Свита короля Еноха охала и ахала, придворные министры цокали языками с видом знатоков поглядывая сквозь лорнеты, и только один генерал все рассматривал и трогал руками.
Король Енох, похлопывая по плечу низенького седого кузнеца, открывал собранным для этой цели вельможам свои новые планы, без устали требуя восхищения новым предметом гордости трёх королевств. Над собравшимися, блестя черными боками, гордо возвышалась невиданных размеров пушка. Огромный ствол ее смотрел в небо, внушая придворным смесь гордости, трепета и непонимания.
Седой кузнец пытался отвязать от ноги веревку, которой он был привязан к пушке, за что получал подзатыльники от охранявшего его гвардейца.
Енох вдохновлял приближенных на великий поход против ненавистного и подлого гномьего короля, упоминая преимущества, которые дает новое оружие и произнося чаще других такие слова, как «священный долг», «справедливость» и «трус, подлец Тордайл». Придворные с хорошей памятью слушали неохотно, а генерал даже вопросы задавал, спрашивал про какие-то испытания, толщину ствола и прочую ересь.
Когда король смолк, придворные восхищенно рукоплескали, а генерал как закричит: «Давайте пальнем! Разок!»
Король поперхнулся и, зло посмотрев на генерала, поучительным тоном сказал: «Моей Гранд-Пушке стрелять не обязательно, она одним своим видом внушит противникам желание скорейшей капитуляции. А вы, генерал, вы отдаете себе отчет, какие разрушения может принести королевству один выстрел из такого грозного оружия!?»
Тут, с возгласом «Эврика!» к королю просеменил министр экономических дел и что-то прошептал тому на ухо. Вскинув брови и улыбнувшись, Енох сладко пропел: «Возможно испытания будут, и вы, генерал, получите о них подробный отчет».
На следующий день все королевство знало, что стрелять из Гранд-Пушки очень опасно. Одни говорили, что она приносит большие разрушения, другие, что она просто взорвется с не меньшими же разрушениями. Правду знал седой кузнец, но его король временно определил в темницу.
Кузнец - человек простой, разве мог он понимать, как можно воевать с макетом пушки?
Война. Ровно выстроенные полки короля Еноха топтались перед полем предполагаемого боя. Позади полков ждал своего часа обоз запряженных пустых телег, предназначенных для контрибуции. Над всем этим гордо возвышалась, должная устрашать всякого на той стороне, Гранд-Пушка. Под ней, на белом коне, при полном парадном воинском облачении, в ожидании своего триумфа сам Енох 58-й.
Но противника не было. Король нервничал: Тордайл опаздывал или вообще не шёл на войну, должно быть струсил.
Наконец, на той стороне стали появляться гномьи шлемы, потом и сами гномы. Енох довольно потер руки. Но тут глаза короля округлились, серебряная шпага выпала из его рук, а генерал с ухмылкой толкнул его в бок: «Славный будет бой, Ваше Величество!» Гномья орда катила к полю две огромные пушки никак не меньше, чем у Еноха.
Начался процесс переговоров, первого гонца послал Енох, требуя немедленной капитуляции Тордайла, наставляя: «Ты ответа не жди, передай, что я велел и бегом обратно. Пусть своего гонца с ответом посылает». Енох своих гонцов берег.
В свою очередь Тордайл предложил Еноху самому капитулировать. Переговоры длились два часа, в течение которых короли обменивались все теми же предложениями в незначительных вариациях, пытаясь усилить давление друг на друга, а гонцы, что гонцы, их дело маленькое.
Но вот Енох заметил оживление на той стороне - и раздался жуткий грохот. Из гномьих пушек вылетело два огромных ядра. Они пролетели над полем, над полками Еноха, над обозом, Гранд-Пушкой и скрылись за горизонтом.
- Генерал, - спросил король Енох, - это что, неприятель открыл огонь?
- Да, Ваше Величество! Разрешите двинуть полки на неприятеля? - бодро рапортовал генерал.
- А если еще раз пальнут?
- Не успеют, мы с флангов кавалерию пустим.
- А куда это ядра полетели?
- Не могу знать! Разрешите двинуть полки.
- А если они...
- Ваше Величество, разрешите двинуть кавалерию во фланг неприятеля!
- Погоди, генерал, нет у тебя стратегического мышления, вот если они...
Тут снова раздался грохот, потом шум, визг, крик и лошадиное ржание.
- Ваше Величество, давайте отступать, нет у нас больше кавалерии, - грустно попросил генерал.
Оставшиеся полки и обоз повернули обратно.
Тордайл продолжать войну не пожелал, только потребовал себе Гранд-Пушку в качестве компенсации. Гномы нацарапали на ней «Пушка Еноха» и водрузили у входа в свои земли.
По пути домой обоз все же наполнился провизией и предметами народного промысла, проходя через сельские поселения королевства. Пустым из похода король Енох не возвращался никогда.