(взято с сокращениями у Бобкова А. С.,кому интересно подробней и с источниками в «Военно-Историческом журнале», 2011. №1).
До начала Первой мировой войны были подписаны соглашения и конвенции, предписывающие не употреблять снаряды, имеющие единственным назначением распространять удушающие или вредоносные газы. Однако все эти соглашения были мгновенно забыты, как только развитие военной ситуации посулило достижение успеха в результате применения удушающих средств. Все высокие договаривающиеся стороны, засучив рукава, моментально наладили промышленный выпуск отравляющих газов, каковыми травили друг друга с азартом, достойным лучшего применения. Таким образом, к концу Первой мировой войны сложилась ситуация, когда химические средства, запрещенные де-юре, де-факто широко использовались. Газ был ужасным оружием, но он постоянно применялся с 1915 г. и все еще рассматривался как естественное приложение к войне.– писал в 1919 г. английский офицер Хадлстон Уильямсон, сотрудник военной миссии при ген. Деникине. Практически все кто имел возможность применить химическое оружие применял его, независимо от политических взглядов.Вот как это было при антоновском восстании.
В Тамбове 9 июня 1921 г. было проведено заседание Полномочной комиссии ВЦИК под председательством Антонова-Овсеенко. Среди прочего, на этом заседании обсуждались и методы действий против скрывавшихся в лесах антоновцев. Так, в своем докладе председатель политкомиссии 2-го боеучастка т. Смоленский отмечал: «Больших группировок бандитов на участке не имеется, группы в 500–600 человек прячутся по лесам.». Именно здесь впервые прозвучало предложение прибегнуть к использованию газов. Сейчас трудно сказать, кому именно из участников совещания принадлежала инициатива принятия такого решения. Наверняка же можно утверждать одно: этот метод действий, на тот момент, выглядел простым и вполне эффективным, поэтому Комиссия решила: « Для выкуривания бандитов из лесов прибегнуть к газам, в каждом случае оповещая об этом мирное население».
Через день, 11 июня 1921 г., было опубликовано и широко распространялось обращение к повстанцам, в котором были отражены все решения Полномочной комиссии ВЦИК. Вновь власти призывали повстанцев к сдаче, однако на этот раз приводимые аргументы выглядели очень убедительно:
«Участники белобандитских шаек, партизаны, бандиты, сдавайтесь. Или будете беспощадно истреблены. Ваши имена известны, ваши семьи и все их имущество объявлены заложниками за вас. Скроетесь в деревне – вас выдадут соседи. Если у кого ваша семья найдет приют, тот будет расстрелян и семья того будет арестована. Всякий, кто окажет вам помощь, рискует жизнью. Если укроетесь в лесу – выкурим. Полномочная комиссия решила удушливыми газами выкуривать банды из лесов».
На следующий день, 12 июня 1921 г., типографским тиражом печатается приказ командования войсками Тамбовской губернии о применении удушливых газов против повстанцев №0116:
«Остатки разбитых банд и отдельные бандиты, сбежавшие из деревень, где восстановлена Советская власть, собираются в лесах и оттуда производят набеги на мирных жителей.
Для немедленной очистки лесов приказываю:
1. Леса, где прячутся бандиты, очистить ядовитыми удушливыми газами, точно рассчитывать, чтобы облако удушливых газов распространялось полностью по всему лесу, уничтожая все, что в нем пряталось.
2. Инспектору артиллерии немедленно подать на места потребное количество баллонов с ядовитыми газами и нужных специалистов.
3. Начальникам боевых участков настойчиво и энергично выполнять настоящий приказ.
4. О принятых мерах донести.
Командующий войсками Тухачевский
Наштавойск генштаба Какурин».
Командование 4-го боеучастка уже 14 июня 1921 г. намечает к очистке от бандитов посредством ядовитых удушливых газов площади лесов расположенных по обе стороны восточной границы Козловского уезда и просит срочного распоряжения о подаче баллонов с ядовитыми газами и командировать надежных специалистов в штаб участка 4
Однако, баллонов с ядовитыми газами в распоряжении Тамбовского командования просто не было, a «надежные специалисты» в лице отдельной химической роты и взвода курсантов Высшей военно-химической школы, хоть и прибыли в губернию незадолго до описываемых событий, к проведению газовых атак были еще не готовы. Поэтому ничего другого, кроме как затребовать специалистов химиков и баллоны из Москвы.
Главком Сергей Сергеевич Каменев доложил о решениях, принятых Тамбовским командованием на заседании Комиссии по борьбе с бандитизмом при РВСР под председательством Эфраима Марковича Склянского, состоявшемся 19 июня 1921 г. в Москве и в протоколе заседания Комиссии было постановлено:
Предложить Тамбовскому командованию к газовым атакам прибегать с величайшей осторожностью, с достаточной технической подготовкой и только в случаях полной обеспеченности успеха.
В своей резолюции на телеграмме Тухачевского, Главком просил: «Нужно взять протокол последней комиссии по бандитизму и написать Тамб. Командованию точно придерживаясь протокола». Распоряжение Главкома было в точности выполнено. В Тамбов было направлено сразу несколько телеграмм и от имени Шейдемана, и от имени Шапошникова, дословно повторяющих решение Комиссии.
17 июня 1921 г. начальникам боеучастков и частей был разослан циркуляр начштаба Какурина, в котором предписывалось: «При всех операциях с применением удушливого газа надлежит принять исчерпывающие мероприятия к спасению находящегося в сфере действия газов скота.» Учитывая огромную ценность скота в крестьянском хозяйстве, замечание было совсем нелишним. И решение комиссии Склянского, и циркуляр Какурина, в обязательном порядке адресовались и инспектору артиллерии войск Тамбовской губернии Касинову. В своих ответах на полученные телеграммы он сообщал: соответствующие указания будут даны в инструкции, которая будет разослана в боев. участки, после утверждения Командвойска. Такая инструкция была написана и разослана в боеучастки. В ней, в частности, нашли отражение и высказанные командованием замечания:
При применении газовых волн необходимо заботиться чтобы не пострадали люди и скот. Для чего начальнику, производящему атаку, через местные органы власти оповестить заблаговременно население с указанием опасных в газовом отношении районов. Скот не должен быть ближе 5 верст от места выпуска газов с подветренной стороны»
Здесь Тамбовское командование столкнулось с первой проблемой. Решение о применении газов еще недавно – на заседании Полномочной комиссии ВЦИК, казавшееся таким простым и эффективным, стало понемногу терять свою привлекательность. Понятно, что стоит лишь «заблаговременно оповестить местное население» о проведении газовой атаки, как эта информация моментально станет известна антоновцам, имевшим прекрасно организованную агентурную сеть. Разумеется, «опасные в газовом отношении районы» будут сразу же покинуты и атака пройдет впустую. A если не забывать еще и о том, что проведение мероприятия по оповещению и эвакуации населения, да и подготовка самой газовой атаки требуют существенных затрат времени, ясно, что этого времени хватит с лихвой для выхода из зоны газовой волны.
22 июня из Шуйского Временного Огнесклада со сдатчиком Воентрансагентом Ярославского представительства Увогрузтранса тов. Митягиным в распоряжение Тамбовского снабжения было отправлено 2000шт 3-х дюймовых химпатронов удушающих 1-й группы хранения, снаряжения 05.16 – 10.17 г. . Из Центрального склада Удушающих средств (ст. Очаково Московско-Киевско-Воронежской жд, 11 верста) было отправлено 250 баллонов с хлором. 1 июля боеприпасы прибыли в Тамбов, были осмотрены газотехником Пуськовым, который нашел их вполне исправными и готовыми к бою, и разгружены в Тамбовский артсклад.
6 июля командиру химроты было отдано распоряжение о немедленном командировании в штаб 2-го боеучастка Рассказово взвода с комсоставом и метеорологическим инструментом, для производства газоатаки. Взвод был послан, но использован не был и уже 26 июля убыл обратно в Инжавино.
Тамбовским командованием также предпринимались попытки срочно выписать газовые, ядовитые аэроплановые бомбы. Соответствующие распоряжения были сделаны начальнику авиаэскадрильи тов. Корф, и, по-видимому, артснабжению. Но в своем ответе на запрос из Тамбова, ЦУС информировало аэропланных бомб с удушливыми ядвеществами на учете ГАУ и АВИАСНАБа нет, поэтому от этого отказались.
13 июля Касинов докладывал Тухачевскому:
- Согласно данных Вами указаний баллоны с газами распределены и уже доставлены: 50 в 6 боеучасток и 200 во второй.
Химснаряды также доставлены по 1000 во 2 и 6 боеучасток.
Пока их нигде не применяли.
В распоряжение начарта боеуча 2 из Инжавино выслан взвод курсантов химроты.
- Для осмотра химроты мною в Инжавино был командирован газотехник тов. Пуськов. Рапорт его о плачевном состоянии роты представляю :
«Доношу, согласно полученному мною предписания Инспектора артиллерии Штаба Комвойск Тамбовской губернии за №1089 от 20/VI-21г., мною была осмотрена химическая рота, расположенная в с. Инжавино (Тамбовской губернии) при лагерном сборе.
При осмотре выяснилось:
- Имеется комсостава по списку 6 человек, лиц административно-хозяйственных 3; из них: командир роты находится в госпитале на излечении в г. Костроме, комиссар роты – в командировке в г. Москве, помощник ком. Роты – в командировке в г. Краснодаре, заведующий хозяйством и делопроизводитель по хозяйственной части – в госпитале на излечении в г. Костроме.
Всего имеются на лицо 3 командира взводов и 1 метеоролог.
Имеется красноармейцев по списку 214 человек; из них 25 откомандированы в г. Краснодар, 13 остались в г. Костроме, 16 – в госпитале, 6 – в отпуску, 3 – в командировке в г. Москве, 10 – в бегах.
Всего имеется на лицо 131 человек.
- Вещевое снабжение неудовлетворительное: кроме 75 пар белья, вывезенных из г. Костромы, рота больше ничего не получала. Постельной принадлежности, топчанов и нар нет, люди спят на полу, на непокрытой ничем соломе. Некоторые красноармейцы ходят в одном белье, без верхнего платья, обуви и головного убора. Благодаря чему были случаи ошибочного их ареста патрулями, так как их принимали за бандитов.
-Произведенный мною наружный осмотр показал, что люди выглядят болезненными и утомленными. Почти все заражены вшами.
- Большая часть красноармейцев только недавно прибыла из г. Тамбова и специальной подготовки не имела.
- Из учебных пособий имеется: учебные (пустые) баллоны, 2 ящика коллекторного набора.
- Красноармейцы химроты все время, кроме внутреннего наряда несут наряд гарнизонный, благодаря малочисленности гарнизона с. Инжавино. Всего ежедневно в наряде бывает около 90 человек. Таким образом, некоторые красноармейцы, спавшие днем, ночью вновь бывают наряжены в патрули и дозоры.
- Боевых химических средств рота не имеет, химразведка и метеонаблюдения не ведутся».
Благодаря вышеизложенному, a именно: постоянные наряды и отсутствие комсостава и обмундирования, учебные занятия не ведутся, люди совершенно не обучены и химрота в отношении газо-борьбы является абсолютно не подготовленной и не боеспособной. Газотехник В. Пуськов.
Рапорт Пуськова имел последствия. Попав к командованию артиллерии особого назначения, которому рота подчинялась в административном отношении, этот доклад заставил его осознать, что химрота все-таки «единственная в своем роде часть в Республике» и озаботиться ее судьбой, каковой до этого уделялось явно недостаточное внимание.
24 сентября химрота выбыла из состава войск Тамбовского командования и была отправлена в Москву на ст. Пушкино в распоряжение начальника штаба Московского военного округа. На этом ее тамбовская одиссея закончилась.
Однако оставались еще химические снаряды, бывшие гораздо более гибким средством газовой борьбы. Как уже упоминалось выше, полученные химические боеприпасы были распределены между вторым и шестым боеучастками. Настало время их использовать.
Правда в реальности это выглядело совсем не так эффектно. Известно всего две операции, где заранее планировалось применение газовых снарядов, причем в одной из них они так и не были использованы. Кроме того, выявлено два разрозненных эпизода артиллерийской стрельбы химическими боеприпасами. Этим исчерпывается история Тамбовских газов.
Схема района проведения операции по очистке Паревского леса 1-10 августа 1921 г. Копия иллюстрации, приведенной в статье Н.Н. Доможирова «Эпизоды партизанской войны» («Военный вестник», 1922. №5-6).
Первый эпизод произошел в зоне 2-го боеучастка. После получения присланных химснарядов, командир легартдива ЗВО Смок (исполнявший кроме того и обязанности начарта) своим очередным донесением о движении боеприпасов сообщал инспарту Касинову, что за период 13 – 20 июля израсходовано 15 химических снарядов. Ни поводов, ни результатов этой стрельбы в донесении не указано. Представляется наиболее вероятным, что эти боеприпасы были выпущены в бою у деревни Смольная Вершина в ночь с 12 на 13 июля, по крайней мере, других столкновений с применением артиллерии в период 13-20 июля выявить не удалось. Оперативная сводка так описывает этот бой: В 24 часа 12.07 банда до 200 сабель окружила и повела наступление на д. Смольная Вершина . После часового боя отбитая гарнизоном д. Смольная Вершина и подошедшим артвзводом и пулькомандой из д. Пахотный Угол, банда скрылась в западном и юго-западном направлениях. С нашей стороны ранено 2 красноармейца, Председатель сельсовета. Ранено несколько лошадей.
По сведениям агентразведки, банда понесла потери 20 убитых и 45 раненых.
Остается только гадать, что же заставило красноармейцев выпустить аж целых 15 удушающих снарядов. Увы, ничем, кроме чистого любопытства и желания узнать насколько эффективны новые боеприпасы, объяснить это невозможно. Вероятно, убедившись в невысокой действенности химснарядов, артиллеристы 2-го боеучастка больше нигде их не применяли, и указанные 15 снарядов исчерпали весь использованный газовый арсенал.
Несколько масштабнее выглядела артиллерийская стрельба в зоне 6-го боеучастка.
16 июля начарт 6 Родов докладывал инспарту Касинову: 14 июля 22 часа белгородская конная батарея обстреляла лес что южнее озера Ильмень. Выпущено 7 шрапнелей и 50 химических снарядов, несмотря на то, что в этом донесении упоминается батарея, речь все же стоит вести о 2-м взводе оной. Дело в том, что 1-я Белгородская конная батарея постоянно дислоцировалась в селе Карай-Салтыково и 14 июля в боевых действиях не участвовала. Чего нельзя сказать о ее взводе, который в начале июля был откомандирован в село Троицкое-Караул для усиления частей, проводивших прочесывание Семеновского и Пущинского лесов. Вероятно, именно орудиями этого взвода и были выпущены упомянутые боеприпасы. целенаправленные поиски причин, целей и результатов этой стрельбы не принесли никаких результатов. Ни в оперативных приказах, ни в сводках боевых действий, ни в донесениях командиров частей об этом артобстреле не сказано ни слова. Единственным документом, упоминающим данный обстрел, остается процитированное выше донесение.
1 августа 1921 г. штабом Тамбовских войск был отдан секретный оперприказ, выделяющий артвзвзвод с химснарядами для обстрела Паревского леса. 2 августа начарт 6 Родов докладывал инспарту Касинову: Взвод Белгородской батареи, 2 августа из Троицкое-Караул перешел в дер. Карай-Салтыково. Белгородская конная батарея оперзадачу в 8 часов 2 августа выступила на село Кипец, где и заняла позицию. В 16 часов, по острову, что с/з села Кипец был открыт огонь. Выпущено 65 шрапнелей, 49 гранат и 59 химических. В 20 часов батарея вернулась в Карай-Салтыково.
Оперсводка №519 сообщала: На Сухих Дубках курской ротой были найдены привязанными к деревьям три лошади с седлами; на последних имелись надписи А. Антонова, Д. Антонова и Вострикова. Серая лошадь, по всем приметам, принадлежала Антонову. В камышах в наши руки попало за день несколько бандитов, которые подтвердили, что в районе Змеиного озера находится главная группа бандитов, человек в 100, среди них и сам Антонов. Другая группа, человек в 80, отделилась и ушла на юг. Среди главной группы заметно течение к добровольной сдаче, но Антонов предупредил, что будет собственноручно расстреливать всякого, кто будет пытаться переходить.
Единственными трофеями были три лошади, кстати, благополучно пережившие газовый обстрел. Что, впрочем, не удивительно, ибо 59 химических снарядов было явно недостаточно, чтобы создать газовое облако необходимой концентрации.
Каков же был результат артиллерийской стрельбы химическими снарядами, на которые возлагались такие большие надежды? Увы, результаты были более чем скромными. 2 августа, при обстреле «Сухих Дубков», по которым было выпущено 59 химических снарядов ни о каких жертвах не сообщалось. Кроме морального эффекта никакого другого результата достигнуто не было.
8 августа артдивизион ВЧК отправился в распоряжение начштаба Республики, 20 августа конбатарея бригады Котовского, в составе бригады, убыла в распоряжение Комвойск УССР, 26 сентября отправились к местам постоянной дислокации Саратовская и Белгородская батареи. Восстание было подавлено.
4 сентября 1921г. из арткладовой 2-го боеучастка со ст. Рассказово в Борисоглебск бронелетучкой №1 было отправлено две сотни химических снарядов, каковые были выданы конной батарее 14 кавбригады.
«Лесная операция» в Теллермановой роще была назначена на 8 сентября. Из-за проливного дождя ее проведение было перенесено на следующий день, причем ввиду сырой погоды удушливые газы применять не планировалось. Однако 9 сентября отряд антоновцев покинул лес и отступил в направлении ст. Есипово – Русаново, преследуемый 2-м кавполком бригады Дмитриенко, где разделился и часть бандитов пошла по домам. Обстрел химическими снарядами не применялся, a 25 сентября снаряды были сданы в арткладовую 3-го боеучастка, откуда и были получены.
Этот эпизод был последним в истории удушливых газов на Тамбовщине.
A так и не использованные, всеми забытые баллоны и химснаряды продолжали мирно храниться в арткладовой 2-го боеучастка, в Рассказово, по улице Советской в церковной ограде.
Из рапорта инспекторской проверке склада:
-Химические снаряды находятся в отдельном помещении, каковое состоит из двух этажей. Внизу хранятся снаряды и баллоны, a вверху живут люди, так, что около склада все время марширует взад и вперед частная публика.
-Противопожарные средства отсутствуют.
-Караул высылается гарнизоном и таковой стоит не на должной высоте. При осмотре склада с винтпатронами и пироксилиновыми шашками часовой оказался спящим.
-Все склады расположены в центре с. Рассказово.
5-й отдел ГАУ предписывал Артснабжению Тамбовских войск :химснаряды, отпущенные Вам по наряду ГАУ №89232/1911 и баллоны с химгазами по наряду №1916 надлежит отправить: первые – в Шуйский Артсклад, a баллоны в Склад У.С. «Очаково» Московско-Киевско-Воронежской ж.д в 11 верстах от Москвы.