Продолжение увлекательного рассказа одного из участников Второй Чеченской компании о боестолкновении в Аргунском ущелье. Начало здесь.
С момента выстрела «подноса» прошло не более минуты – самой долгой минуты в жизни лейтенанта Миронова и его взвода. Ведь каждый миномётчик ожидал эха разрыва и возможной его последующей корректировки отходящей разведгруппой. Все в расчёте, который произвёл выстрел, просто практически оцепенели и впились глазами в трещащую выстрелами Р-159. Другие же артиллеристы вглядывались в темноту, пытаясь увидеть среди ночи возможные отблески разрыва.
Наконец последовал взрыв, вернее эхо разнесло его звук по ущелью и следом за ним рация прямо-таки выбросила крик находящегося в составе группы разведки корректировщика огня – лейтенанта Коли Самойлова: «Плита 3, перелёт, ближе 100, беглым 4 мины, веером…». Дальше команда утонула в автоматной трескотне.
«Сейчас, «Кротик», сейчас помогу» - зашептал Миронов, увеличивая поворотными механизмами угол наклона ствола орудия.
Мгновенно подняв вверх трубу подноса отработанным движением на несколько градусов, лейтенант скомандовал заряжающему и подносчику «Три мины беглым, огонь». Моментально мина пошла в ствол и наколов капсюль-воспламенитель в болванке, миномёт выплюнул первый боеприпас в звёздное февральское небо. Следом в направлении настигающих разведгруппу чехов полетели остальные две мины.
***
Разведгруппа, задачей которой было обеспечить наблюдение за стоящей на площадке в горах одинокой кошарой и ведущей к ней дорогой, на выполнение задания выступила ещё ранним утром. Прошедшие с декабря 1999 года штурм Грозного разведчики мотострелкового полка перед выходом были немногословны. Каждый понимал, что где-то в данной районе концентрируются значительные силы вырвавшихся в конце января из Грозного боевиков, которые без боя своё оружие складывать не собираются.
Обнаружение ими группы неминуемо повлечёт бой, перевес в котором явно будет на стороне противника. Пулемёт, пять автоматов и СВД, несколько "мух" да ручные гранаты не станут значительной преградой для хорошо вооружённых и находящихся в своих горах бандитов.
Заметив унылые и собранные взгляды разведчиков, их командир - старлей Солодовников, получивший боевой опыт ещё в первую компанию, приободрил своих подчинённых: «Что скисли, парни, мы же просто на прогулку, туда и обратно, посидим-понаблюдаем и к утру домой, в тёплую палатку. Кстати, для возможной огневой поддержки комполка нам придаёт корректировщика – лейтенанта Самойлова из миномётной батареи». Новость приободрила ребят, с миномётчиками 3 батальона они успешно работали ещё на равнине и в городе.
Артиллеристы-миномётчики капитана Кияткина заслужили славу отчаянных ребят. Сам капитан был опытен, прошёл также, как и Солодовников первую чеченскую войну. Командир батареи сумел сколотить боеспособное подразделение, отличающееся сплочённостью и хорошей боевой выучкой. Вот только после Грозного половина его солдат были уже демобилизованы, а заменившие их контрактники, за редким исключением, были недостаточно подготовлены. Ну ничего, офицеры остались прежними – с такими можно воевать.
В процессе краткосрочного сбора в палатку ввалился приданный разведгруппе корректировщик. Поздоровавшись и обнявшись, офицеры достали карты и кратко обсудили складывающуюся в районе поиска обстановку. Затем Самойлов, достав пачку елецкого Беломора, угостил папиросами окружавших его солдат. Перекурили, обменялись мнениями о ситуации и позывными. Для связи с командованием батареи и батальона у Самойлова была небольшая радиостанция Р-158, разведчики же имели трофейные «Моторолы», одну из которых отдали Николаю.
После выхода выстроились цепочкой и аккуратно последовали друг за другом: головной дозор, снайпер, два офицера и замыкающий пулемётчик. Шли, несмотря на окрепший к утру морозец, налегке, максимально загрузившись боеприпасами. В процессе движения пришлось отклониться от задуманного маршрута и сделать значительный круг – идти вдоль шедшей по ущелью дороге было опасно. Случайно заметивший разведчиков житель аулов, разбросанных рядом с местом дислокации батальона, мог сорвать всю операцию.
Поднявшись ориентировочно к одиннадцати часам дня без каких-либо происшествий на запланированное для засады место засады, разведчики начали наблюдение. Выставив ближе к кошаре, которая казалась пустой и заброшенной, наблюдательный пункт из двух человек, остальные заняли круговую оборону. Пулемётчика ПКМ Солодовников оставил в своём резерве, для снайпера же выбрал место – максимально удобное для стрельбы по строению и подходящей к ней лесной дороге. Заняв позиции доложили командованию и ушли в режим молчания. Стали наблюдать…
***
Жителю одного из горных аулов Ахмету Беноеву было уже за сорок. Всю жизнь он прожил со своей семьёй в горах, как его дед и прадед пас скот, занимался охотой. Такая, практически беззаботная жизнь его устраивала несмотря на то, что на равнине его родины уже почти шесть лет шла война. Вот только зачем друг с другом воевали «повстанцы», как назвал их однажды пришедший к нему за продуктами родственник Муса, поддерживающий сначала Дудаева, а теперь Мосхадова, с федеральной властью Беноеву было не совсем понятно.
Вернувшись в семидесятых после службы в армии в родное селение, он жил мирно и без значительных хлопот, выращенного, а также добытого в ходе охоты мяса хватало для небольшой семьи и на продажу.
Всё изменилось в одно мгновение.
Продолжение читаем здесь.
Прошу оценить рассказ в комментариях. Начало здесь.