Король Лир - это как Гамлет, только в конце жизни. Роль, о которой мечтают многие артисты. Удивительно, конечно, что проходят годы и даже века, а Шекспир как был, так и остаётся недостижимой драматургической величиной. Созданные им характеры своего рода архетипы в литературе.
Действие «Короля Лира» происходит в IX в. до н. э. Но ставить «Лира» в доисторических декорациях сегодня несколько затхло и скучновато - лучше осовременить. И Джонатан Манби блестяще справился с этой задачей.
В спектакле нет прямой привязки к конкретному времени: это пространство с людьми в беретах, пиксельной форме и с автоматами, но без мобильных телефонов и соцсетей. 90-е?
Больше всего меня взволновала игра 78-летнего Иэна Маккеллена (Гэндальф - помните?), который, собственно, и исполняет заглавную роль в спектакле, и Кирсти Бушелл - исполнительницы роли Реганы. Развязная, сексуально одержимая истеричка Регана - достоверно до мурашек. В сцене, когда графа Глостера ослепляют под восторженные визги средней дочери короля Лира, мне вспомнились «Прирожденные убийцы» Оливера Стоуна. Тот же налёт сумасшествия, истерии и жажды потрошить людей. Из Бушелл вышла отменная психопатка и маньячка. Сыграно великолепно, браво!
Что сказать о Маккеллене, даже не знаю. Это было правильно и хорошо. Если смелость трактовки Кирсти Бушелл меня натуральным образом поразила, Маккеллен просто великолепно раскрыл Лира как взбалмошного, сумасбродного старика, которому, как ребёнку, хочется, чтобы о нём говорили, его хвалили, ласкали, баловали. Не гордец и тиран, а выживающий из ума старик, которому уже снова нужна мама, а не дочери.
Признаться, я не очень люблю театр. В 80% случаев, сидя в зале, я испытываю тянущее чувство неловкости за людей, которые кривляются на сцене. Но в случае с постановкой Chichester Festival Theatre этого чувства неловкости не возникало. Пространство и время слились во время спектакля, и три часа пролетели незаметно - без ворочаний в кресле и поглядываний на часы.
Действие захватило, и я могу лишь представлять, как захватывает оно тех, кто видит этот спектакль вживую: его ставят исключительно в маленьких, камерных залах, где зрители сидят в два-три ряда и желательно вокруг сцены.
Единственное, что не пришлось мне по вкусу - Анита-Джой Увадже в роли Корделии. Эмоциональный напор, свойственный чернокожим людям, вызывает у меня опять же чувство неловкости. Всё время хочется спросить: ну прям так-то зачем?
Не могу утверждать, но сложилось смутное ощущение, что присутствие в ведущем составе чернокожей актрисы - это как бы предусмотрительное исполнение рекомендаций оскаровского жюри (хотя, понятно, спектакль на «Оскар» не выдвигается).
Словом, чернокожая Корделия выглядит как реверанс в сторону современных социальных течений. Как и Шинед Кьюсак в роли графа Кента. Кьюсак не раздражала меня своей игрой, но вопрос «зачем?» остался. Что именно хотел сказать режиссёр, поставив на роль мужского персонажа актрису? Ведь искусство хорошо только тогда, когда в нём нет случайностей и конъюнктуры, когда каждое решение художника имеет свой внутренний смысл. В перестановках Манби я углядела лишь голое выражение гражданской позиции и социальный жест - и никакого внутреннего смысла, который чудесным образом по-другому открыл бы перед зрителем уже 100 раз виденного Шекспира.
Где смотреть: TheatreHD