Военная помощь Турции Азербайджану приближается к красной черте, которая может поставить его на путь столкновения с Россией. Министры иностранных дел Армении и Азербайджана в пятницу прибыли в Москву.
Президент России Владимир Путин добивается прекращения огня в Нагорном Карабахе. В сообщении Кремля говорится, что «после серии телефонных переговоров с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым и премьер-министром Армении Николом Пашиняном президент Российской Федерации обратился с призывом прекратить боевые действия в зоне нагорно-карабахского конфликта по гуманитарным соображениям с целью осуществления обмена телами погибших и пленными. Для проведения консультаций по этим вопросам при посредничестве министра иностранных дел России 9 октября в Москву приглашаются министры иностранных дел Азербайджана и Армении».
Власть созвать высокопоставленных дипломатов двух бывших советских республик – казалось бы, в одночасье – представляет собой буквальный шах и мат Турции, которая рассматривалась как главная движущая сила наступления Азербайджана 27 сентября. Несколькими днями ранее, в редкой демонстрации дипломатического сотрудничества, министры иностранных дел России, Франции и США выступили с заявлением, осуждающим «беспрецедентную и опасную эскалацию насилия в зоне Нагорного Карабаха и за ее пределами», и называющим новую войну «неприемлемой угрозой региональной стабильности».
Но как и любой нападающий игрок, Азербайджан был не одинок в отказе принять требования о прекращении огня. Скорее, именно президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган стал еще более яростным препятствием и грозным противником предложений о прекращении боевых действий. После масштабного военного наступления азербайджанских войск, боевые действия обостряются с каждым днем. После захвата и закрепления за собой определенной территории, азербайджанское наступление только усилилось, движимое стремлением к захвату еще большей части территории, которую оно считает своей и которую Организация Объединенных Наций признает таковой.
Для турецкого лидера полная дипломатическая поддержка и прямая военная поддержка азербайджанского наступления проистекают из традиционной роли Турции как государства-покровителя Азербайджана. Анкара, уступив в последние годы эту роль Москве, теперь намерена восстановить утраченную славу и вернуть себе прежнюю роль ведущей региональной державы.
Однако силовая игра Турции имела как более широкие последствия, так и высокий риск, поскольку турецкая военная помощь Азербайджану быстро приблизилась к красной черте, которая прямо привела его на курс столкновения с Россией. Россия связана с Арменией своим собственным пактом безопасности, и поэтому опасность опосредованной войны между Анкарой и Москвой все еще продолжает вырисовываться.
Расчетный риск Турции. Президент Турции Эрдоган такой же хладнокровный расчетливый рисковый игрок и шахматист, как и его российский коллега, президент Владимир Путин. И к его чести, Эрдоган был достаточно хитер, чтобы почувствовать возможность выбора времени. Смелая турецкая силовая игра на Кавказе была основана на стратегии, состоящей из нескольких элементов.
Во-первых, с турецкой точки зрения, Россия уже увязла в Сирии и Украине, с бременем на истощение из-за западных санкций и геополитического одиночества, которое проявилось в связи с так называемым отравлением российского оппозиционера Алексея Навального. Турецкие лидеры увидели в этом возможность отвлечения внимания Кремля от кавказских проблем. В этом контексте можно утверждать, что азербайджанское наступление стало для России такой же неожиданностью, как и для Армении и Нагорного Карабаха.
Второй элемент этой турецкой стратегии был также основан на благоразумном восприятии кавказского конфликта объединенным Западом. Время для азербайджанских атак было выбрано очень удачно, так как внимание Европейского союза было занято пандемией Covid-19 и хаотичной внутриполитической обстановкой в Вашингтоне, что вызывало у Анкары меньше опасений в отношении решительного западного ответа на его вмешательство в армяно-азербайджанский конфликт.
Третий элемент этой турецкой стратегии, связанный с проецированием власти Анкары на Закавказье, коренится в более широкой повестке дня Эрдогана. Этот более широкий контекст обнаруживает глубокие и даже разрушительные амбиции, которые намного превосходят любые другие цели. Скорее, именно турецкая позиция в Сирии, Ливии и Восточном Средиземноморье являются движущим мотивом этого продолжающегося восстановления мощи Анкары. Поэтому, маловероятно, что Турция будет удовлетворена военными успехами Азербайджана в боях за Нагорный Карабах. Скорее всего, Анкара продемонстрирует более решительное сопротивление затянувшемуся перемирию, чем Азербайджан, пытаясь получить транзакционные выгоды в возможной попытке бартера с Россией.
Люфт и отдача. Ключевой риск для Турции заключается в том, что ее безоговорочная поддержка Азербайджана может породить опасно самоуверенного и безрассудного союзника, который может выйти за пределы геополитической заинтересованности. Президент Ильхам Алиев, пресловутый азербайджанский силач, унаследовавший власть от своего отца в 2003-м году и назначивший свою жену вице-президентом, похоже, полон решимости самому оседлать тигра войны в конфликте.
Эта опасность очевидна, поскольку неизбирательные атаки беспилотных летательных аппаратов Азербайджана на города в Карабахе и использование запрещенных кассетных бомб, отмеченных Amnesty International, явно нанесли ущерб репутации и восприятию мировым общественным мнением как Азербайджана, так и Турции.
Дополнительный риск – это ответная реакция и возможный ответный удар со стороны Баку. Потеря контроля над Азербайджаном является лишь все более вероятным сценарием, учитывая разочарование Азербайджана в возвращении к любой второстепенной роли, связанной с подчинением Турции. Как бы ни была важна военная помощь Турции в боевых действиях, азербайджанские лидеры старательно доказывают, что они не нуждаются ни в какой внешней помощи, ни в организованном Турцией притоке наемников из Сирии, ни во вкладе в победу турецкой авиации.
Существует также потенциальная внутренняя нестабильность Азербайджана, особенно после хорошо документированных сообщений о том, что Турция завербовала более 1000 сирийских наемников для усиления азербайджанских атак на Нагорный Карабах. Этот приток суннитских комбатантов в ряды Азербайджана может и не оправдать возлагаемых на него ожиданий. С точки зрения логистики такая вербовка и импорт боевиков, возможно, были трудными, но заставить их покинуть страну может оказаться еще более сложной задачей как для Азербайджана, так и для Турции.
Президент Азербайджана Алиев разжигает и вынужден бороться с постоянно растущими внутренними требованиями и ожиданиями победы. Однако, как только нынешняя военная цензура закончится, истинная мера потерь может подорвать притязания на победу и триумф. Чем дольше продолжаются нападения на горный район, тем больше становится возможной опасность поворота событий против азербайджанской стороны, учитывая ненадежность линий снабжения и потери техники.
Таким образом, требование Путина о прекращении огня приходится на самый критический момент. Своим стремительным вызовом российский лидер превратился в главного гроссмейстера на Кавказской шахматной доске, дипломатически изолировав своего турецкого противника. Но каким бы впечатляющим ни был российский шаг, ни азербайджанская угроза возобновления военных действий при первой же возможности, ни турецкий голод по реваншу в следующем раунде противостояния не уменьшатся.
RICHARD GIRAGOSIAN для Asia Times Financial