Первый тренер Алексея Жамнова рассказывает об одном из своих самых звёздных воспитанников.
- Алексея Жамнова вы увидели первый раз, когда ему было 10 лет?
- Да. Я рано закончил играть. В 23 года понял, что звезды из меня не получится. Решил стать тренером. И в 80-м году пришёл в школу «Динамо». Взял команду 70-го года.
- Каким вы тогда увидели будущего олимпийского чемпиона?
- Рыжим (улыбается). Лёшка был единственным рыжим в той команде. Какие-то задатки были видны сразу. Это был нестандартный игрок, даже тогда, в детстве. Он умел принимать нетривиальные решения. Но в плане физического развития Алексей от сверстников первое время отставал. Так часто бывает: дети развиваются неодинаково. Лёша был, как тренеры обычно говорят, «из поздних». Это не его вина, так просто природой было заложено. Он гормонально начал созревать чуть позднее сверстников, годам к четырнадцати.
- Его брат играл в хоккей.
- Да, Павел. Если не ошибаюсь, он 65-го года рождения. Брат очень активно помогал Лёшке, постоянно приезжал на игры. Я с ним знаком, мы много общались. Он серьёзно участвовал в становлении Алексея.
- Алексей Жамнов признавался, что в детстве его тянуло в ворота.
- Да, я слышал об этом. И его отец, Юрий Павлович, которого, к сожалению, уже нет в живых, об этом рассказывал. Но когда я пришёл в команду, Лёша играл в поле. И я понял, что из него должен получиться хороший центр. Повторю: он умел принимать на площадке нестандартные решения.
- В «Динамо-70» собралось очень много мальчишек, ставших затем известными хоккеистами. Кто из них в юности был самым талантливым?
- Назову двоих: Алексея Жамнова и Андрея Алексеева. Я очень надеялся, что Андрей попадёт в большой хоккей. Но… Если Лёша был трудолюбив, то Андрея, к сожалению, приходилось иногда заставлять работать. Хотя у него были все данные, чтобы заиграть на высоком уровне. Хороший парень, порядочный, никогда не обманет, но вот работать не очень любил.
- В тренерской работе такое ведь часто: ждёшь, что заиграет один парень, у которого огромный талант, а в итоге наверх пробивается тот, от которого поначалу мало чего ждёшь.
- Вы правы. Более того: я не очень верю в «скороспелых» ребят. В тех, кто в 8-9 лет обыгрывает всю Москву. Такие парни потом очень часто «сдуваются». А ребята поначалу неприметные затем за счёт трудолюбия, характера, старания становятся большими игроками.
- Расскажите историю, как вы разжаловали Алексея Жамнова из капитанов.
- У меня был спецкласс. Очень весёлый. Девочек не было, одни футболисты и хоккеисты. Всем доставалось от этой «банды». Претензий к учёбе хватало, я в школу частенько заглядывал, иногда даже на уроках сидел. Хулиганистый класс, чего уж скрывать. В этом классе, если мне память не изменяет, Сергей Овчинников из футболистов занимался. Так вот. Ребята тренировались, потом шли в школу, потом снова на тренировку. Один раз вечером звонит классный руководитель и спрашивает: «У вас сегодня игра была?» «Нет», - говорю. И сразу второй вопрос: «А почему ребят в школе не было?» Начал разбираться. Оказалось, что Лёша Жамнов повел всех сначала в кино, а потом к себе в гости. И весь класс дружно прогулял школу. А потом пришёл на вторую тренировку, как ни в чём не бывало. Думали, что, наверное, я ничего не узнаю. Лёша был лидером - и на льду, и в жизни. Тогда я решил снять с него капитанскую повязку. В чисто педагогических целях. По-моему, это было в классе восьмом или девятом. Он обижался, конечно. Но что делать? Дисциплина.
- По школе у вас много с ними хлопот было?
- С нас ведь требовали, чтобы ребята успевали делать уроки и серьёзно относились к учёбе. Родители частенько звонили: «Сергей Валентинович, поговорите с моим, он дурака валяет, у него двойка в четверти по физике выходит». На каком-то этапе моё влияние было даже большим, чем влияние родителей. Но учителя, зная, что это спортивный класс, всегда с пониманием относились к тому, что кто-то по каким-то предметам не успевал. Всё-таки футбол или хоккей для этих ребят был на первом месте.
- Когда Алексей раскрылся по-настоящему?
- Я уже говорил: задатки мне были видны гораздо раньше. Он мог принимать такие решения, которые становились неожиданными не только для соперника, но и для меня, тренера. Очень нестандартный по мышлению игрок. Всё на свои места встало, когда ему было лет 15. Тогда он начал быстро развиваться физически. Я попросил его папу, чтобы у них дома была возможность заниматься со штангой. Вот он её на заводе своими руками и сделал, тогда ведь ничего купить было невозможно. Я видел: у Лёши есть всё, кроме силёнок. Надо было физически окрепнуть. Что и случилось. С техникой у него был полный порядок. И плюс очень хорошее катание. Причём, катание было очень интересное: ногами вроде бы работает медленно, но за счёт хорошего скольжения его никто не мог догнать. Вроде бежит еле-еле, ногами работает не спеша, а скорость высокая. Это природное, этому не научишь. Либо есть, либо нет.
- Затем большую роль в его жизни сыграл Владимир Юрзинов-старший.
- Безусловно. Было понятно: 70-ый год в «Динамо» - очень сильный. Нужно делать вторую команду для молодёжи. Под первую они ещё не годились, но было видно, что ребята должны заиграть. Тогда появилось «Динамо-2». Так вот Алексей единственный из моих воспитанников 70-го года, кто, минуя «Динамо-2», сразу напрямую попал в основу к Юрзинову. Владимир Владимирович умел и любил работать с молодыми.
- Была ещё одна история, когда Алексей Жамнов должен был поехать на юниорский чемпионат Европы. Сходил перед отъездом с командой на Красную площадь, но буквально в аэропорту его «отцепили» от сборной.
- Да, так и было. «Отцепили» в последнюю секунду. Но он молодец, психологически не сломался, хотя ситуация была крайне неприятная. Несколько раз его вызывали в различные сборные СССР, но попал он в итоге только в молодёжную, когда там работал Геннадий Фёдорович Цыгуров. И вот в тот раз, о котором вы говорите, он мне из Новогорска позвонил: «Серей Валентинович, меня, наконец-то взяли». А через день его «отцепили», сказав, что не смогли оформить документы. Для меня это была загадка. Было видно, что парень уже на уровне страны - один из лучших центральных, но его почему-то игнорировали. Конечно, Алексей сильно переживал. Я его, как мог успокаивал, пытался вселить в него уверенность, что он всё равно будет играть. Так и случилось.
- Его огромные успехи в хоккее всё-таки для вас не стали неожиданностью?
- Во-первых, я должен сказать, что Алексей вырос в очень культурной и порядочной семье. Доброжелательные, открытые родители. Мама реже приезжала на игры, а папа был постоянно. И на тренировках, и на матчах. Лёша правильно воспитан. Первый раз я повёз пацанов в лагерь, когда им было по 11 лет. И вот я обратил внимание: единственный, кто ходил перед сном чистить зубы, был Лёша Жамнов. Жили в деревянном корпусе, туалет отдельно, горячей воды не было. 1981 год. Вот он один перед сном к умывальнику и ходил. Вроде бы мелочь, но для меня очень характерный штрих. Как и его родители, он вырос открытым, порядочным и воспитанным человеком. От семьи шло очень много.
- Вы же с ним связь никогда не теряли?
- Да, периодически встречаемся, созваниваемся. В июле этого года я вернулся в школу «Динамо» и сразу с этой новостью позвонил Алексею. Он мне тут же ответил: «А я уже знаю». Откуда он мог знать?
- После окончания карьеры Алексей Жамнов работает генеральным менеджером - «Витязя», «Атланта», теперь «Спартака». Но в «Спартаке», когда у команды неважно шли дела, он вставал на тренерскую скамейку. И результаты команды неизменно улучшались. Игра преображалась. Но тренером на «постоянной основе» он становится не хочет.
- Безусловно, Алексей стал бы большим тренером. Если у хоккеиста хорошо развито игровое мышление, то из него, как правило, получается отличный тренер. И, наоборот, если игрок «деревянный», вылез только за счёт трудолюбия, то он затем и тренировать будет в этом направлении.
- Никогда не советовали ему пойти по тренерской дороге?
- Нет, таких разговоров между нами не было. У меня есть другая история на эту тему. Саша Карповцев работал в «Локомотиве» с Брэдом Маккриммоном и позвал в тренерский штаб Игоря Королёва. Они оба были моими воспитанниками. Игорь позвонил мне, чтобы спросить совета. У него был бизнес в Америке, поэтому он сомневался: идти или нет. В итоге согласился. Уже прошла предсезонка, но он по-прежнему сомневался. Опять звонил: «Сергей Валентинович, мне оставаться?» Я ему тогда сказал: «Игорь, ты сезон отработай, а потом решишь». Этот звонок от него был за неделю до трагедии.
- Ученики вас не теряют из вида?
- Да. Равиль Якубов работает в ЦСКА. Там и Женя Корешков, тоже наш выпускник. Но он приехал в Москву позже, наверное, лет в 15. Отец привёз из Усть-Каменогорска. Вот Женя два сезона был у нас в «Динамо». Команда и так была мощная, а тут ещё Корешков приехал, очень сильный игрок. Но что удивительно: чемпионами страны этой командой мы так и не стали. Нас дважды обыграл Усть-Каменогорск 70-го года. Хотя затем из той команды заиграл лишь один Ерлан Сагымбаев. И то не на уровне сборной и не на уровне НХЛ. А мы Усть-Каменогорску проиграли, хотя выпуск у меня получился замечательный. Пять человек попало в большой хоккей. Из тех, кого не называл, ещё Роман Ильин и Роман Бобков, который сейчас работает спортивным директором в «Динамо». Что важнее всего для детского тренера? Не победы, хотя они тоже важны. Но через полгода про эти победы, может, никто и не вспомнит. На первом месте другое: сколько воспитанников оказались в большом хоккее. И если твой воспитанник 10-15 лет затем играет на высоком уровне, это приносит тренеру огромное удовлетворение.
- Можете своим ребятам среди ночи позвонить, если вдруг вам понадобится помощь?
- Конечно. Всем могу набрать. С Игорем Королёвым очень плотно общался. Если я приезжал на игры в Ярославль, он всегда приходил в гостиницу. Игорь после НХЛ играл за «Локомотив». Приносил мне диски, на которых была записана аналитика команд НХЛ. Я этим сильно интересовался, и мы с Игорем много говорили о тактике. В гости он ко мне с супругой часто приезжал. С Сашей Карповцевым и его отцом постоянно общались. Два или три года назад отца тоже не стало.
- Вы же всё делали, чтобы они не только большими хоккеистами стали, но и хорошими людьми.
- Безусловно. Все ребята нашли себя в жизни. Андрей Загороднев и Игорь Султанович из моей команды до сих пор дружат, вместе бизнесом занимаются. Моим ребятам в этом году 50. Или уже исполнилось или скоро исполнится. Звоню им с поздравлениями. Но поверить не могу. Как же быстро пролетело время…