Сегодня вышел четвертый (но воспринимающийся как второй) альбом Монеточки, созданный в уже в испытанном и, кажется, единственном возможном дуэте с саунд-продюсером Витей Исаевым. Главный тезис, о котором многие говорят, а другие имеют в виду — музыка стала чуть более сложной, разноплановой и интересной.
На деле все не так однозначно, особенно касаемо интересности, но параллелей с «Раскрасками» здесь действительно немного: о предыдущем альбоме напоминает грув танцевального момента в «Папиной любовнице» или, например, русско-народность «Тугих кос», напоминающая о «Кумушках». К, условно, социально-политическому (как «Русский ковчег») тут так же условно обращается одна из главных песен альбома «Переживу». Это зарисовка, построенная на перечислении преимущественно русских и российских атрибутов и затрагивающая темы от народных сказок до хитов Ираклия Пирцхалава и коронавируса. И здесь видится очень элегантное донесение мысли: все эти атрибуты подаются как то, что можно и нужно «переживать» — получается жизнеутверждающая песня на вечную и не особо меняющуюся злобу дня без чего-то, сказанного пошло и напрямую.
Самыми интересными песнями на альбоме кажутся те, где вроде бы развлекательный нарратив скрывает момент тайны, момент душещипания — такой, как в строчке о табуреточке в «Крошке» или упоминании одиночества в песне «Папина любовница». Даже иронично-усталое рассуждение о самом неромантичном и бытовом феномене условного обывателя — кредитах на отпуск — внезапно оборачивается куда более трогательным воспоминанием о детстве Лизы в уральских горах. Этот приём позволяет музыке альбома соблюдать баланс — рассказывать о серьёзном, о том, чём хочется и нужно говорить, но не становиться слишком скучной, поучающей, грустной.
Песни, в которых этот приём не используется, получаются более слабыми и даже проходными — полными уже бессмысленной несерьёзности («Коза») или построенными на мимикрии ради мимикрии («Тугие косы» в стиле группы «Фабрика»). Исключение — трогательная песня «Мартовские коты» о любви и детстве с каким-то ужасно красивым звуком синтезатора.
К слову о наиболее обсуждаемом «Шприце» — это, на мой взгляд, как самый любопытный, так и самый отвратительный момент альбома. Начинаясь со смысловой интриги и интересного звукового решения (имитации гудящего басами пола и потолка), заканчивается он как рефреноцентричная песня в худших традициях алкогольно-эстрадного формата — привет тому же «Ленинграду» или даже Верке Сердючке. Собственно, отсылка к Сергею Шнурову здесь выступает своего рода индульгенцией — мол, это ирония, пародия и юмор, но никак не говно.
Если говорить о мелодиях и звуке, очень уместное сравнение с киномюзиклами привёл Сергей Мудрик — развивая мысль, хочется сказать, что добрая половина треков могла бы органично вписаться в какую-нибудь осовремененную новогоднюю историю вроде «Старых песен о главном» (не худший, даже хороший референс). Эта ассоциация очень притянута за уши, но общий смысл такой — почти все музыкальное наполнение здесь построено на заимствованиях, мимикрии и игре в кого-то или что-то (будь то артист, жанр, настроение или эпоха).
Весь этот декор, помноженный на безусловный саунд-продюсерский талант Вити Исаева и общую стильность происходящего, даже почти скрывает нехватку хлестких припевов и заедающих мелодий. Концентрация народных хитов заметно уступает той, что была на «Раскрасках», с которых и сейчас легко напеть половину треков альбома. Но правильно ли требовать того же подхода? И остались ли бы мы довольны?
Оценка: 8/10.
Ключевые треки: «Мартовские коты», «Папина любовница», «Лёд», «Переживу».
Слушать в стриминговых сервисах →