Здравствуйте, друзья, с вами Катя Штерн, журналист и стилист, с 23-м выпуском подкаста Мышьяк и кружева. Ну что, смотрю я за окно, слушаю, как и многие в Москве, дождик. А утром, пока этого самого дождя еще не было, шуршала по двору листиками, и вслед за мной шуршала этими же листиками огромная поливальная машина, и заодно смывала детские рисунки на асфальте, потому что больше, в общем-то, ей заняться было и нечем. Но, с другой стороны, она могла разворачиваться у нас во дворе, кто знает.
Значит, осень, падают листья, отваливаются дизайнеры, группа звезд не будет принимать участие в New York Fashion Week. К примеру, Ральф Лорен, Майкл Корc, Марк Джейкобc, душечка наша: не будет в этом году никаких театральных постановок, прыжков и танцев. Габриэла Хёрст тоже отказалась, Оскар де ла Рента, Тори Берч, Proenza Schouler, дуэт, тоже решили, что нет, в этот раз нет. Вообще говоря, это существенно; и сама неделя схлопнулась аж до трех дней, с 14-го по 16-е сентября. С другой стороны, у New York Fashion Week, и это известно, и до пандемии были глобальные проблемы.
Ну и продолжая визуальный ряд: листья падают, дизайнеры отваливаются и слетают, как шелуха, лишние слои одежды. Да так слетают, что в игру вступают комбинации из двух максимум предметов, видимых предметов, имеется в виду — сдержанные, практичные комбинации, ансамбли! Чаще всего это жакет и юбка, но бывают и вариации, обсудим. Ну и судя по тому, что уже успели показать некоторые дизайнеры в коллекции Resort 2021 года — мы не просто не не будем показывать на них пальцем, а прямо-таки ткнем в них пальцем – ситуация в будущем сохранится.
Для начала давайте вспомним совсем недавнее прошлое, когда комплект из двух вещей, условно кофточки и юбочки, требовал как минимум третьей вещи, какой-нибудь трендовой, отвечающей духу времени: пиджака, ветровки, чего-то такого, существенного. Я сама, как и мои коллеги, произносила эту мантру: используйте «правило третьей вещи». Просто юбка и кофта, так называемый «секретарский шик», выглядели нелепо, несовременно, давайте что-то усложним, давайте добавим, докрутим... Возможно, слишком долго все это говорилось и утверждалось, поэтому комплекты, комбинации, ансамбли из двух вещей only выходят на первый план. Причины, предпосылки сейчас обсудим.
Но одновременно с облетевшими словно листья слоями, был еще предложен и новый относительно силуэт: также упрощенный, не искажающий линий фигуры, не обремененный некими искусственно созданными объемами, надстройками, нагромождениями. Рациональная комплектность и строгий силуэт, и приглушенная цветовая гамма вкупе с отсутствием принтов или их, условно говоря, строгостью, геометричностью, лаконичностью привели к тому, что все сразу заговорили о влиянии 40-х, военных, годов.
Я бы хотела вмешаться — это не совсем сороковые: курс на смену силуэта в сторону большей его строгости, сдержанности был взят не в 40-е, а на десятилетие раньше, в 30-е, и причиной тому стала Великая депрессия. Самый страшный удар по большим экономикам мировым — по США, по Франции, по Германии, по Канаде — депрессия нанесла в 28-33-м гг., но продолжалась она вплоть до 39-го года, когда уже не депрессия была, а просто катастрофа. Ревущие двадцатые закончились ровнехонько в 1929-м году.
Встречала где-то версию, что все излишнее, округлое, пышное стало под негласным запретом из-за сочувствия, из-за жалости к тем, кто стоял в это время в очереди за хлебом или за бесплатным супом. В моде тридцатых возобладал таким образом силуэт удлиненный и тонкий, с преобладанием вертикальных линий, с острыми такими обозначенными плечами и юбками до середины голени. Цветочные орнаменты, конечно, не исчезли совсем – когда они вообще исчезали? — но их как-то подзабили орнаменты геометрические — ромбы, клетки и тому подобное. Прически также прижались к голове — мол, все прижимаются, и мы тоже прижмемся: посмотрите на эти тщательно залаченные волосы, локоны, несвободные, формирующие такую небольшую головку, на которую удобно надевать небольшую шляпку под залихватским углом.
И всю эту строгость пытались компенсировать тогда небольшими деталями. В ходу были банты в качестве воротников, воротники меховые, манжеты, оторочки, контрастные подкладки-отвороты, такая талия, четко обозначенная ремнями чаще всего. Пуговицы, обтянутые тканью, пряжки, бантики на туфельках или на шляпках… то есть все изыски в размере кусочков, вкраплений, вспышек кокетства!
Знаете, отголоски этого просматриваются даже в такой очень модной сейчас штуке, модной детали, как съемные воротники (часто они с такими крохотными оборочками выпускаются, уже есть и в масс-маркете, и бог знает где). Ведь надевать их предполагается на сугубо утилитарные предметы: на свитеры, на толстовки, на футболки. Я, увидев эти воротники, сразу вспомнила, как в детстве пришивала воротнички белые к школьной форме; я вот застала еще лично и такой период исторический.
Ну и мы сейчас не будем, наверно, говорить о голливудских платьях, о звездных платьях тридцатых годов, где были и драпировки вместо строгих заутюженных складок, и богатое шитье там осталось, и перья, и каскад оборок, и меха. Для дам, которые могли себе позволить что-то подобное, выпускались альманахи, где расписывалось — иллюстрировалось даже — в чем лучше выйти на завтрак, в чем на ланч в «Гранд-отель», в чем поехать кататься на машине, в чем в театр, в чем к друзьям, в чем на гольф, в чем, если друзья приходят к тебе домой. То есть буквально по часам все было расписано: девять, двенадцать, без десяти два и так далее. Впрочем, силуэт господствовал тот же самый, long and lean.
Не стоит говорить, наверное, и о сюрреалистических принтах, рисунках — как раз популярны становятся труды Фрейда (Фройда, вообще говоря), свободные ассоциации, анализ сновидений... И возникает внимание художников-сюрреалистов к театральным костюмам и к одежде как таковой. Так, например, родилось платье американского дизайнера Чарльза Джеймса с рисунком, который выполнил Жан Кокто. В рисунке были не зашифрованы, но, в общем, использованы профили и самого Кокто, и его возлюбленного, актера Жана Маре.
Платье Lobster достаточно известное — совместное детище Сальвадора Дали и Эльзы Скиапарелли. Платья с лошадьми были несущимися, платья с бабочками… все символы, символы. Это также тридцатые, вторая половина их, точнее. Совершенно отдельная тема, однако Скиапарелли, помимо прочего, была тем человеком, который популяризировал застежку-молнию, потому что до нее предполагалось, что молнию использую лишь падшие женщины, — кому еще нужно побыстрее раздеться? Да никому! Вы, кстати, задумывались, что молния — это всегда ускорение, а пуговицы — всегда замедление? К примеру, на спортивных костюмах пуговиц не бывает. Застежка-молния вошла в моду в начале тридцатых. К концу тридцатых ей предрекали скорое исчезновение: типа, пусть остается там, где ей место, на спортивной одежде, максимум на детской одежде. А дальше были сороковые, и молнии исчезли сами по себе, потому что все шло на нужды военной промышленности.
Об ограничениях военных времен мы будем говорить позже, а пока я хотела бы рассказать еще немного про одежду тридцатых годов для людей, которым были не по карману какие-то сюрреалистические изыски от Скиапарелли и компании. Смены нарядов в зависимости от времени суток — утро, день, вечер — им были недоступны.
Скажем, в Италии, проблема рационального гардероба волновала и теоретиков, и практиков. Жил такой художник, исследователь и уж совершенно точно дизайнер, звали его Тайахт, и еще в 1919 году Тайяхт разработал модель TuTa. Фактически, это был комбинезон, который сшивался по достаточно простой схеме, там, прямоугольники, немножко треугольников (и очень похож он был на прозодежду авторства Варвары Степановой и Любови Поповой — то же самое стремление к упрощению, к свободе тела; просто интересно, что в двадцатые годы, практически одновременно люди в совершенно разных углах земли занимались очень схожими вещами…) В 1929 году Тайяхт приступил к теоретическим изысканиям.
Сразу две программные статьи он выпускает, первая «Новшество на весну», вторая «Солнечная мода», обе выходит в журнале «Индустрия моды», обе же поддерживают идеи рационального гардероба, практичного. Там даже описаны предметы, конкретные, скажем, двубортный жакет без лацканов, рубашки со съемными манжетами, такие практичные, простые. Плюс предлагается использование определенной цветовой гаммы, определенных цветов — ярких и одновременно практичных, в противовес удушающему серому, так любимому где-то за границей. Я думаю, что, конечно, Париж имелся в виду — вечное противостояние Италии и Франции в области моды, по крайней мере в XX веке.
Футуристичный подход также предлагался и заключался он в использовании определенных материалов. Во-первых, тканей со сложными переплетениями, которые давали бы динамический эффект при движении или при рассмотрении под разными углами. Во-вторых, большее использование синтетических, но при этом дышащих и освежающих материалов, которые подходили бы и для прогулок на природе, и для всяких городских развлечений, и для жизни в городе.
Тайяхт изобрел не только TuTa, но и другие предметы. Давал им всякие диковинные имена, названия, например, conici – такие леггинсы особого конического кроя. Torago — это какая-то специальная майка. Вот мой любимый предмет назывался radiotelfa: это облегченный шлем с радиоприемником встроенным и с массивными наушниками. Ну и что-то это все, конечно, напоминает: и предложения наших амазонок авангарда двадцатых годов, и вещи, изобретенные много позже, например, в коллекции Lanvin осень-зима 2020 года есть комплект, там юбка плюс жакетик плюс шлем. И вроде бы все из шестидесятых, но вообще получается, что из тридцатых, потому что ну чем тебе не radiotelfa?
В массовое производство это все, конечно, не пошло – будем надеяться, и сейчас нам шлемики не очень пригодятся, обойдемся мы и без них – но сама задумка, сам посыл рационального гардероба прижился. Более того, на волне этого рационального подхода возникли так называемые трансформирующиеся предметы одежды. Некоторые из них были покрупнее: например, юбка на пуговицах, которую можно было надеть как кейп. Юбка причем могла быть из ткани, могла быть из кожи – очень современно, сейчас кожаные вещи абсолютно на пике. Жилет, который надевался двумя способами: под пояс, с рукавами, и без пояса как накидка.
Были предметы помельче – как раз воротнички. Про современный вариант воротничков я уже говорила, а в тридцатых воротнички были немножко похитрее. Допустим, воротник-пелерина, да еще двусторонняя: с выкройкой прилагался, шился очень просто. Или, например, воротник, который раскладывался по плечам либо завязывался как бант и даже трансформировался в жилет.
Касались все эти трансформации не только дневной одежды. Например, модельер Джованни Ферджони описывал вечернее платье, которые выпускал его модный дом. Платье называлось Red Roses, у платья снималось болеро, отделанное лисьим мехом, и снимался, на секундочку, шлейф. Силуэт, напоминаю, был тот же, long and lean, с обозначенной талией. К слову, голые спины и платья-колоны, модные сейчас, оттуда же, из тридцатых, но это так, заметка на полях.
Помимо трансформирующихся предметов одежды, умы занимала идея рационального устройства шкафов и гардеробных. Рекламировались оптимальные схемы расположения полок, выдвижных ящичков, штанг для вешалок, что куда как лучше. Платья-юбки... Платья и юбки, напомню, были длинными. В ходу были шляпки женские и шляпы мужские, перчатки, платки, все остальное: все это нужно было как-то расположить так, чтобы никому не было обидно.
Иллюстрированные странички с оптимальным набором вещей также выпускались. Допустим, один тренч, два пальто, три повседневных костюма, один смокинг, один халат, три пижамы. Носки, рубашки от цветных к однотонным... Платки носовые — к слову, тоже, от пестреньких к белоснежным. Про мужской набор, понятно, сейчас говорю. И очень интересовал всех вопрос, как можно так уложить чемодан, саквояж, не знаю, баул, портплед, чтобы взять с собой некий оптимум, в зависимости от длительности и цели поездки. Тоже что-то напоминает, правда? Мне кажется, недавнее десятилетие прошло под двумя немножечко разнонаправленными векторами. Один — это купите себе побольше и практически сразу — давайте соберем из этого капсулу на семь дней. Или разберем гардероб по Марии Кондо, а остальное выбросим. Давайте, конечно, давайте так и сделаем.
«Чемоданчики наши легки в сборке, водонепроницаемы, очень стильные, при этом очень легкие, поскольку сделаны на тканевой основе!» — гласила реклама 1935 года, угадайте какого бренда? Prada. Наследница династии — Миучча Прада, досконально она, конечно, знает и историю искусства, и историю моды, и историю своей собственной семьи, и уж наверняка про рациональный подход к гардеробу слышала как минимум. В 1978 году встала у руля семейного бизнеса, заменив свою маму. В том же году вышла замуж за Патрицио Бертелли, который сказал жене: давай, знаешь, приступай к дизайну одежды, а то я кого-нибудь найму. Бывший член Итальянской коммунистической партии, коей являлась Миучча Прада, — она и на демонстрации в YSL ходила, и ничего, — справилась с блеском. В восьмидесятых выпустила нейлоновые сумки, в девяностых нейлоновые платья. И то и другое — примеры так называемого «неправильного шика», wrong chic, где предметы, вроде бы привычные, классические, но что-то с ними не так.
Привет горячий Тайахту и его синтетическим дышащим материалам: нейлоновые сумки Prada недавно начали перевыпускать, и уж совсем недавно дело дошло до платьев и костюмов. Посмотрите, пожалуйста, фильм о коллекции Prada Menswear Spring Summer 2021 года, сделанный сразу пятью известными фотографами. Рассмотрите одежду — ничего лишнего ни в силуэтах, ни в деталях: такие неразговорчивые цвета, нейлон в платьях и костюмах, и, мне кажется, в леггинсах... Кстати, леггинсы там очень хорошо скомбинированы, и прекрасная идея, как осовременить платья, которые были недостаточно оверсайзными до недавнего момента (как сказала сама Миучча: «Нам всем сейчас лучше стать немножко посерьезнее»). Эта коллекция вышла в июле и стала своеобразным ответом на всеобщую растерянность, на пересмотр трат, на нулевую глубину планирования, которая у нас у всех сейчас есть.
Но и до этого, на показах, которые проводились еще вживую (помните такое?..), сезон осень-зима 2020 года: уже тогда было много практичных, рациональных тридцатых. Помимо таких опознавательных знаков, как платья-колонны и голые спины, вышло огромное количество комбинаций из двух вещей. Чаще, как я уже говорила, это был жакет плюс юбка (жакет уже, не пиджак!); реже — рубашка/топ плюс юбка, выполненные из похожей, одинаковой, ткани или из трикотажного полотна. И того самого, long and lean силуэта. Плюс пальто из того же исторического периода времени, давайте рассмотрим подробнее. Пальто в талию, с легким расширением книзу, с узкими рукавами: узкая пройма, узкий рукав, плюс меховой лисий воротник в тон основной ткани — у бренда Lanvin. Там были еще маленькие такие пряжки на карманах... Помните, мы говорили про декорирование, которое смягчало сдержанный силуэт? Небольшие детальки в тридцатых годах.
Miu Miu осень-зима 20-го года: платья-колонны из намеренно смятого атласного полотна. Костюмы-двойки, чуть ли не такие, знаете ли, суконные, с фиксированной талией, фиксированные при помощи пояса. Глухие, строгие костюмы, и только высокий, высоченный разрез на юбках как-то облегчает впечатление (такого разреза, конечно, в тридцатые не было). Костюмы-двойки с юбками-макси также в коллекции Miu Miu, из клетчатого трикотажного полотна. Пальто, надетое на голое тело, с бархатными воротничками, с контрастной строчкой — еще один прием из тридцатых – с такими инкрустациями на манжетах либо на клапанах карманов. Всюду вертикальные швы и силуэт тот же, повторюсь.
Erdem осень-зима 2020 года: очень сильное влияние тридцатых, правда таких тридцатых, великосветских, где перчатки, где воротнички, где атласные ткани. Chanel: платье-пальто нужного силуэта, того же самого, с красным воротничком и манжетами, то есть принцип тот же самый. Altuzarra – костюмы-двойки, с такой видимой подкладкой у юбок. Ports 1961, тоже зима 2020 года, тот же предвоенный силуэт, та же фиксация на бантах. Эмилия Уикстед, Brock Collection, даже Дэвид Кома присоединились к этому параду костюмов-двоек, комплектов-двоек!
И даже в совсем уже свежей коллекции Dolce&Gabbana Alta Moda весна-лето 2021 года, вот только что она была выпущена; скажу честно, я ее не смогла посмотреть на видео, потому что модели спускались по длиннющей просто лестнице, а я ужасно боюсь высоты, просто ужасно. И несмотря на то, что девушек с обеих сторон подстраховывали специально обученные люди... Не смогла. Я только рассмотрела картинки; так вот и там было много костюмов-двоек. Никто не упал, слава тебе господи, все благополучно спустились и поднялись обратно, все хорошо.
Почему все вышеописанное — не военные, а предвоенные годы? Да потому что в годы войны одежда и ее вид в странах-участницах регулировалась законодательно. Хотя силуэт, конечно, схож, но, в войну он станет еще строже, еще суше, юбки поднимутся на 35 см от земли – это в Англии была такая длина; не макси, не носили тогда макси, не было ткани, не было материалов на макси. Макси носили дамы Третьего Рейха, но сейчас речь не про них.
В Великобритании допускались такие детали, как: два кармана, пять, по-моему, пуговиц, не больше, шесть швов на юбках, две встречные или бантовые складки, тоже две, либо четыре односторонние. Суммарная длина всех строчек — не знаю, как они это проверяли, — четыре метра. То есть никаких бантов, никаких кружев, никакого клеша, не дай бог где-то на юбках, никакого годе. Никаких дублированных воротников, как, например, как у бренда Agnona осень-зима 2020 года — ну, просто так, для примера привожу. Крупные цветочные рисунки ушли, конечно, в тень: во-первых, они были неуместны, а во-вторых, их сложнее совмещать на швах (я думаю, люди из того времени бы очень удивились от того, что сейчас с этим вообще редко кто заморачивается).
Издавались пособия, как переделать то, что уже есть, например, сшить женское платье из мужского старого костюма. И многие военные, кстати, вернувшись домой, с удивлением обнаруживали, что носить-то им больше и нечего. Самый страшный пример, известный мне, каких-то таких переделок, даже не переделок, мне тяжело об этом даже рассказывать — относится к советским девушкам на войне. То есть сестрички, медсестры, совсем-совсем молоденькие, которым, понятно, лучше быть где-нибудь на танцах с мороженым, а ты на войне, и у тебя менструация. Словом, девушки воровали — отрывали — рукава у рубашках у мужчин. Выжившие, пришедшие с войны описывают ситуацию: приходит отряд на постой, все стираются, развешивают эти самые рубашки, утром выходят — ни одного рукава нет. И всем было понятно, куда они делись.
Карточная система была введена во многих странах в военное время, не только на продовольствие, но и на промтовары. В Великобритании в 1941-м человеку полагалось 60 купонов в год. В 1942 году этих купонов уже 48, в 1943-м — 36, в 1945-м — 24. А платье — это 11 купонов, чулки — 2 купона, пальто — 18, с подкладкой, шерстяное. Мужской костюм — до 29 купонов. В Советском Союзе рабочие получали 125 купонов, и это еще хорошо, потому что дети и иждивенцы получали 80 купонов. Пальто стоило те же 80 купонов. Хлопчато-бумажное платье — 30 купонов. Пара взрослой обуви — 30 купонов. Считайте.
В показах зима-осень 2020 года, помимо юбочных костюмов-двоек из различных тканей, было много костюмов из трикотажных полотен либо вязаных, – эта тема вообще из двадцатых годов: низкий поклон Шанель с ее костюмами из джерси и ставшего популярным после этого вязаным комплектом: кардиган с платьем, свитер с юбкой, и тому подобное. Свежий пример смотрим у Bottega Veneta в коллекции Resort 2021 года, у Escada, у Balenciaga, тоже в Resort коллекции 2021 года. И у Джозефа Альтюзара, осень-зима 2020 года, — там, кстати, красивые такие смешные меховые тапочки впридачу. У Каролины Эреры, у Tods вязаные эти двойки можно посмотреть.
Вязали и до войны, и во время: хорошей пряжи, конечно, было не достать, так что распускали то, что было, и перевязывали по-новой. Вязали для себя и для фронта — это делали женщины во всех абсолютно странах, и в тех, кто победит, и в тех, кто проиграет. Тема с переделками странным таким образом — хотя почему странным? — проявилась и сейчас, в период пандемии, когда дизайнеры оказались без доступа к привычным источникам материалов. Кто-то, как Марк Джейкобс, махнул на все рукой, и не стал даже начинать. Кто-то заупрямился — неудивительно, что это была женщина. Marina Moscone была из заупрямившихся: она купила ткацкий станок и поставила его у себя дома. Какие-то детали моделей связала, какие-то соткала. Но колекция Resort 2021 года, такая легкая, бело-черная, с вкраплениями, по-моему, серого, молочно-красного, была готова!
Ну что же, желаю нам всем быть упрямыми, когда рационально, когда совершенно иррационально, но добиваться своего! Знаю, что наших слушателей становится все больше. Сooбщество растет, но в тишине: так что по-прежнему мы будем страшно рады вашим комментариям, мнениям, воспоминаниям, возможно, ну и новым подписчикам, конечно, тоже. Прощаюсь, ваша Катя Штерн, до свидания.
(Подкаст вышел 10 сентября 2020, свежие выпуски – здесь)