Автор: gozeFøx Он сидел в ожидании чего-то ужасного. С ним было ещё где-то три-четыре человека. У всех на лицах выражение тревоги с примесью страха, глаза несчастные; один паренёк нервно постукивал ногой по полу, чем ещё больше раздражал не менее взволнованных окружающих.
Вот женщину, на вид лет сорока, забрали. Перед уходом она вздохнула и грустно улыбнулась остальным. Жалкая попытка приободрить перед неизбежным.
Он всё так же неподвижно сидел на стуле. Если сравнить его с другими, то он имеет право называться Мистером Невозмутимостью. Однако, хоть этого не видно снаружи, беспокойство и страх пожирали его изнутри, прогрызали туннели в его безмятежности, как черви, оставляя после себя склизкие дорожки из пережёванной пищи–ужаса.
Как же это утомительно: знать, что никуда не денешься, что тебя ждёт неминуемое... И при этом нужно ожидать этого неминуемого! Ты словно в капкане, в который угодил, беззаботно шагая навстречу наилучшему, и теперь остаётся уповать на скорый приход охотника,
Автор: gozeFøx
Он сидел в ожидании чего-то ужасного. С ним было ещё где-то три-четыре человека. У всех на лицах выражение тревоги с примесью страха, глаза несчастные; один паренёк нервно постукивал ногой по полу, чем ещё больше раздражал не менее взволнованных окружающих.
Вот женщину, на вид лет сорока, забрали. Перед уходом она вздохнула и грустно улыбнулась остальным. Жалкая попытка приободрить перед неизбежным.
Он всё так же неподвижно сидел на стуле. Если сравнить его с другими, то он имеет право называться Мистером Невозмутимостью. Однако, хоть этого не видно снаружи, беспокойство и страх пожирали его изнутри, прогрызали туннели в его безмятежности, как черви, оставляя после себя склизкие дорожки из пережёванной пищи–ужаса.
Как же это утомительно: знать, что никуда не денешься, что тебя ждёт неминуемое... И при этом нужно ожидать этого неминуемого! Ты словно в капкане, в который угодил, беззаботно шагая навстречу наилучшему, и теперь остаётся уповать на скорый приход охотника, который положит быстрый конец твоим мучениям.
Он попытался отвлечься от дурных мыслей: стал разглядывать остальных страдальцев, плитку на полу, стены. Снял кольцо со среднего пальца без особых усилий–руки вспотели от тревоги.
Что за звуки? А-а, это шум орудия пыток. Пренеприятнейшие звуки, надо сказать. Живот скрутило от мыслей о том, что ждёт его там, за стенкой, пульс участился.
Ну что ж, пятнадцать минут прошло. Наступила тишина, пропитанная напряжением находящихся людей в помещении. А ведь его здесь никто и ничто не держит... Нет. Держит его здесь заранее взятый талончик.
За стенкой послышался стук каблуков, и из кабинета вышла та женщина. Попрощавшись с персоналом, она пошла в направлении регистратуры. Медсестра обворожительно улыбнулась и спросила, у кого запись на одиннадцать часов.
Он, пытаясь успокоить себя, глубоко вдохнул и выдохнул. Быстро, чуть ли не подпрыгнув, встал со стула и шагнул в кабинет стоматолога.