, а теперь его можно встретить только в нескольких биозаповедниках мира.
Национальный парк Ману, раскинувшийся на юго-западе Перу, является одним из самых биоразнообразных уголков планеты: пышный заповедник площадью 1,5 миллиона гектаров, внесен в список всемирного наследия ЮНЕСКО.
Окутанный туманом, в хаосе виноградных лоз, он практически не тронут цивилизацией. Но, если вы проберетесь через густые джунгли тропического леса, пересечете его стремительные реки, вы сможете увидеть один из немногих оставшихся экземпляров находящегося под угрозой исчезновения дерева Цинхона лекарственная . Именно такое официальное название носит хинное дерево, чьи тонкие 15-метровые стволы образуют густой лабиринт.
Именно это дерево в свое время спасло миллионы жизней и во многом определило ход истории человечества. Кора цинхоны дала миру хинин, первое в мире противомалярийное лекарство.
На протяжении веков малярия преследовала людей по всему миру. Она опустошила Римскую империю и убила от 150 до 300 миллионов человек в 20 веке. По данным Всемирной организации здравоохранения, почти половина населения мира все еще живет в районах, где передается болезнь.
Средневековые средства лечения « mal aria » («дурной воздух» по-итальянски) отражали ошибочное мнение, что это болезнь, передающаяся по воздуху, и варьировались от кровопускания до ампутации конечностей и прорезания дыры в черепе. И только в 17 веке в Андах было открыто первое лекарство от малярии.
Согласно легенде, хинин, как лекарство от малярии, был открыт в 1631 году, когда у графини Чинчона, испанской дворянки, жены вице-короля Перу, были обнаружены высокая температура и сильный озноб - классические симптомы малярии. Отчаявшись исцелить ее, наместник дал своей жене, приготовленную священниками-иезуитами смесь из коры андского дерева и других сушеных растений. Графиня вскоре выздоровела, и чудесное растение, которое вылечило ее, было названо в ее честь «хинной». Сегодня цинхона - национальное дерево Перу и Эквадора.
Большинство историков оспаривают эту историю, но, как и во многих легендах, в ней есть зерна истины. Хинин, алкалоид, содержащийся в коре хинного дерева, действительно может убить паразита, вызывающего малярию. Но его не открыли испанские иезуиты.
Хинин был известен коренным народам кечуа, каньяри и чиму, которые населяли современные Перу, Боливию и Эквадор еще до прихода испанцев. Именно они познакомили испанских иезуитов с корой. Иезуиты измельчали кору коричного цвета в густой горький порошок, который легко переваривался. Смесь стала известна как «Порошок иезуитов», и вскоре люди по всей Европе начали писать о «чудесном» лекарстве от малярии, обнаруженном в джунглях Нового Света. К 1640-м годам иезуиты проложили торговые пути для перевозки коры хинного дерева по Европе.
Во Франции хинин использовался для лечения лихорадки французского короля Людовика XIV . В Риме порошок был протестирован частным врачом Папы и бесплатно распространен среди населения священниками-иезуитами. Но в протестантской Англии это лекарство было встречено с некоторым скептицизмом, поскольку некоторые врачи назвали пропагандированную католиками смесь «папским ядом». Оливер Кромвель якобы умер от малярийных осложнений после отказа от «иезуитского порошка». Тем не менее, к 1677 году кора хинного дерева была впервые включена Королевской коллегией в Лондонскую факмакопею в качестве официального лекарства, используемого английскими врачами для лечения пациентов. Повышенный спрос на хинную кору быстро привел к тому, что испанцы объявили Анды «аптекой мира», и цинхона вскоре стала редкостью.
Ценность хинного дерева резко возросла в 19 веке, когда малярия была одной из самых серьезных угроз, с которыми сталкивались европейские войска, дислоцированные в зарубежных колониях.
Получение достаточного количества хинина стало стратегическим преимуществом в гонке за мировое господство, а кора хинного дерева превратилась в один из самых популярных товаров в мире. Именно хинин, позволял солдатам выживать в тропиках. Хинну использовали голландцы в Индонезии, французы в Алжире, британцы в Индии, Ямайке, Юго-Восточной Азии и Западной Африке. Между 1848 и 1861 годами британское правительство ежегодно тратило 6,4 миллиона фунтов стерлингов на импорт коры хинного дерева.
Семена хинного дерева также становятся востребованным товаром. Британское и голландское правительства хотели посадить цинхону в собственных колониях. Но выбрать правильный сорт было непросто. Каждый из 23 видов хинного дерева имеет разное содержание хинина. Именно благодаря местным жителям, обладающим местными ботаническими знаниями, европейцы смогли получить богатые хинином виды для экспорта за границу. К середине 1850-х годов британцы успешно создали плантации «лихорадочных деревьев» на юге Индии, где свирепствовала малярия. Вскоре британские власти начали распространять хинин местного производства среди солдат и государственных служащих.
Еще одна легенда о хинном дереве говорит, что именно там впервые смешали джин с хинином, чтобы сделать его вкус более интересным. И, таким образом, был изобретен первый тонизирующий напиток и знаменитый джин с тоником.
Сегодня небольшое количество хинина все еще содержится в тонизирующей воде. Но, как отмечает Ким Уокер, соавтор книги Just the Tonic, эта история, скорее всего, является мифом.
В конце концов, в 1970-х годах хинин был вытеснен артемизинином, лекарством, полученным из растения сладкой полыни, как популярное лекарство от малярии. Тем не менее, наследие хинина широко распространено по всему миру. Сегодня Бан-Дунг в Индонезии известен как «Париж Явы», потому что голландцы превратили этот когда-то сонный порт в крупнейший в мире хининовый центр, наполненный зданиями в стиле ар-деко, бальными залами и отелями. На пике глобальной «охоты на хинин» в 1850-х годах Перу и Боливия установили монополии на свой высокодоходный экспорт коры деревьев. Фактически, большая часть неоклассического собора Ла-Паса и многие мощеные улочки, проходящие сегодня через исторический центр города, были построены на налоги от продажи коры хинного дерева.
Многовековой спрос на кору хинного дерева оставил заметный шрам на ее естественной среде обитания. В 1805 году исследователи задокументировали 25000 деревьев хинного дерева в Эквадорских Андах. В той же местности, которая сейчас является частью национального парка Подокарпус , насчитывается всего 29 деревьев.
Читайте:
Растение, цветущем раз в 12 лет
Взрывоопасное африканское озеро
Самые маленькие насекомые в мире
Спасибо всем, кто дочитал до конца. Если Вам понравилось, жмите пальчик и подписывайтесь на канал.
Свое мнение можно оставить в комментариях.