Грэйди Стайлз-младший, который впоследствии стал известен как «Мальчик-лобстер», родился в Питтсбурге в 1937 году как последний из карнавальных персонажей «Людей-лобстеров», унаследовавших эктродактилию врожденной деформации, которая соединяет их пальцы в «когти омара». . »
Случай Стайлза был довольно тяжелым: помимо рук, у него также была эктродактилия в ногах, и поэтому он не мог ходить. Большую часть своей жизни он в основном использовал инвалидное кресло, но также научился использовать верхнюю часть тела, чтобы тянуться по полу с впечатляющей силой.
Ограниченный этими уродствами, Стайлз рос в рамках карнавального мира, поэтому неудивительно, что в молодости он влюбился в другую работницу карнавала по имени Мария Тереза, молодую женщину, которая сбежала, чтобы присоединиться к цирку, будучи еще подростком.
Вскоре пара поженилась и у них родилось двое детей, но все резко ухудшилось, когда Стайлз начал пить, и в сочетании с его непреодолимой силой верхней части тела он стал поднимать руку на жену и детей.
Когда дочь-подросток Стайлза, Донна, влюбилась в молодого человека, которого он не одобрял, он хладнокровно убил жениха своей дочери накануне свадьбы.
На суде он признал свой поступок без каких-либо угрызений совести, но указал, что его нельзя посадить в тюрьму, потому что никакая тюрьма не может должным образом приспособиться к его инвалидности. Впоследствии его отпустили с 15-летним испытательным сроком и разрешили вернуться домой.
Хотя они развелись во время суда по причинам, которые никто, ни в семье Стайлза, ни за ее пределами, не мог понять, его первая жена согласилась снова выйти за него замуж в 1989 году.
Когда она вернулась, избиения стали более жестокими, и через несколько лет после того, как они снова поженились, она заплатила своему 17-летнему соседу Крису Вайанту 1500 долларов, чтобы тот застрелил и убил его, положив конец одной из самых невероятных историй.
Ни один из них не отрицал, что убил Стайлза. Во время суда его жена подробно рассказывала о его жестоком обращении. «Мой муж собирался убить мою семью, - сказала она суду, - я верю в это от всей души».