Обшарпанные стены подъезда в таком виде помнили еще бровастого генсека. Но надписи маркером и карандашом, коими в изобилии они были исписаны, относились уже к нашему времени.
Ирина Витальевна, поднимаясь, машинально в уме исправляла красной ручкой грамматические, а кое-где и пунктуационные ошибки.
Учитель - профессия пожизненная.
Звонок не работал, пришлось стучать. Через пару минут тоненький голосок из-за двери пискнул:
- А кто там?
- Взрослые есть?
- Мама спит!
- Разбуди, скажи, что из школы пришли.
В квартире стоял стандартный запах. Точнее не запах, а смесь оттенков запахов, обыкновенно типичный для таких обитателей.
Пьяная хозяйка почесывая ногу выше ляжки и зевая, прошлепала тапками мимо гостьи с чайником. Воду набирала в туалете - на кухне кран был сломан, и, судя по всему, надолго. Чиркнула спичка, вспыхнул газ, той же спичкой сразу прикурила бычок из пепельницы.
Форточка возмущенно протарахтела, и струистый дым устремился на свободу.
Ирина Витальевна спокойно созерцала все окружающее и происходящее. За тридцатилетнюю практику она насмотрелась многого, и не такого даже. Поговорить надо было о старшем сыне, третьекласснике-оболтусе, который в изучении своих возможностей по дестабилизации школьной обстановки уже перешел все возможные пределы.
- Да я знаю. Ну а что он, без отца? Я ему уже и врезать не могу - сдачи даст, не постесняется.
- Вы понимаете, что к вам могут прийти и забрать его, а то и всех троих в детский дом?
Хозяйка осоловело смотрела в глаза женщине. В них было полное равнодушие.
- Пособие платить перестанут! - Ирина Витальевна задела нужную струнку. Мамаша встрепенулась
Как это перестанут?? Это с чего вдруг? Я их рожала, растила, обосранные пеленки перестирывала, а теперь, значит - отвали?
Нет, не отдам! - вдруг истерично выкрикнула она и сверкнула глазами.
В кухню робко зашла девочка лет пяти. Черные глазки робко смотрели из под копны таких же, черных, как смоль, волос.
- Мама, а тетя принесла покушать вкусненького?
Ирина Витальевна вдруг почувствовала себя неуютно, даже как будто совесть уколола.
Надо было срочно сменить тему.
- Она у вас совсем другая, не похожа на брата. Подумав, добавила - да и на вас.
Хозяйка хохотнула - так она от Арсена, разные папы. Мелкий тоже от другого. третьего. Я их коллекционирую! - хвастливо закончила она.
Как тебя зовут? - ласково спросила учительница.
Эльмира - девочка опустила глаза в пол
- Эльмирка - квартирка ее звать! Я за нее получила маткапитал и вот это жилье приобрела. Хорошее государство у нас, но только мало дает - только на эту халупу и хватило - хозяйка уперла руки в боки, рассчитывая на продолжительный политико-социально-экономический диалог.
Но учительница не собиралась долго дискутировать. Вид бедной худой девочки все же взбурлил в ней некие чувства, однако она, как опытный психолог не стала их выплескивать сразу.
- Скажите, а отец младшего где сейчас?
- А пес его знает, уже две недели где-то ходит, ни слуху, ни духу, да мне и начхать. Соль у него там, засаливается. Денег от него все равно уже не увидишь, телевизор советский был, Рубин, да и тот уволок. Ребенка заделал, да и слава богу!
- Почему слава богу?
- Многодетная я теперь стала, знаешь сколько получаю? Поболе твоей зарплатки школьной. Хозяйка фамильярно перешла на ты, хотелось сполна насладиться мнимым превосходством.
- А детей не жалко? Они же как сорняки растут. Любви не видят, значит и сами полюбить не смогут. Ни себя, ни кого-то другого. Вы себя в детстве вспомните? Поставьте себя на их место, каково будет?
Хозяйка закусила рубу, пальцы рук побелели - сжала столешницу.
- Много ты знаешь, ученая! У самой сколько? Ни одного, ну то-то же! Ты роди их, троих, да поживи с этими мудаками, которым только одно от тебя надо. Полюбиииить, да тьфу на тебя с твоей любовью!
И что, вот что ты от меня хочешь? Да, пью, гуляю, тебе меня судить что ли? У детей есть крыша над головой, это самое главное, а остальное - наживное, приходящее. Не подохнем, ничего.
- А знаете, вы, Зинаида Васильевна, что нибудь про размножение пауков? Это очень интересные насекомые, с интересным отношением к потомству. Они мастерят коконы последовательно - дно, потом стенки потом, откладывает яйца и в конце крышка. Ну, или, крыша.
Производили эксперименты, и не один. Если паука пересадить в кокон без дна, но со стенками,то он продолжит выполнять программу с указанного второго пункта. То есть, отложит яйца и накроет кокон этой крышкой. То что яйца почти сразу упадут и потомство погибнет, его мало волнует. Зато программа выполнена, закончена. Крышей.
Классный руководитель спокойно и размеренно сделала последние два глотка из чашки, молча вышла в коридор, обулась и так же, не сказав ни слова, прикрыла за собой мягкую, обшитую дермантином, входную дверь. Щелкнул язычок замка.
В квартире повисло густое молчание, которое едва размешивалось тиканьем настенных часов.
Другие рассказы - https://zen.yandex.ru/id/5f6da651c473725ba3470efe