О страхе перед любовью

ЧАСТЬ 1

Здесь улицы полны

Дыма и взглядов блудниц.

И мы, как блудницы, ищем свои пути.

Страдаем от недостатков лиц,

Боясь вновь

Насовсем остыть,

Боясь вновь навсегда разлюбить,

Устав снова что-то новое ждать,

Заглядывая с жадностью в чужие глаза,

Оставляя отражение в них своих глазниц.

Как мы боимся, что снова увидим сон.

Хочется яви, чтоб ощущать земную твердь

Под ногой или под каблуком

Затем, чтоб

Себя не потерять, приберечь.

Все мы боимся и не знаем чего,

Но не хотим, чтобы страх исчез.

Исчезая, страх уносит тебя самого,

Ты уже переступил эту систему мер.

Что-то такое невнятное пишем мы,

Ищем ещё более чудное,

Чтоб потом оставлять

в первых встречных свои следы,

душу свою боясь у себя отнять

(DВ, 10/12/14).

ЧАСТЬ 2

В спешке мы не замечаем тех странных глаз,

Что прибавляют нам ощущения глубины.

Каждая новая душа есть рассказ

Из чьей-то тени и чьей-то пустоты.

Да, мы хотим остаться,

Но не сегодня, нет –

Никогда, думая, что сейчас,

Просто нас держит наша личная твердь

Вокруг оси своих сомнений и правд,

Меняющихся, как солнце за ясный день,

Но таких непреложных во веки веков.

Запирающих нас самих в нашей мечте,

Знающих, как страшно у обрыва,

Ведущего через пропасть на дно,

Особенно если её глубина – это глубина глаз,

Тех, в которые ты так боишься смотреть.

Пропасть в символах страшнее,

Чем самый страшный овраг,

Внутренне пасть не менее страшно, чем смерть,

Нас пугали этим,

Нас этому учат те,

Кто являются авторами наших правд –

Сами, возможно, уже сидят на дне,

Забыв о себе, беспечно себя потеряв,

Так беспечно

С последовательностью ученика, для которого

Плохо всё, что ниже пяти. –

Можно попросту книгу закрыть уйти,

Не слушать, оставив сомненье и страх,

Но вдруг я так наивна и всё, что писала – бред?

Может быть, стоит иначе на всё взглянуть. –

Может быть, стоит, и не только мне.

Пропасть так манит, но вдруг в конце её свет?

(DВ, 10/12/2014)