Давным-давно, когда золото Чукотки еще было найдено далеко не всё, работали мы в Провиденском районе. Забросили нас туда как-то в голую каменистую тундру на вертолете и оставили одних на неопределенный срок наедине с дикой природой. Но сначала расскажу зачем.
В рамках поисковых работ нужно было собирать донные пробы, чтобы потом проанализировать их в лаборатории на наличие золота. Эта проба представляет собой пару килограмм мелкого песка, промытого из большой валовой пробы посредством мокрого ситования. А валовая проба весом полцентнера отбиралась по руслам тундровых ручьев. По техзаданию нужно было ежедневно летать из поселка на участок работ и собирать пробы с помощью вертолета, так как между точками отбора проб было по несколько километров.
И в один прекрасный день мы решили прилететь не на день, а на три. Все нужные нам точки были рядом, мы планировали собрать все пробы и через пару ночей вылететь обратно. Собрали спальники-палатки, взяли немного гречки с тушенкой и помимо еды взяли также и немного дров, так как в каменистой тундре кроме, собственно, камней больше ничего и нет. Но зная правило "летишь в тундру - бери еду с запасом", мы взяли хавчика и дров примерно вдвое больше.
Собранные и довольные мы грузились следующим утром в наш Ми-8 в аэропорту поселка Эгвекинот. Аэропорт этот располагается на берегу живописного залива Креста, которым Берингово море с востока вдается в материк. Мы не первый раз летели на вертолете, да и в тундре до этого жили по 3-4 месяца, так что взяли с собой все необходимое. Мы были практически уверены, что у нас есть все для работы и спокойного полевого быта. Но не тут-то было.
Прилетев на наш участок, мы спешно разгрузили наш вертолет, так как начал подниматься сильный ветер. Облака на небе быстро забегали, и было ясно, что дело идет к смене погоды. На всякий случай стрельнув у вертолетчиков пару литров керосина, мы отпустили вертушку обратно в поселок. У нас был спутниковый телефон, по которому мы условились сообщить летчикам, когда наша работа будет закончена, чтобы вертолет забрал нас с пробами в поселок.
Первые дни шли бодро. С утра и до вечера, почти всё световое время, мы ходили в маршруты по окружающим нас сопкам. Расстояния были небольшие, до 20-30 километров в течение дня. Но возвращались в лагерь мы с большими и тяжелыми рюкзаками, набитыми пробами. Мы отбирали валовые пробы на ручьях и там же ситовали их в воде. Периодически накрапывал дождик, но мы к непогоде были привыкшие. Из части привезенных дров, которые представляли собой доски от разобранных балков, мы соорудили небольшой навес, который защищал нас от ветра с дождем во время наших трапез. А вечерами после ужина мы недолго сидели у костра и вскоре расползались по своим палаткам.
Спустя три дня мы были близки к победе, собрав все нужные нам пробы в радиусе пешей досягаемости. Но связавшись по спутнику с летчиками узнали, что накрапывающий у нас дождик представляет собой огромный атмосферный фронт, растянувшийся не на одну сотню километров. И ладно бы сам дождь - горы в районе аэропорта в заливе Креста были закрыты низкой облачностью и полеты были запрещены. В целом, мы этого ожидали, поэтому принялись камералить и домывать оставшиеся пробы. Еда у нас еще была, но уже было пора вскрывать заначенные шоколадки.
На следующий день мы начали потихоньку разбирать навес из дров и пускать их на костер. Погода пыталась было наладиться, но как выяснили по телефону, вероятно только у нас - залив по-прежнему был закрыт для полетов. Ну а раз у нас погода начала налаживаться, мы решили добыть в тундре немного еды. Наш отряд включал добрую дюжину человек, среди которых было четверо вооруженных людей, исполнявших помимо прочего функцию охраны полевого отряда от бурых медведей. Ранее мы их видели с вертолета неоднократно, поэтому ко встрече с косолапыми были в целом готовы. Ну а сейчас был смысл отправить охотников за дичью.
К вечеру после первой охоты удалось добыть одного огромного зайца, который пошел на суп с последней луковицей. Но на такую толпу народа этого зайца хватило лишь на один день. И утром народ с ружьями отправился в очередной рейд. Погода стала портиться основательно, и вскоре из вида пропали и окружающие нас сопки. Охотиться в таких условиях было тяжело. Но ребята добыли нам пару осенних гусей, из которых также вышла наваристая осенняя похлебка.
В аэропорт поселка мы звонили дважды в сутки, но по-прежнему безрезультатно. Более того, прогноз обещал ветреную и дождливую погоду еще несколько дней. И теперь у нас встал вопрос с дровами. Навес мы к тому времени уже разобрали и сожгли почти полностью. У нас, конечно, были дежурные горелки с газом, но газа там было всего несколько баллонов, то есть буквально на день-два. И, прежде чем потратить и его, мы решили рискнуть и попытать удачу в тундре.
Но спустя ночь нас накрыло суровым туманом. Ветер почти кончился, но морось и водная взвесь висели буквально в каждом клочке воздуха. Идти куда-то при почти полном отсутствии видимости было не только бесполезно, но и опасно. И опасно, конечно, не по причине того, что можно заблудиться - у нас тогда уже были простенькие навигаторы на батарейках. А из-за косолапых, которых ранее мы видели издалека и успевали отогнать их криками и прочим шумом. Поэтому в тот день мы все остались мокнуть в лагере.
И опасения наши были не на пустом месте. В середине дня кто-то из товарищей заметил большое темное пятно, которое то появлялось, то исчезало в сотне метров за густой пеленой. К нам подкрадывался медведь, причем судя по его поведению, уже очень давно. Он ходил кругами на расстоянии от лагеря, и то подходил ближе, то отходил подальше, когда слышал от нас звуки. Один из охотников сказал, что это скорее всего старый самец, и он рано или поздно подберется к лагерю на небезопасное расстояние и его нужно прогнать. Через пару минут в промозглой тишине защелкали металлом четыре гладкоствольных ружья. Оружие было заряжено и готово к предупредительным выстрелам. Но они не понадобились.
Как только медведь услышал металлическое лязганье, он то ли понял, то ли догадался об источнике таких звуков. А может среагировал и на уровне инстинктов, этого мы не узнаем. Но почти сразу после того, как ребята достали ружья, темное пятно перестало маячить на горизонте и больше мы его так и не видели.
На утро появились проблески солнца, и мы разделились на 4 небольших отряда. Две пары отправились на поиск зайцев, а другие пары разошлись с целью поиска дров. В тундре частенько бывают не только геологи, но и охотники и прочие рыбаки. Некоторые завозят в тундру на вездеходах доски и строят полуземлянки или балки. Иногда остаются деревянные ящики от геологов или топографов. И одним из дровяных поисковиков повезло встретить полуразрушенный старый дощатый домик всего в пяти километрах от лагеря. Видимость в тот день была отличная, и мы принялись таскать на плечах доски к лагерю всем составом. Перетащить лагерь к дровам была такая мысль, но с учетом отобранных проб и общего количества вещей это было нецелесообразно.
В итоге проблему с дровами мы решили, а вот охотники к вечеру пришли с пустыми руками. Видать вчерашний медведь всех разогнал. Мы вскрыли предпоследние пачки быстрозаварной лапши и стали смотреть карты. Определили еще несколько речных долин, где еще никто из нас не был, и решили отправить охотников туда. Но в один конец было более 25 км, и было решено снарядить ребят спальниками и ждать их через два дня.
Остальные же решили сформировать отряд рыбаков. Кое у кого были спиннинги, и можно было рассчитывать на хариуса или гольца в местных реках. Но проблема была в том, что глубины окрестных ручьев не превышала пару десятков сантиметров и рыбы там не было даже в ямах. Пришлось идти до более-менее крупного ручья за два перевала. Погода хоть и хмурилась на небе низкими облаками, но по крайней мере нас не поливало дождем. Я взял с собой фотоаппарат и по пути немного поснимал. Но рыбалка у нас не увенчалась успехом, ручей мы нашли, причем достаточно глубокий. Но никого в нем не поймали, даже не смотря на совершенно прозрачную воду. Видимо, берега окрестных ручьев были слишком скудны даже на растительность, а все насекомые в конце августа на Чукотке уже вымерли, и рыба спустилась к озерам.
Но зато вечером нас порадовали хорошие новости! Причем не одна, а сразу две! Во-первых, наши охотники напали на заячий клондайк и добыли целый мешок зайчатины, о чем радостно сообщили в лагерь по еле пробивающейся из-за сопок рации! А во-вторых, вероятный прогноз на завтра для летчиков был значительно лучше всей предыдущей недели! В лагере воцарилось всеобщее хорошее настроение, хотя на ужин был лишь чай с лимитированными печеньками.
Однако, встала проблема местонахождения охотников. По рации то мы их слышали, но они пошли без навигатора и свои координаты могли нам сообщить лишь очень приблизительно. То есть нам нужно было знать, куда отправлять за ними вертолет, когда он прилетит. Ведь иначе они бы вернулись только к концу следующего дня. А через день погода могла испортиться вновь. Но, как говорится, утро вечера мудренее, и мы отправились спать.
Утром, в дрожащем от напряженного ожидания воздухе, все с надеждой слушали из спутникового телефона ответ авиадиспетчера. И да - наконец-то да! Вылет назначен на 10 утра! Мы работали тогда с проверенными вертолетчиками, и решили по словесному описанию охотников отправить летчиков искать их с воздуха. А потом уже эвакуироваться самим. Да и в общем не прогадали - через пару часов после вылета из аэропорта вертолет связался с нами и, немного разбавляя речь нецензурщиной, сообщил о находке наших охотников. С ними все было в порядке, оказывается, они даже нашли старый балок с текущей крышей и из веточек тальника умудрились развести там чугунную печку. А пока отогревались, успели разделать всех зайцев.
Когда спустя время мы услышали в небе такой долгожданный рокот, мы сначала даже не поверили. Некоторые вообще подумали, что это гром, ведь погода была все еще пасмурная. Но нет, через несколько минут на горизонте низко над сопками появился наш рыжий спастель с надписью Чукотавиа на борту! Пророкотав над нашими улыбающимися головами, он развернулся в воздухе и медленно зашел на посадку на полянку рядом с нашими палатками. Грузить весь лагерь на борт было не быстро, поэтому двигатели решили заглушить, тем более летчикам хорошо было бы уже и отдохнуть.
Крепкими объятьями мы встретили и вертолетчиков, и наших охотников! И тут же принялись дожигать остатки дров, чтобы сварить огромную шурпу из зайчатины! На десятый день у нас уже кроме чая и соли не осталось практически ничего, поэтому ждать еще несколько часов, чтобы отведать горячей шурпы, решительно не хотелось. Наш базовый лагерь был уже почти собран, поэтому .чтобы уложить все окончательно и загрузить на борт потребовалось чуть больше часа. За это время поспела шурпа, мы выпили по паре кружек крепкого бульона, сделали традиционную фотографию отряда на фоне вертолета, запрыгнули внутрь алюминиевого монстра и поднялись в небо.
Пока охотники воодушевленно рассказывали про свой немаленький маршрут за зайцами и показывали пройденные километры на картах, я и сотоварищи увлеченно поглощали вареную зайчатину. Она была необыкновенно вкусна, а ее запах настолько распространился в салоне, что даже летчики стали оглядываться из кабины в нашу сторону. Но самым запомнившимся моментом был легкий металлический звук от падающей из ртов на крышку котла свинцовой дроби, которой щедро нашпиговали зайцев наши охотники!
По возвращению в Эгвекинот мы решили отметить наше чудесное спасение и устроили вечер на побережье Берингова моря с шашлыком из оставшейся зайчатины. Было круто вспоминать эти несколько дней в дикой чукотской тундре, которые показались нам тогда целым месяцем!
Позже у меня было еще немало интересных приключений как в той экспедиции, так и во многих последующих! Так что если вам нравятся увлекательные истории про тайгу и тундру, то подписывайтесь на мой канал Настоящие путешествия по России, а также добавляйтесь в подписчики на мой facebook и instagram.
Ну и чтобы не расслабляться, можете сразу прочитать историю Как меня чуть не съел медведь на Сахалине!
Автор всех фото и текстов в этом блоге: Кирилл Уютнов.