Лаз, из которого гоблин напал на Сигурда и Лукаса, крутым спуском уходил в глубины пещеры. Путешественники, цепляясь руками и ногами, за любые возможные выступы, аккуратно спускались, чтобы не скатиться на копчике в неизвестность. При малейшем шуме они останавливались и подолгу вслушивались в темноту. После той встречи с существом из легенд, никто не хотел подобного повторения. Да и с каждым метром продвижения, атмосфера становилось все жутче. Появились новые виды плесени и каких-то еще простейших растений. Все чаще стали попадаться скелеты мелких животных. К гадалке не ходи, наверняка путники приближались к логову этой бестии.
Сигурд, в основном молчал, «переваривая» в голове открывшийся в нем талант. Лукас же напротив, болтал без умолку, хоть и шепотом, но все равно надоедливо. Вор уже привык к подобному поведению парня и понимал, что это вызвано пережитым стрессом. Не каждый день твои представления о мироустройстве разваливаются в пыль.
«Бедный Лукас, — думал о послушнике Ворон. — Столько лет прослужить одному Богу, который никак себя не проявил. А тут, на тебе, и Древний объявился и чудища в прибавку. Я бы тоже свихнулся, столько учиться, затем служить в послушниках в надежде что, когда — ни будь тебе дадут звание монаха. И все это может оказаться пустой тратой времени, ведь если окажется, что Единого вовсе не существует, то не удивлюсь величайшему восстанию духовенства в истории человечества».
Неожиданно тоннель, по которому спускались друзья, стал столь гладким, что вор с послушником заскользили стремительно вниз. Несколько раз их не слабо ударило о стену на излучинах. И каждый раз Ворон надеялся, что это последний, потому как дух выбивало так, что дыхание спирало. Но и был в этих ударах небольшой плюс, Лукас на некоторое время переставал вопить, а значит и привлекать внимание. Хотя, если бы кто-то находился поблизости, то безусловно они себя обнаружили.
Сигурд каждое мгновение ждал, что вот-вот закончится тоннель, и они с Лукасом полетят в глубокую расщелину, где и останутся лежать до скончания времен. Но слава Богам, ничего подобного не произошло. Уклон постепенно потерял свою крутизну, и друзья выкатились в широкую залу.
— Ох, мои кости, — застонал послушник.
— Тсс…, — Сигурд заслонил ладонью рот Лукаса. — Рядом что-то есть.
Парень быстро закивал, давая понять, что будет тише мыши. Когда вор убрал руку, парень еле слышно спросил
--То же предчувствие, что и наверху?
— Угу, только слабее. Но теперь я ощущаю это повсюду. Сигурд очень осторожно приподнял голову, чтобы осмотреться. Широкий зал, без сомнения, был частью этой огромной пещеры, в которую попали друзья. Но также и верно, что это место было обитаемым. Сталагмиты здесь служили опорами для каких-то надстроек. На многих «гнездах», как назвал эти строения Лукас, были нарисованы странные руны или знаки. Повсюду валялось множество разного хлама. Некоторые вещи были доставлены сюда с поверхности: старое седло, сломанные колеса от телеги, какие-то ящики, прохудившиеся бочки. То тут, то там виднелись места для костра. Сейчас ни один из них не горел, но пепел еще был теплым. А вот факелы, закрепленные схватившейся глиной, над высоченным потолком горели все до единого. Именно благодаря свету от факелов удалось разглядеть, что такие тоннели, из которого вывалились Сигурд с Лукасом, пронизывают всю площадь зала, как ходы в муравейнике.Чуть погодя взору открылась и жутковатая картина. Почти под каждым гнездом валялись кости, в основном животных, но пару человеческих черепов также нашлись.
— Скажи мне, что это не логово того гоблина! — Лукас с надеждой смотрел на Ворона.
— Я знаю столько же сколько и ты. Но ты прав, здесь ощущается та же энергетика, — вор потер виски. — Здесь их нет, но они где-то неподалеку.— Неподалеку? — забеспокоился послушник.
— Ну знаешь, я ведь только второй раз использую свое умение чувствовать магию, может и ошибаюсь малость. Главное не высовываться, тем более мы целенаправленно сюда шли. Давай осмотримся, мне кажется в этой деревне найдется что-нибудь полезное.
— Логово чудищ назвать деревней, — послушник вздохнул. — Тебе совсем не страшно что ли?
— Конечно страшно. Но седеть и трястись куда опаснее чем действовать, поэтому больше ни звука и следуй за мной.
Друзья тихонько выкарабкались из кучи мусора, в которую им угораздило влететь.
Предполагаемая деревня гоблинов легко просматривалась. Несколько десятков гнезд, переходные мосты между ними и горы разного хлама.Вор с послушником пригнувшись, насколько позволяла гибкость, прошмыгивали от одной бочки к другой, к сталагмиту, затем в тень под подвесной мост и дальше. До середины деревни они добрались быстро.
— Думаю нет здесь никого, — повернулся Ворон к Лукасу.
— Откуда такая уверенность?
— Глянь туда, — Сигурд указал вверх за их спины.
Лукас оторопел. Все это время, можно было не скрываться. Их партизанские перебежки легко просматривались с верхних ярусов пещеры, которые они даже не заметили.
— Если бы здесь кто-то был, нас бы уже обнаружили, — вор выпрямился и свободно вышел из тени. — По крайней мере у нас появилась возможность обшарить несколько этих хижин или как там называется жилище гоблина?
За вором осторожно вышел и послушник.
— Вот невезуха, — Лукас указал рукой на крестовину, вбитую в трещину земли. — Точно гоблинское поселение.
Сигурд обернулся посмотреть, что там такого увидел товарищ.На крестовине, как на импровизированной стойке, висел почти
такой же доспех, который снял Сигурд с мертвого гоблина.
— Ого, значит чувство меня не обмануло, это действительно деревня гоблинов. Я некоторое время сомневался, — пояснил он для Лукаса, — вдруг я одинаково ощущаю всех подземных тварей. Но этот доспех точно такой же как мой. Давай сделай все по-быстрому и будем искать выход.
Через несколько минут прочесывания «гнезд», друзьям удалось раздобыть несколько ржавых клинков, добротную, но поношенную сумку из свиной кожи и самая главная находка — стёганка, и драповая куртка. Были еще женские платья и чулки, но Сигурд счел их бесполезными. В одном из котлов была вода. Ворон понюхал, немного попробовал на язык, оказалось годной для питья. Друзья вдоволь напились, но к сожалению, не нашлось емкости для того чтобы взять воду с собой. Сигурд, как единственный воин в их компании, надел стеганку, с великим облегчением сбрасывая с себя неудобный доспех. Лукас, поверх рваной рясы, накинул драповую куртку. В сумку сложили найденный кремень и веревку.
— Ты только посмотри сколько здесь всякого хлама, принесенного снаружи. Эти гоблины, наверное, ни один день промышляют воровством. Страшно представить, ведь эти вещи принадлежали когда-то людям. А вдруг все эти бесследные исчезновения людей дело их лап?
— Все может быть. Я вряд ли удивлюсь, если это окажется так — вор оставался холоден, не допуская лишних мыслей. Сейчас он пытался сосредоточиться, чтобы понять в какой из множества ходов им направляться. Из каждого тоннеля прямо свербело энергетикой чудовищ.
«Почему они все ушли из деревни, — оглядываясь пытался понять Сигурд. — Не похоже, что на них кто-то напал. Скорее их что-то сильно заинтересовало раз они скопились в том большом коридоре. — Ворон просканировал самый крупный лаз, в него свободно, не нагибаясь, прошел бы человек. Концентрация красно-рыжей ауры зашкаливала и наверно он бы отмел это направление сразу, если бы его внимание не привлекло одно, отличное от других, энергетическое сияние. Оно было малахитового цвета. Если от красно –рыжего разило опасностью, то эта аура, цвета благородного камня, казалась чем-то сродни
человеческому, и оно явно испытывало страх.
В недавнем прошлом, Сигурд не обратил бы внимания на чужую беду, но сейчас его что-то подталкивало двигаться именно в этот тоннель, от которого нормальный человек бежал бы без оглядки. Лукасу он солгал, указав в сторону коридора, где неизвестное существо было окружено ордой недругов. Лучше оставить парня в неведении, чтобы лишний раз не подвергать его стрессу. Но кто бы не был в том коридоре, вор все равно должен был идти именно туда, так подсказывало ему сердце.
Друзья трусцой пересекли гоблинское поселение, подойдя к входу из которого пульсировала магическая энергия. Разумеется, это мог чувствовать только Сигурд. Послушник же верил, что они двигаются к самому безопасному месту в пещере.
— Отличная эта штука, твоя чуйка, — радовался Лукас. — Можно держаться подальше от этих злобных тварей. От одного — то кровь стынет в жилах, а тут целое гнездо! Даже представить трудно, что бы они с нами сделали, попадись мы им. Преодолев еще десяток метров по извилистому тоннелю, Сигурд резко остановился. Послушник от неожиданности и плохой видимости даже не успел притормозить, врезался в спину товарища.
— Ты чего остановился? Почувствовал что-то? Ворон приложил палец к губам в знак тишины и указал за небольшой выступ. Продолжая жестикулировать, подозвал послушника ближе. Лукас, по указу вора, высунул голову. За выступом, где прятались друзья, открывался следующий зал не меньше первого. Все пространство заполняли гоблины, разные по виду и размеру. Их было так много; на всех ярусах, на широких сталагмитах, на любом свободном камне. Было страшно не только от их вида, но и от того, что вся эта толпа нечисти не издавала не звука. И все же они не бездействовали. Часть гоблинов была задействована в качестве рабочей силы. Они таскали булыжники в центр зала и выкладывали из них пентаграмму. Еще в глаза бросились, такие большие особи, наподобие того, который напал на Сигурда в коридоре. Эти по-видимому были охранниками или солдатами, так как постоянно озирались, контролируя процесс. Также в отличие от других, у крупных особей было оружие. У одних, копья с костяным наконечником, у других, обыкновенные палки, у третьих настоящие мечи. Остальные существа присутствовали в качестве
зрителей, так как не принимали участия в работах и не носили оружия и доспехов. Они вообще были без одежды, и их серые тела сливались с камнем, поэтому трудно было сказать, сколько всего тварей находилось в пещерном зале. Ворон попытался прикинуть примерное количество нечисти используя полученный дар от иллианита, но какофония аур накладывалась друг на друга, путая еще больше.
Лукас спрятался за выступ, быстро пробормотал молитву.
— Сигурд, как это понимать? Ты ведь нас прямо в самую гущу этих тварей привел!
— Прости, я знал, что ты не согласишься, поэтому соврал, но у меня была цель.
— Позволь спросить какая же? — послушника начинало лихорадить.
— Я пришел за ним, — вор указал в центр зала, куда гоблины стаскивали камни.
Лукас осторожно выглянул из-за уступа.
На большом плоском валуне, похожем на алтарь или большой стол, лежал кто-то связанный. Этот кто-то был точно не гоблин. Даже с той высоты, где находились друзья, легко просматривалась его одежда; длинный дублет, окованные большие сапоги, толстая шапка, подбитая мехом. Связанный извивался, пытаясь высвободиться. Рот неизвестного был заткнут кляпом, поэтому кроме еле слышного «ум-м-у-у», ничего нельзя было разобрать.
— Кто это? — шепотом спросил послушник.
— Не знаю.
— Я не буду спрашивать, что в таком случае мы тут делаем, поскольку сам вижу, несчастному нужна помощь. Но ради всех святых, как ты собираешься его спасти? Тут по меньшей мере сотни гоблинов!
Сигурд одобрительно кивнул. Лукас выглянул еще раз.
— Это ведь не человек, так?
— Да.
— А вдруг он еще страшнее чем эти? — послушнику точно не хотелось ввязываться в подобную авантюру.
— Не думаю, — покачал головой вор, — у него аура приятного цвета
и от нее не разит опасностью.
Один из гоблинов, с кривым посохом, украшенным коровьим черепом, принялся поливать пленника какой-то синей жижей. Другие, начали выкладывать непонятный орнамент из принесённых булыжников вокруг каменного стола. Вся процессия заметно ожила, хотя все также происходило в полной тишине.
— Что-то подсказывает мне, это не просто обряд, а подготовка к жертвоприношению, — вор начал нервничать. — Если еще чуток промедлим, пленник может погибнуть.
И тут, впервые за все время наблюдения за монстрами, раздался противнейший голос гоблина — шамана, который закончил разрисовывать несчастную жертву. Лукас с Сигурдом замерли, услышав этот утробный, скрипучий голос. Громким эхом отозвались сотни других гоблинов, так, что затряслись стены пещеры. Все чудища начали свистеть, рычать, рыгать, стучать оглушая всех, кто имел нормальный слух.
— Начинается, — крикнул Ворон послушники под ухо, чтобы тот смог расслышать его.
— Что?!
— Не знаю, но что-то не хорошее. Видишь вон ту расщелину? — вор указал на трещину в стене, протянувшуюся от самого свода до их выступа где они прятались. — Отвлеки их, а я попробую подобраться к пленнику. Когда они ломанутся в твою сторону, протиснись в нее как можно глубже и выставь перед собой меч. Им тебя будет трудно вытащить, просто коли каждого кто сунется. Главное не вырони меч, без него тебе точно крышка. Как только я доберусь до пленника, они переключатся на меня, поэтому с тобой будет все в порядке.
— Стой, стой, стой, — затараторил Лукас — Ты с чего взял что я туда пролезу? А, что ты будешь делать, когда они набросятся на тебя? Это не план, а самоубийство!
— На план сейчас нет времени, буду импровизировать.
— Опять!?
Но Сигурд уже выскочил из-за укрытия и потрусил по нисходящему спуску к основанию пещеры. Рык и рев толпы заглушал шум падающих,
из-под ног вора, мелких камней.
«Лишь бы успеть. Только бы не прекратили визжать.» — думал вор, стремясь как можно быстрее спрятаться за толстый сталагмит, поросший одиноким столбом с правой стороны пещеры. Если бы не его удивительная способность чувствовать ауру мистических тварей, Ворон не раз бы уже наткнулся на спины гоблинов в такой темноте. Благодаря этому чувству, выточенным навыкам заправского вора и невероятному везению, Сигурд сумел-таки добраться до сталагмита незамеченным.
Гоблин-шаман продолжал выкрикивать какие-то фразы на своем харкающем языке, но теперь ко всему этому добавился и ритуальный танец. Хотя для глаза человека, это выглядело как бесовские кривлянья.
Оставалась самая сложная часть плана — незаметно подобраться к жертвеннику. Ворон обернулся посмотреть, видит ли его Лукас.
Уступ, на котором прятался послушник, действительно оказался отличной смотровой площадкой, с которого открывался хороший обзор на все, что было ниже уровнем.
Сигурд шмыгнул за крупный кусок, отколовшейся давным-давно, скалы, но расстояние до пленника все еще оставалось большим. Попробовал бы он сейчас освободить беднягу, то не пробежал бы и половины пути, прежде чем его настигло любое из сотен копей или закидали бы камнями.
«Ближе уже не подойти, — оценил ситуацию Ворон. — Придется рискнуть с этого места».Убедившись, что Лукас наблюдает за ним, вор махнул рукой в знаке «ДАВАЙ!»
Послушник еще раз осмотрел толпу ревущей нечисти, затем посмотрел на вертикальную расщелину, тянувшуюся откуда-то сверху. Попробовал влезть в нее, вроде бы получается, но как в таком месте держат оборону? Рукой не размахнёшься, даже для колющего удара необходимо сгибать и разгибать локоть. Лукас решил было просигналить Сигурду, что ничего не выйдет, как вдруг заметил, что в сторону где прятался друг, движется группа гоблинов. От возникшего волнения, страха и напряжения у послушника участилось дыхание, пот ручьем полился по спине и вискам, подступала паника. В голову полезли предательские мысли: «Беги, это гиблая затея! Как я вообще на это согласился?! Беги Лука, пока они поедают Сигурда, ты еще сможешь убежать! Назад по коридору, к выходу!» Но также в его голове звучал голос разума: «Как я один отыщу дорогу назад? Если эти твари настигнут меня, я ведь даже драться толком не умею. Сигурд спас мне жизнь, я не могу вот так просто бросить его здесь. Что подумает обо мне Авдон и наш Бог? Какой я после этого послушник!?»
Лукас сделал глубокий вдох и выпрямился во весь рост на краю уступа. В этот самый момент свод пещеры сотряс оглушительный рык. Все гоблины до единого замерли и притихли. Застыл и послушник, с набранными в легких воздухом. Лишь гоблин — шаман продолжал хрипеть свои заклинания над связанным и разрисованным пленником. К столу приблизились еще два мелких монстра, в их лапах лежал изогнутый кинжал. Теперь сомнений не осталось, чудища собирались принести жертву какому-то злому божеству. И не оно ли разверзлось в том ужасном рыке, от которого с потолка посыпались сталактиты?
Сигурд как ошалелый маячил, высунувшись из-за обломка скалы. Обряд подходил к своей жуткой кульминации. Еще мгновение и несчастного проткнут кривым клинком.
Лукас подхватил с земли булыжник и с диким воплем запустил им в толпу гоблинов. Вопил послушник больше от страха, чем от ненависти, но это сработало. Все как один, сотни страшных гоблинов обернулись в сторону парня.
Гоблин-шаман удивился незваному гостю, от чего и замер с занесенным кинжалом. Сощурив свои кошачьи глаза, он пристально рассматривал послушника, вопящего на уступе. Затем шаман, что-то пророкотал на своем языке и указал на Лукаса своим посохом, увенчанным черепом коровы. Сотни глоток издали шипящий звук, и вся орава ломанулась вверх по стенам.
Парень предполагал, что гоблины побегут по тому же пути, где прошел недавно Сигурд. Каково же было его удивление, когда чудища, по гладким стенам, цепляясь своими когтистыми лапами стали быстро сокращать дистанцию. Он только и успел выдохнуть: «О Боже…»
Первый гоблин поднялся у самых ног парня. В лапах чудовище
держало большую берцовую кость, когда-то, видимо, им же и обглоданную. Тварь ударила наотмашь, попав по плечу. Послушник отлетел к стене, к счастью к той где проходила расщелина. Извиваясь ужом, Лукас втиснулся в нее, попутно отрывая привязанный к поясу ржавый меч. Ткань затрещала и поддалась, оставив большущую дыру и без того изуродованной рясы. Конечно шнуровку можно было и развязать, но тогда гоблин добил бы неуклюжего Лукаса. Острая боль сковала руку, но пальцы, удерживающие рукоять меча, оставались крепко сжаты. Превозмогая боль, послушник продолжал протискиваться глубже в расщелину. Залезая он еще несколько раз получил по лопатке и только успел спрятать голову, как на уступе оказались более серьезно вооруженные противники.
— О боги! Спасите! Не дайте сгинуть мне здесь! — парень кричали отбивался, тыкая мечом в каждую морду, осмелившуюся сунуться в расщелину. Парню неимоверно повезло, ведь окажись в лапах первого гоблина даже ржавая сабля, а не кость, лежал бы он сейчас покромсанный на кусочки. Уступ, где он только что был, превратился в копошащийся клубок из серо-зеленых тел. Умственные способности гоблинов также, как и их оружие, оказались примитивными. Вместо того чтобы пропустит вперед собратьев с длинными копьями, они толкались, намереваясь во что бы то ни стало, первыми, схватить зажатую меж двух стен добычу. Одному из монстров клинок угадил прямо в пасть и вышел со стороны затылка. Гоблин крякнул и испустив дух, закупорил своим телом вход в расщелину. Послушник, преодолевая страх и отвращение, схватил за лапы дохлого гоблина и потянул на себя, еще плотнее закрываясь от острых когтей чудовищ.