Хайлин с Берегов Туры – для своих Лина, а когда проштрафится, то Лина Романовна – сама не своя покататься на машине. Вроде бы идёт собака по неотложному делу, параллельно выгуливая папу, а сама постреливает хитрющими карими очами в сторону нашей Кии, а в них – нежный туман надежды… А вдруг повезёт?!
Но папа Роман везёт её только когда действительно надо – в ветеринарку или на выставку. А тут всей семьёй – по случаю беспощадной сибирской жары – решили мы махнуть на природу… Ну как на природу – просто куда-нибудь недалеко за город, где ласково плещется река, стоят тяжёлые от тёмно-зелёной листвы деревья, а небо такое высокое и голубое, что хочется читать стихи!
Но вернёмся к прозе… Едем мы ещё по городу, дорожный плед, постеленный заботливым папой для миленькой маленькой шестидесятикилограммовой собачки, через пять минут превратился в непонятную тряпочку, а любопытная собачья морда так и норовит пролезть на переднее сиденье – там же интереснее! Папа рулит, дочка гневно выцарапывается из-под уютно расположившейся прямо на ней задней части нашей ротвейлерихи-путешественницы, а я пытаюсь выпихнуть обратно нахальный мокрый нос и чеширскую во все сорок два зуба улыбку – в общем, идёт привычная борьба бобра с ослом.
От жары и возбуждения Линка вся мокрая – эх, завернуть бы её в какой-нибудь гигантский памперс, пока наша Кия не потонула! Но чего нет – того нет. А вот и выезд из города – мы мчимся по мосту над широко разлившейся мерцающей от солнца рекой и с презрением минуем официальные пляжи, где и без нас каждый квадратный сантиметр припорошенной привозным песочком речной гальки уже занят соответствующим сантиметром чьего-нибудь жаждущего загара тельца.
Минут десять по интересным колдобинам глинозёмных тропинок, и мы нашли, где всё-таки можно притулить нашу Кию. Правда, рядом, ну точно на стоянке у дома, расположился целый автопарк, но за тишиной и одиночеством – это ведь совсем в другие места, а не в субботу днём на водоём рядом с изнывающим от неожиданного лета городом.
По берегу стелется сладостный шашлычный дымок. Вокруг импровизированные помойки из отходов вчерашних и даже уже сегодняшних шашлыков (хорошо, что без стекла!). Дети радостно плещутся в реке. Взрослые что-то явно с энтузиазмом «напивают»… Идиллия!
Папа водружает недалеко от нашей машины столик с зонтиком (мы отдыхающие опытные), я шустренько стелю на травке покрывала, вытащили канистру с питьевой водой… и в речку! Водичка тёпленькая, ласковая – м-м-м! Но есть и кое-какие нюансы – всё дно покрыто жирным мягким слоем густого ила, так что ты идёшь до глубины даже не по камням, а по этой малоаппетитной тёмной жиже, а когда плывёшь, то и дело уворачиваешься от норовящих попасть прямо тебе в лицо илистых комочков, которые с изощрённой методичностью уносит и снова приносит довольно ощутимое речное течение… Но что ж привередничать-то – мы не на Лазурном берегу.
Говорят, в верховьях нашей Томи вода ещё остаётся прозрачной, как слеза, чистой-чистой и холодной-холодной… Это ещё что! Там даже водится таймень. Но где мы, а где эти верховья – туда ехать добрых несколько часов. А мы – здесь и сейчас. Отдыхаем хорошо – валяемся на солнышке, жуём бутерброды, а чтобы освежиться, окунаемся в мутную речную водичку.
Лина, конечно, местная звезда – ну это как всегда! Грациозным танком носится по окрестностям, плавает за своим резиновым бубликом, пытается умыкнуть упавший в траву бадминтоновый воланчик, мастерски делает умильную мордочку, месмеризируя всю семью насчёт покормить симпатичного послушного пёсика… Нежный речной бриз то и дело доносит до нас восхищённые «ахи», и тогда эта хитрюга, отлично зная, кем тут восхищаются, принимает разные фотомодельные позы и чуть-чуть косит чарующим оком – ну как, все поражены моей красотой?!
Купаясь в реке, мы продолжаем показывать фокусы. Трогательно забираемся на торчащего из воды папу, поджимая задние лапки (каждая, наверное, кило по десять!), а передними обвиваем его за шею – бедная собачка так устала! Но вот, бросив исцарапанного хозяина на произвол речной волны, уже несёмся против бликующего течения за брошенным бубликом… Я успеваю первой – просто была рядом… На мокрой морде Линки непередаваемая гамма чувств, здорово смахивающих на детскую обиду.
Но наша Лина не способна долго дуться – уже через пять минут она отважно мчится гигантскими прыжками прямо по реке спасать меня, мирно дрейфующую по течению. В качестве спасённой я, естественно, угощаю свою отважную спасительницу варёной курицей, а она благосклонно принимает эти скромные дары.
Дочка играет на телефоне, папа уткнулся в ноутбук, я принимаю солнечные ванны, Линка лениво грызёт бублик в тени нашей Кии, как вдруг! Прямо из-за леса, из-за гор, от находящейся неподалёку деревеньки, на наш и без того затолпленный импровизированный пляжик наступает внушительное стадо разномастных бурёнок. Сначала это выглядит даже романтично… Этакая невинно-идиллическая пастораль с симпатичными животинками, мирно общипывающими берег Томи! Но вот пятнистая банда делает решительный рывок, видимо, к водоёму – коровам ведь тоже жарко.
Лина их не видит – она вообще ни разу в жизни не видела коров, хотя её далёкие предки ещё во времена древнеримских легионеров целыми месяцами маршировали с непобедимой армией, перегоняя для неё живые продовольственные припасы! Но тут с коровьей стороны дует подозрительный ветерок… и милый пёсик, беззаботно валяющийся в тенёчке, мгновенно преображается. Морда точь-в-точь как у старого полковника ФСБ (ещё с кэгэбэшников), почуявшего подлого внешнего врага!
Наша плюшевая мишка, обожающая завалиться на спинку и чтобы вся семья старательно чесала ей брюшко, превращается в грозного древнеримского ротвейлера – тяжёлые лапы напружинены, хвост трубой, шерсть дыбом даже на носу (это чтобы казаться ещё больше и страшнее!). Сделай она такую стойку на любой выставке – это будет Лучшая в породе, как минимум!
Правда, сначала она ещё немного неуверенно оглядывается на нас – мол, я всё правильно делаю?! Но уже через минуту самоотверженно бросается к диковинным невиданным зверям – наглым агрессорам, посмевшим вторгнуться на вверенную ей территорию! Видно, что она наверху блаженства – флюиды проснувшегося основного собачьего инстинкта прямо заворачиваются над нашей Линкой в мега-воронку!
Но и коровы не привыкли отступать. Особенно старается один прыткий бычок – совсем молоденький, гормоны только-только начали играть… Ещё одна корова быкует – она тут явно в авторитете… Идут прямо на Кию, игриво помахивая рогами! Вот оно простое собачье счастье – радостно бодаться с нахальным стадом, охраняя хозяев и их имущество! Свирепая древнеримская псина даже кусает забыковавшую бурёнку за хвост.
Шум, гам, веселье! Какой-то двухлетний малыш с воодушевлением носится под коровами. Его уже чрезмерно употребившая шашлыков мамаша упреждающе вразумляет сынишку: «Коленька, не подходи к коровке. Она может ножкой стукнуть – будет больно»… Какое там больно! Если коровки стукнут ножками и рожками, а эти милые создания, враз утратившие всю свою пасторальность, прямо-таки очевидно готовы совершить нечто подобное, от глупого Коленьки останется мокрое место… А от нашей Кии – только помятые бамперы.
Заволновавшийся из-за Кии папа даже берёт в руки Линин поводок, нахлёстывая особо вредных бурёнок по толстым бокам. Прямо и.о. местного пастуха – кстати, сам пастух, как выяснилось позже, сладко дрыхнет в крепких объятиях зелёного змия в соседней тенистой роще, а его разблудившиеся по округе коровы отрываются по чёрно-белому! Но зря наш папа волнуется – Линка удивительно ловко, будто всю жизнь только этим и занималась, минут за двадцать сгоняет вконец зашуганное стадо в реку.
Занырнув в Томь, оно дефилирует там минут пятнадцать и затянутым илом мелководьем отправляется дальше, чтобы бороться за место под солнцем со следующей партией отдыхающих… Вот такой у нас был «Полосатый рейс»! Помните? Красиво плывут! – Кто? – Вон та группа в пятнистых купальниках… А Великая и Могучая, Свирепая, Непобедимая, Победоносная Хайлин с Берегов Туры перепревращается обратно – в милейшую плюшмовую мишку с бархатными ушами и прекраснейшими хитрыми очами!
Вот только ещё несколько дней, точно вспомнив, как она лихо разогнала Ужасных Коров, наша Линочка нет-нет да и сверкнёт гордым оком – вот я какая! Но потом благосклонно спускается со своих божественных эмпирий к нам на грешную Землю, позволяя чесать себе пузо… и воруя папины носки.