Как должна измениться стратегия налогового планирования для российского бизнеса и инвесторов в связи с сегодняшними реалиями, как работают и работают ли теперь офшорные схемы – на эти весьма острые вопросы отвечает Сергей Нестеренко, директор по развитию бизнеса Hill Consulting, в своей статье, опубликованной 20 августа на сайте РБК.
Существует два фактора, серьезно повлиявших на ситуацию для компаний, стремящихся оптимизировать налоговое планирование путем различных схем вывода средств за рубеж. Первый из них – это уже несколько лет ведущаяся борьба с офшорными схемами. Второй фактор – это, безусловно, пандемия, внесшая свои коррективы во все сферы жизни. Среди всего прочего, она перекрыла и транзитные пути, которыми средства россиян попадали в офшоры.
Пересмотр налоговых соглашений с Кипром, Мальтой, Нидерландами и другими странами, предоставлявшими льготные условия налогообложения, создал немало неудобств и новых издержек для инвесторов, которые зарабатывают на российском рынке и выводят средства за рубеж. В то же время, транснациональные компании, инвестирующие в российскую экономику, оказались в более выигрышных условиях. Собственно, в этом и была цель новой налоговой политики РФ, для этого и создавалась Система соглашений об избежании двойного налогообложения (СоиДН).
В 2019 году Россия ратифицировала Многостороннюю конвенцию по налоговым соглашениям и обязалась внести в большинство соглашений по избежанию двойного налогообложения внести два новых критерия – ограничение льгот (Limitation of Benefits, LOB) и тест на деловую цель (Principal Purpose Test, PPT). И теперь льготные ставки налогообложения могут использовать только реальные иностранные компании, являющиеся конечным получателем доходов из России, при этом имеющие офис и персонал в соответствующих зарубежных юрисдикцииях, причем численность реального персонала должна соответствовать объему операций. Таким образом, компании, создающиеся в офшорных зонах и имеющих целью получение льгот, права на такие льготы теряют. Они должны, согласно новым положениям, уплачивать в бюджет РФ стандартные ставки налогов до перечисления средств за рубеж – а именно, 15% за снятие дивидендов, 20% за проценты и роялти. Немногие компании посчитают целесообразным содержать по сути фиктивный офис и штат для обеспечения льготной ставки. То есть сам смысл прежней схемы теряется. Напротив, целый ряд российских компаний уже используют полноценные ставки налогов на дивиденды, чтобы избежать дополнительных проверок и доначислений налогов со штрафами.
Какова же должна быть реакция отечественного бизнеса на создавшееся положение?
«Если раньше все налоговое планирование сводилось к выбору юрисдикции с максимальными льготами и дальнейшей отправке денег в офшоры, то теперь это уже не работает. Налоговые органы могут получать информацию о зарубежных компаниях и счетах в рамках автоматического обмена информацией, расширяется практика запросов в зарубежные юрисдикции», - отмечает Сергей Нестеренко. А что же работает?
Прежде всего, подход к налоговому планированию больше не ограничивается только вопросом минимизации ставок. Теперь бизнесу придется перераспределить доходы с учетом налогов, планируемых накоплений, текущего потребления. Для этого есть немало инструментов, в том числе использование различных фондов, трастовых схем, смены налогового резидентства.
Не стоит забывать и о том, что российские налоговые ставки – 13-15% - все равно выгоднее европейских, составляющих и 30%, и 50%. С другой стороны, бизнес стремится минимизировать не только налоговые издержки, но и риски, в том числе политические, экономические. Например, для многих компаний актуальны такие условия, как отсутствие валютного контроля и более высокая степень защиты активов. Для кого-то смена юрисдикции целесообразна в связи с пандемией, поскольку в ряде случаев таким образом можно обеспечить более свободное движение средств – и так далее.
Иными словами, существует немало условий и инструментов, которые можно использовать для персональной оптимизации налогового планирования и бизнеса в целом. В этой связи не теряют своей привлекательности и те же самые офшоры. Компании с российскими бенефициарами будут продолжать использовать эти территории не столько с целью минимизации налогов, сколько для обеспечения удобства выхода на зарубежные рынки, для снижения рисков и так далее.
Сергей Нестеренко
PhD, MBA, Старший советник,
Директор по развитию бизнеса Hill Consulting