На пятый день плавания «Титаник» подошёл к самому опасному, с точки зрения ледовой обстановки, участку своего маршрута. Айсберги, представляющие угрозу судоходству в Северной Атлантике, откалываются от ледников на западном побережье Гренландии. Там их подхватывает холодное Лабрадорское течение и несёт по морю Баффина сначала на север, к островам Королевы Елизаветы, затем на юг, мимо острова Баффинова земля в море Лабрадор, и у побережья Ньюфаундленда большая часть айсбергов застревает. Однако особенно высокие приливы в начале 1912 года, а также господствовавшие всё это время северо-северо-западные ветры привели к тому, что айсберги на этот раз продвинулись на юг дальше обычного.
Изменилась и погода. В воскресенье с утра было ветрено и пасмурно, шёл мелкий дождь. К полудню небо прояснилось, однако по сравнению с предыдущими днями плавания заметно похолодало. Днём температура воздуха составляла 6 °С, а к вечеру упала до нуля. По воспоминаниям многих пассажиров, система парового отопления на борту работала ненадлежащим образом, и люди были вынуждены кутаться в пальто и меха, а пассажиры первого класса, в чьих каютах имелись электрические камины, не замедлили ими воспользоваться.
С самого утра воскресенья на «Титаник» начали поступать радиограммы об айсбергах с указанием их координат. Радиорубка с беспроводным аппаратом Маркони на «Титанке» находилась на верхней, шлюпочной, палубе. Радиоустановка лайнера позволяла при помощи азбуки Морзе выходить на связь с судами и береговыми станциями в радиусе 630 км днём и до 1600 км ночью. Передавала и принимала радиоволны воздушная Т-образная антенна. Её горизонтальное полотно, состоящее из двух проводов, было натянуто между мачтами, на высоте 15 м над верхушками труб, к нему от радиорубки подходили два провода, образующее вертикальное полотно антенны.
Здесь же, на шлюпочной палубе, находились и каюты двух радистов «Титаника»: старшего радиста Джона Филлипса и его помощника Гарольда Брайда, которые работали у аппарата посменно. Они были сотрудниками компании Маркони, а не «Уайт Стар», и их основной обязанностью была передача сообщений пассажиров (стоимостью 9 пенсов или 35 центов за одно слово), нужно это иметь ввиду. Из-за неисправности аппарат Маркони не работал в пятницу вечером и в субботу утром, в результате чего у радистов скопилось большое количество неотправленных сообщений, и они были завалены работой. К воскресенью они полностью вымотались.
Если изучить послужной список Джона Филлипса, то можно сказать, что несмотря на молодость (ему исполнилось всего 25 лет), он был одним из самых опытных радистов своего времени. Однако он пренебрёг требованиями компании Маркони, которые предписывали, что навигационные сообщения должны иметь приоритет над личными. Филлипс необдуманно отнёсся к доставке на капитанский мостик сообщений об айсбергах в то воскресенье.
Утром «Титаник» получил радиограмму от лайнера «Карония», принадлежавшего компании «Кунард», и датского лайнера «Ноордам оф бергс» о приближающихся обломках айсберга и ледяном поле. После полудня поступили предупреждения от лайнера компании «Уайт Стар» «Балтик» и немецкого лайнера «Америка». По крайней мере, сообщения от «Ноордама» и «Балтика» дошли до капитана. Предупреждение от «Балтика» ему передали, когда он шёл на обед. Повстречав на прогулочной палубе Исмея, он передал ему лист бумаги. Исмей прочитал сообщение и сложил его в карман. Когда в самом начале вечера Смит снова увидел Исмея, он сказал, что хочет, чтобы его офицеры ознакомились с этим сообщением, и Исмей отдал ему бумагу. После этого Смит направился ужинать, и не существует свидетельства того, что он передал предупреждения «Балтика» на капитанский мостик. Никто из выживших офицеров также не помнил, чтобы им на глаза попадались сообщения от кораблей «Ноордам» и «Америка». Однако, судя по всему, под влиянием полученных сообщений капитан принял решение скорректировать курс судна. Направление на косу Санди-Хук «Титаник» взял спустя лишь час после прохождения точки поворота, где трансатлантические суда обычно поворачивали на Нью-Йорк. Лайнер продолжал идти на юго-запад и прошёл порядка 40 км в этом направлении, прежде чем в 17:45 старпом Уайлд скомандовал рулевому: «Право руля 47 градусов», и «Титаник» с курса 242° лёг на курс 289°. Офицеры на капитанском мостике полагали, что это было сделано для того, чтобы наверняка избежать встречи с айсбергами. Но капитан не уменьшил скорость. «Титаник» продолжал идти почти на предельной скорости, более 22 узлов.
В 19.30. было получено сообщение от корабля «Калифорниан», в котором говорилось, что на расстоянии 50 миль от «Титаника» обнаружены три больших айсберга. Через два часа, в 21.40, пришла радиограмма от парохода «Месаба» с сообщением о появлении массы плавучего льда и айсбергов. В это время Брайд пытался заснуть, а Филлипс был слишком занят, и положил эту радиограмму под ворох бумаг на своём рабочем столе. Координаты, предоставленные пароходом «Месаба», при нанесении на карту показали бы, что «Титаник» находится прямо в середине опасной с точки зрения айсбергов зоны. Возможно, если бы все сообщения были доставлены на капитанский мостик, то в совокупности они произвели бы больший эффект, и заставили капитана принять дополнительные меры предосторожности. А так сообщения на капитанский мостик доставлялись наугад, а там к ним не относились должным образом. Герберт Питман, третий помощник капитана увидел документ, помеченный словом «лёд» в штурманской рубке, но взглянул на него лишь мельком. Гарольд Лоу, пятый помощник не обратил на него большого внимания, потому что знал, что корабль не дойдёт до этого места во время его вахты. Джозеф Боксхолл, четвёртый помощник капитана, ответственный за построение курса судна и предоставление отчётов о погоде, вспоминал, что видел только сообщение корабля «Ла Турень» (это самое первое сообщение об айсбергах, полученное на «Титанике» ещё в пятницу), но не видел других.
Читать первую главу