О том, что казаки и горцы, если подвергались неожиданному нападению противника, могли использовать лошадей в качестве своеобразной защиты от пуль противника, известно давно. Менее известен тот факт, что подобная тактика издавна использовалась кочевниками, которые называли ее "живая крепость". "Крепость" эта делилась на два вида, зависящих от используемых животных: "Круг из положенных на землю лошадей" или "верблюжья крепость".
Для ее создания животных требовалось стреножить и положить на землю. В некоторых случаях их тела прикрывали специальной деревянной защитой, тюками, войлоком или даже окапывали землей. Количество лошадей или верблюдов могло исчисляться сотнями, а то и тысячами. Так, в одном из сражений джунгары создали "живую крепость" из нескольких тысяч верблюдов. За искусственным бруствером укрывались лучшие стрелки из ружей или луков, все самое ценное помещалось в центр укрепления (впрочем, иногда в качестве "живой стены" могли использоваться и знатные пленники).
Сохранились многочисленные упоминания о применении кочевниками таких "живых крепостей": о них пишут русские, цинские и среднеазиатские авторы XVI – XIX веков.
Казахи чаще всего использовали этот прием во время своих набегов на кочевых и оседлых соседей, так называемой "барымте". Как правило, за удачливыми разбойниками организовывалась погоня, которая нередко настигала отягощенных добычей барымтачей. Единственным способом отбиться от преследователей с более или менее приемлемыми потерями и была "живая крепость".
Так, например, в 1726 году, когда 20-тысячная калмыцкая конница настигла казахских барымтачей, последние,
"видя калмыцкую превосходную силу, принуждены и на безводном месте остановиться и для защищения своего с четырех сторон обрываться землею и, перерезав верблюдов, лошадей и рогатой скот, обкладываться на подобие вала и от калмык отстреливались, а добычю свою, состоящую в людях и скоте, имели в средине своего стану" (Бакунин В. Описание истории калмыцкого народа. 1939).
Поскольку штурм такой крепости должен был сопровождаться большими потерями со стороны штурмующих, те, как правило, ограничивались перестрелкой либо обыкновенной блокадой. Впрочем, пули и стрелы осаждающих вряд ли наносили серьезный ущерб укрывшимся в "живой крепости", и осада вполне могла затянуться. Выходов в таком случае было два: либо осажденные получали помощь, и осада снималась, либо исчерпав ресурсы, осажденные, улучив момент, шли на прорыв блокады, бросая часть или всю добычу.
Однако прогресс не стоял на месте и довольно скоро страдающие от набегов разбойников калмыки стали использовать оружие, перед которым стены "живой крепости" устоять не могли - легкую полевую артиллерию, которая могла перевозиться на все тех же верблюдах. Легкие пушки и фальконеты, стрелявшие с недосягаемого для оружия осажденных расстояния, пробивали завалы из животных и наносили вред осажденным, у которых оставался только один выход.
Так, в 1724 году, когда калмыки начали расстреливать из пушки казахско-каракалпакскую "живую крепость", те были вынуждены срочно идти на прорыв, в ходе которого и были почти полностью уничтожены.
Впрочем, артиллерия срабатывала далеко не всегда. Так, в сражении при Улан-Бутуне (1690 год) китайцы не смогли разрушить джунгарскую "живую крепость", сделанную, как указывает источник, из 10.000 верблюдов. А в 1741 году артиллерия не помогла калмыкам в сражении с казахами (хотя последние и потерпели поражение).
"Живые крепости" использовались в степи вплоть до начала ХХ века, что обуславливалось довольно малочисленным "артиллерийским парком", которым располагали соседи любителей барымты, и многочисленным "парком" лошадей и верблюдов, имевшимся в распоряжении последних.
Источник: Бобров Л. Казахская тактика ведения боя в пешем строю.
О набеговой тактике туркмен можно прочитать здесь.
Понравилась статья? Подпишитесь, поставьте лайк и сделайте репост. Спасибо!