Джордж спускался с холма, увлекая за собой множество больших и маленьких камней.
Ботинки в пыли, лицо раскраснелось. Чем ближе он подходил к тому месту, которое указал на карте Розарио, тем больше чувств поднималось откуда-то из глубин подсознания.
У него перед глазами проплывала первая встреча с Сюзан. Та скука, которая и заставила его выглянуть в окно. Тот день и та ночь с ней. Те одинаково гнусные, пустые и отвратительные дни, недели и месяцы потом.
Встреча с Розарио и его фантастический, но ужасающе правдоподобный рассказ.
Сомнение и приготовления к тому дню, когда он поднялся на тот самый холм, с которого вела всего одна дорога к небольшому городишке на юге Франции.
Который когда-то сгорел дотла чтобы спустя годы быть построенным вновь..
Джордж, почти не глядя по сторонам, шел по грунтовой дороге меж аккуратных, очень уютных и украшенных цветами домов.
Где-то играли дети, где-то одинокий старик задумчиво курил трубку, глядя на пушистые и деловитые, куда-то спешащие облака.
Джордж не видел этого всего.
Для него все выглядело серым, плоским, картонным, словно театральная декорация, на которой поддатый художник халтурно и аляповато изобразил какой-то фон для игры актеров в третьесортном балагане.
Джордж вышел из городишки, прошел еще пару километров и оказался возле кладбища. Людей вокруг не было, а мемориальная табличка возвещала, что здесь когда-то почти все население города сгорело заживо, оказавшись запертым по неизвестным причинам в огромном сарае.
Джордж шел по извилистой тропинке между могил, ища ориентир в виде большого черного ангела на готической архитектуры склепе. Наконец, он его увидел.
Первые капли дождя одновременно с этим ударили его по щекам. Он и не заметил как почти безоблачное небо с дружелюбными облаками превратилось в серое и тягучее одеяло, зачем-то повисшее над землей.
Алые буквы над входом в склеп говорили все те же странные и страшные слова, которые Джордж впервые увидел несколько месяцев назад перед входом в свой магазин.
Волк или овца? Кто есть кто?
Джордж толкнул дверь и вошел внутрь.
Фигура женщины, опирающаяся ся на посох, чуть шелохнулась, когда полоса дневного света из раскрытой двери упала на пол, прямо в центр , где черные буквы на белом полу возвещали, спокойно и грозно что
«здесь лежит Люси»
Он вынул из рюкзака кристалл в форме шара, который дал Розарио и вставил в отверстие на лбу фигуры, прямо посередине.
Взявшийся словно по волшебству луч света упал прямо на кристалл и красивые отблески расплескались по стенам, полу, потолку…
Джорджу в этот момент показалось, что он уже был здесь когда-то, но дежавю прошло также быстро, как и началось.
На секунду у него закружилась голова, а затем он чуть пошатываясь вышел на улицу.
Обернувшись, он увилел, что белая фигура внутри исчезла..
От готической монументальности склепа не осталось и следа.
Теперь он выглядел так, как будто кто-то кинул старый большой ботинок на ровную, чистую, подстриженную лужайку.
Джорджу становилось все хуже, он едва передвигал ноги. Вокруг началась гроза.
Даже сквозь шум усиливающегося ветра он слышал какую-то возню позади себя, приглушенный шепот, всхлипы, крики о помощи, еще какую-то тарабарщину. Розарио не велел оборачиваться, но Джорджу было и не до этого.
Шквальный ветер дул ему в лицо: а сознание словно куда-то уплывало. Кое-как он все таки добрался до выхода, прошел еще метров сто и рухнул как подкошенный на траву.
Гремел гром, а холодные струи дождя затекали ему за шиворот, в глаза, в уши. Джордж потерял сознание.
Ему приснились две огромные фигуры, белая и красная, стоящие на вершине огромного холма. У каждой из них были крылья, но лишь у одной из них они были словно рваные, перепончатые, похожие на крылья птеродактиля.
Белая фигура стояла молча и неподвижно, в то время как красная говорила что-то взволнованно и разгоряченно, срываясь то на крик, то на свист, то на шепот.
Наконец, словно обессилев, красная фигура села на землю, свесив ноги в обрыв.
Когда-то миловидное, так нравящееся соседям лицо Люси, едва можно было узнать в искаженной гримасе боли, ярости и отчаяния этого существа.
Вторая фигура уселась рядом и обняла ее за плечи.
Они обе смотрели на красивое зарево пожара, постепенно сьедающего тихую деревушку.
Когда Джордж проснулся, утреннее марево восходящего солнца уже раскрасило все те же деловитые облака в нежно розовый цвет. Он с удивлением понял, что проспал здесь всю ночь, но совсем не замерз. К тому же, он был абсолютно сухой, сухой была и его одежда. Хотя Джордж прекрасно помнил страшную грозу, от которой он не смог укрыться.
Еще больше он удивился, увидя что никакого кладбища там, где он вчера был, больше не было.
Вместо этого в чистом поле стояло какое-то длинное здание с узнаваемыми очертаниями загона для коров, каким его строили раньше в этих местах.