Шла золотая осень октября. Незаметно подкралась предположительная дата родов, хотя если честно я растягивала удовольствие ходить с пузиком и уже заранее по нему скучала. Думаете я на рекомендованный приём отправилась?! А вот и нет – на прогулку с мужем за эскимо! Сильного волнения не было, что естественно стоило некоторых методичных усилий. Ждала с любопытством, страх удалось победить подготовкой - знания и физическая активность.
А ещё искренне и абсолютно не верила в совпадение о том, что вторые роды будут ровно в такой же срок, как и первые – плюс два дня к пдр, и что вы думаете? В точку попадание, какой бы минимальной ни была вероятность, удивительно!
За неделю до пдр весь день проходила в тренировочных схватках, слегка нервничала конечно, но прогресса не было, как и желания запустить секундомер, так что даже вечерним гостям улыбалась, хоть и слегка вздрагивая. После такого дня наступило затишье, я читала об этом и расслабленно гуляла всю неделю. Тем более я сильно уговаривала свой нос позволить гаймориту отступить и дать мне время потренировать типы дыхания. Идти в роды с забитым носом это глупость несусветная.
Так вот, накануне в среду вечером, перед сном накатила дикая усталость. За пару часов ощутимых схваточек чуйка закономерно намекнула, что утром поедем. Ночью хоть и вставала через каждые полтора часа, но спала терпимо и даже проводив утром дочь с мужем в сад с ними не уехала. В 10:30 решила, что вдоволь навалялась, набралась сил и встала, сразу же получив ускорение в виде схваток с болью в пояснице. Порадовавшись, что марафон у финиша, я отправилась завтракать и в душ. Кстати между делом организм сам очистился как следует, ну вы поняли. Поклевав привычную овсянку с творогом меня вдруг осенило, что кучу бумаг по приезду не миновать, и потому как бы уютно мне ни ходилось дома – пора ехать, чем я и порадовала супруга.
Стартанули мы в полдень, стоял типично осенний день со взвесью мороси в воздухе. Отдельный квест мы прошли по поиску входа в приёмный покой нового перинатального центра. Табличек со стрелкой полно, но вход оказался в самом дальнем углу, чему я даже обрадовалась, шагая медленно именно чтобы глубоко подышать свежим влажным воздухом свободы.
В окошке приняли буднично, с посылом «Что пришли-то». Пришлось оправдываться, что по делу, и нет, схватки не засекали, просто самоуверенные мы. Неохотно дали заполнять бумаги, супруг помог в паре заявлений, а я писала одновременно засекая время по приложению и прерываясь продышать схватку – минута через четыре. Так и быть, пригласили на осмотр. Опрос, датчики сердцебиения, осмотр на кресле. «Оформляйте! – заявляет врач, - у вас 6-7 сантиметров раскрытие, процесс запустился просто шикарно, пузырь целый, клизма не нужна.» «Скооолько?» - вопрошаю я, и радуясь таким оправданиям типа не зря пришла иду переодеваться. Муж спокойно принял одежду и отправился восвояси ждать звонка. При входе в родовую №4 я заполнила ещё три бумаги, теперь уже на малыша, хвала чуйке – вовремя из дома выехали! На огромном табло над дверью в палате увидела 13 часов ровно. Вскоре мне для порядка ставят сам катетер на локоть, навещает врач, санитарки готовят детское место с одеялком, на ресепшене у входа в палату дежурит милая медсестра. Исследую палату, гуляя из угла в угол, пристанищем выбрала подоконник, у которого пережидала схватки, пытаясь грамотно дышать и крутя тазом восьмёрки. С собой в пакете была мини-версия набора вещей для основной палаты, причём собирала месяц, а по иронии пригодилась только вода, губная помада и тапки. Включила еле слышно на смартфоне плейлист из инструментальных релакс-композиций. Иногда все думали, что телефон звонит, но позже просекли, что музыка. Воды пью много, а вот транзитом она почти не вышла, ну и ладно.
Во время очередной прогулки в 13.30 у меня с хлопком отошли воды, создав огромную лужу прямо на входе в палату, что изрядно повеселило меня, до сих пор хихикаю, вспоминая. К 14ч навещает врач, посмотрела почти полное раскрытие, говорит дышите, пусть опускается. И ушла – у неё ещё две роженицы на этаже. Я только уточнила, через сколько минут перерезают пуповину, мне это было важно, и на просьбу продлить протокольную минуту ответили Шиш, подумали, что я начиталась медицинской энциклопедии, а на самом деле мне нравилось читать истории про лотосовые роды. Зато пошутили насчёт плаценты. Врач, уточнив могу ли я воспринимать шутки, рассказала анекдот – «Две плаценты забираете, третья в подарок!» . Я серьёзно похихикала и ответила, что только посмотрела бы на неё, в итоге успела только краем глаза. Санитарки трансформируют кровать, и сразу пропало желание слезать с такого высокого насеста гулять, между схватками хорошо лежится на боку.
Из коридора звонко мяукают. Новорождённые. Порадовалась за людей! Меня начинают накрывать переходные схватки с намёком на потуги. Дышу. Рядом только юная медсестра. Остальные перебегают с других двух залов – «Ну вы ещё тут подышите? Пусть опускается!». Запоминающийся стоп-кадр: ошеломлённый вид медсестры – Ой, там уже волосики видно…
Вскоре около меня оказалось трое, ещё акушерка уверив нас, что сами справимся, ушла обрабатывать рожениц. Врач стояла сбоку, объясняя, когда пора тужиться – вдох, дуем на пупок, затем глубокий вдох, задержка и толкаем. Как послушная девочка я один раз пробую по команде лишь для того, чтобы убедиться в решении уверенно самой ждать следующего позыва. Очень трясутся и гудят руки с каждой схватки, или уже потуги. Всегда ассоциировала роды с трудом, как при перетягивании каната – вот, допредставлялась. Ноги лежат в лягушке – расслаблять их в неё под подбадривание персонала могу со специальными стараниями. Как мне всё-таки повезло прекрасно продержаться ночь и набраться сил с запасом, хвала звёздам! И немалая заслуга занятиям в студии растяжки и благодаря этому идеально возможной форме накануне беременности.
Потуги постепенно перетекли из тех переходных схваток, между которыми удавалось хорошо передохнуть. Сколько было рабочих потуг я не помню. Помню свою сосредоточенность на выталкивании малыша, на усилии типа «ка-ка», как по методичке, а ещё прям взгляд изнутри на управление внутренним рычажком, как будно нажимаю вдоль позвоночника поршень, как у насоса для воздушных шариков. Помню слова Молодец-молодец в два-три голоса. Помню момент при прорезывании головки - сама как будто нырнула через огненное кольцо, как тигр с тумбы на тумбу, только по своей воле, просто космос-ощущение! Затем отдых… Врач, стоя где-то в отдалении ловит моё внимание (кстати похожий момент как на скале, когда лезешь трассу и сквозь толпу слышишь только тренера), и поймав приободрительно и чётко говорит: «Ты хочешь, чтобы следующая схватка была последней?!» как будто я куда-то денусь, хихи. Тем не менее после отдыха бессовестно жду внутренний позыв и никуда не тороплюсь. Конечно, я читала о механизмах работы разных мышц, и что тужиться в момент рождения ребенка не нужно, но сил было много и я помогала телу усилием воли. Пора снова чётко потрудиться. Плечики вышли ощутимо, очень запомнилось. А вот после них потугу уже не помню, главное – результат!!! Приняв малыша акушерка положила его мне на живот, как сейчас помню – такой мягенький, синенький, сонный, с длинными чёрными волосами. Всё-таки такое неуловимое мгновение, когда веришь и видишь, как он из меня родился. Затем сие понимание улетучивается, и снова становится большой загадкой чудо рождения у такой стройной меня классического по параметрам ребёнка. Так вот, я бодряк – придерживая малыша с восторгом говорю: «Да он спит!» Дальше понежиться особо не дали, унесли сынишку к дальней стене, выглядывая я наблюдаю, как его обрабатывают. А пуповину обрезали, как будто на поезд спешили, хотя они проверили, что она отпульсировала, это здорово. И кстати: на часах 14:28.
Ой, это ведь не всё, вспоминаю про плаценту, вскоре с помощью известных действий она сама родилась, буль – я только краем глаза заметила, как её клали в пакет. Далее от меня все разбежались, малыша долго обрабатывали, измеряли, вытерли и завернули в одеялко. Теперь уже пупс мяукал, пока я валялась ногами кверху на подставках. Закономерное онемение тканей пропало и как давай всё болеть и щипать! Кстати йодом сполоснули от души, лежу, страдаю, дышу и пыхчу как ёжик, только теперь уже с пересохшим горлом. Вот сейчас моя музыка благодарно обращала на себя внимание, я оценила, ведь подвиг позади и собранность улетучилась. Минут через двадцать вернулись врачи и столько же долго, просто целую вечность, методично манипулировали и зашивали. Я позорно хныкала, рычала и стонала, ай-ай-ай, мне больно, ай-ай-ай мне страшно. Респект врачу за то, что она решила не резать промежность в процессе родов, объяснила, что пришлось бы очень глубоко, в итоге разрыв произошёл сам по прошлому шву от эпизиотомии. Я искренне желала такого исхода, хоть и вообразить этот «разрыв» довольно сложно. К 15:15 обработку завершили, кровать трансформировали обратно, дали воду и телефон. Сообщили вес ребёнка. Ого?! Хорошо, что лежала, а то упала бы! 3570гр – это ровно на 800гр больше моей первой малышки… Звоню супругу, волнуюсь. В горле дико пересохло, говорю сипло-хрипло. Вскоре звоню маме: Что, говорит, уже?!
Тем временем дали ляльку, всё это время я видела свёрток из одеялка у дальней стены. Теперь наконец прикладываю к груди – очень удачно, драгоценные первые капельки пошли. Рассматриваю носик, глазки, глажу волосики – мягенько! Так больше часа мы и пролежали калачиком в тишине. Успеваю несколько раз поговорить по телефону, сфотографировать нас, а также палату вокруг.
Ровно в 16.30 за нами пришли, краешком бедра сажусь рядом с пакетом в каталку, пупс в бокс – и мы вместе едем на лифте на третий этаж. Палата №30, место 50.