В мини-конференции по окончании передачи бюста «Царь Федор Иоаннович» принял участие Д.В. Пежемский. Название его доклада: «Царские погребения конца XVI века как археологический объект: комплексное изучение и сохранение».
Антрополог Пежемский, участвовавший во вскрытии погребений великих княжен и цариц считает, что, учитывая новейшие методы исследований, не известные в конце прошлого века, отравление Ивана Грозного и его семьи однозначно доказанным считать нельзя.
В интервью ГТРК «Владимир» (смотреть видео, слушать аудио), данному по окончании мероприятия, Денис Валерьевич сказал следующее: "Как антрополог могу говорить о том, о чем нам могут поведать кости. Конечно, о чем сегодня уже говорилось, необходимо различать некоторые мифы касательно Ивана Грозного. Это в первую очередь о том, что точно совершенно доказано, что он болел сифилисом, что в его останках найдено повышенное содержание химических элементов, подозревающих то, что его много лет травили и так далее. Дело все в том, что это вещи, которые привлекают в первую очередь внимание, такие, что называется «горячие», или можно другой, менее приличный термин употребить. Но все-таки мы должны пытаться использовать этот уникальный источник, т.е. погребальный комплекс, который нам позволяет узнать правду о человеке. Именно это мы должны делать.
Единственное, что могу сказать из таких общеисторических вещей – это подчеркнуть тот процесс, который идет в последние десятилетия. Он идет тяжело, и, наверное, не скоро завершится. Это процесс реабилитации Ивана Васильевича Грозного, которого, как вы знаете, при жизни так не титуловали, ибо все клише, самые расхожие, которые показывают его нелицеприятную роль в истории страны, они все в основном сложились в историографии 19 века.
Самое неприятное, что мы осознаем, как специалисты, что и в общественном сознании Иван Грозный его образ, он очень сильно замазан, забелен, а скорее, зачернен историографическими мифами, растиражированными популярной литературой уже в 19 веке. И, конечно, в советский период это все активно пропагандировалось, растиражировалось, поэтому мы за этими бесконечными забеливаниями-зачернениями не видим абсолютно исключительную личность, роль которой в истории страны – она исключительна.
Великий полководец, собиратель земель, реформатор социального строя. Ему нужно было неповоротливое кряжистое древнерусское общество перестроить на новый лад для того, чтобы страна наша вошла в семью европейских государств.
Мы все время обсуждаем его какие-то черты. Нам кажется, что это человек жестокий, зверский, изувер и так далее, не понимая того, что он единственный из европейских государей своего времени, который по всем своим жертвам служил литии, всем молился, всех поименно занес в свои синодики, делал большие вклады по их душам. Это сейчас в наше цивилизованное время кажется, что какая связь, и что это такое: человек убил и вот вклад в монастырь по человеку положил. Мы модернизируем эту эпоху, не понимаем, что связь живых и мертвых была абсолютно неразрывной. Смерть – продолжение жизни. Это неразделимые части. И, да, здесь вот устранил человека, который, по моему представлению, как монарха, мешает строить страну, но он там, я здесь, мы все равно соединимся, я буду отвечать за это деяние перед Богом, поэтому я все делаю для того, чтобы как-то искупить эту вину. Все такие же в кавычках изуверские монархи в Европе не вели синодиков, никого не поминали. Европа часто бывала густо политой кровью человеческой. И только в нашей стране… это абсолютно уникальное явление. И я бы даже на этих аспектах репрессивной машины, как ее иногда называют, проводя аллюзию с историей нашей страны в 20 веке, я бы ее так даже не называл, потому что шло социальное реформирование, и абсолютно объективный исторический процесс.
Конечно, царя нельзя представлять в виде ангела. Мое мнение ничего не значит, но я совершенно против его канонизации. Вместе с тем Иван Грозный – человек великий, создавший страну на определенном ее этапе, но, конечно, сомнительно, чтобы почитать его святым. Именно из взвешенной позиции, как мне кажется, нужно исходить. Исходить из документальности, не мерить современными мерками, не модернизировать это общество, не представлять его каким-то извращенцем, изувером. Это человек своей эпохи и здорово, что данные физической антропологии, археологии, письменной истории позволяют нам именно этого правителя так рельефно себе представить. Ведь у нас немало было великий правителей, но для многих у нас нет такой возможности. Вы знаете, например, что практически ничего не осталось от Александра Невского, и у нас нет такой возможности стать сопричастными древней истории нашей страны, которая не менее свежа, чем недавние ее страницы. А Иоанну Грозному и членам его семьи повезло. Точнее, повезло нам, что мы можем их видеть, чувствовать, понимать как людей".