Здравствуйте, камрады!
Невозможно объять необъятное, и поэтому на моем канале мы с вами будем рассматривать деятельность очень интересных личностей и применение самых лютых вундервафель в военной истории нашего
бурного военного прошлого.
В ходе работы над статьёй об эсминце "Сокрушительный" я заинтересовался судьбой двух советских танкеров конвоя PQ-17, и если на просторах Дзена есть статья о танкере "Азербайджан", то про "Донбасс" в лучшем случае упоминают вскользь. А между тем, судьба этого судна в равной мере героична и трагична.
Танкер «Донбасс». Судно типа «Эмба». Танкер был построен в 1935 году в г. Николаеве. Приписан к пароходству «Совтанкер».
Вместимость (в брутто-регистровых тоннах): 7602
Длина (в метрах): 140,12
Ширина (в метрах): 17,94
Осадка (в метрах): 8,45
Мощность машины (в лошадиных силах): 2х1400
Скорость (в узлах): 10
В 1940 году судно передано в Дальневосточное морское пароходство, в 1941 году приписано к порту Мурманск. Использовалось Северным флотом в качестве военного транспорта.
Под командованием капитана М.И.Павлова участвовал в конвое PQ-17.
За отличное выполнение задания Советского правительства и проявленное мужество Президиум Верховного Совета СССР наградил многих членов экипажа танкера «Донбасс» орденами и медалями. Кроме того, за этот рейс капитан М.И. Павлов 31.10.1942 года был пожалован званием почетного кавалера британского ордена «За выдающиеся заслуги», а старший механик М. М. Фёдоров был награжден крестом «За выдающиеся заслуги».
4 ноября 1942 года под командованием капитана В.Э.Цильке вышел из бухты Белушьей (Новая Земля) одиночным порожним рейсом на Рейкьявик, где должен был войти в состав конвоя. 7 ноября в 13:58 в районе островов Надежды и Медвежий, в точке с координатами 76°25’ северной широты, 45°54’ восточной долготы был атакован немецким эсминцем Z-27 типа 1936А и погиб в бою.
«Донбасс» в составе PQ-17.
В Нью-Йорке при подготовке к следованию в составе конвоя PQ-17 советские танкеры «Азербайджан» и «Донбасс» были вооружены американскими универсальными орудиями М3 калибра 76,2 мм и 2 – 4 спаренными крупнокалиберными 12,7 мм пулеметами Кольта-Браунинга. Как показали дальнейшие события, лишним это не оказалось.
PQ-17 должен был выйти в море 11 июня. Но Адмиралтейство столкнулось с нехваткой эскортных кораблей. Из-за необходимости проводки конвоя на Мальту, выход PQ-17 был сначала перенесён на 17 июня, а затем на 27. Это привело к тому, что PQ-17 стал целью немецкой операции «Ход конём», предполагавшей сосредоточенный комбинированный удар по конвою силами надводных кораблей, подводных лодок и авиации.
1 июля было получено сообщение из Мурманска. Из-за непрекращающихся авиационных бомбардировок глава английской военно-морской миссии считал, что корабли и суда конвоя не должны идти в Мурманск. Адмиралтейство решило, что все суда PQ-17, которым позволяет осадка, должны идти в Архангельск. В полдень этого же дня конвой был обнаружен противником. Над судами появился самолёт-разведчик Fw-200 «Кондор». С этого момента конвой находился под практически непрерывным наблюдением самолётов, а в дальнейшем и подводных лодок, первая из которых заметила суда ближе к вечеру. Она была отогнана глубинными бомбами с кораблей охранения, но позже дала радиограмму о местоположении конвоя. Эта радиограмма первой дошла до штаба ВМС в Киле (сообщение с самолёта-разведчика было получено с задержкой на 10 часов). Погода и корабли охранения мешали лодкам атаковать, поэтому им приходилось следить за конвоем в ожидании лучшей возможности.
4 июля в 18-20 по Гринвичу конвой подвергся первой серьезной атаке. 25 торпедоносцев He-111Н-4/6 KG26 с аэродрома Бардуфос заходили в атаку с двух направлений — правых кормового и носового углов, перпендикулярно друг другу. Атака с носовых углов была встречена сильным зенитным огнём заправлявшегося в этот момент с танкера «Олдерсдейл» американского эсминца «Уэйнрайт». Эсминец развернулся и на полном ходу направился в сторону самолётов, ведя огонь из всех орудий. Его эффективный огонь заставил торпедоносцы преждевременно сбросить торпеды и рассеяться. Эсминцем был сбит самолёт лидера этой атаки, лейтенанта Георга Каумейера (экипаж подобран британским эсминцем). Атака с кормовых углов оказалась для «Хейнкелей» более успешной. Несмотря на плотный зенитный огонь, лидер атаки лейтенант Хеннеман не свернул с курса и был сбит, успев сбросить свои торпеды, попавшие в «Нэйварино». Экипаж Хеннемана погиб. Другими самолётами его группы были повреждены танкер «Азербайджан» и «Уильям Хупер». Спасательные суда сняли экипажи с «Нэйварино» и «Уильяма Хупера». «Азербайджан» смог восстановить ход и через час после начала атаки догнал конвой.
Из отчета капитана «Азербайджана» Изотова: «В 18-20 судно сильно вздрогнуло, послышался сильный взрыв, вся кормовая часть судна от грот-мачты скрылась за массой масла и дизельного топлива, взлетевшего вверх в огромный столб, высотою выше мачты, сверху охваченный огнем Судно рыскнуло влево и быстро начало крениться на правый борт и кормою погружаться в воду. Судно торпедировано с торпедоносцев… Приказал осмотреть место повреждения, одновременно приказал спустить шлюпки, так как по силе взрыва и месту предполагал, что повреждена машина. Перед дачей хода подошли спасательные суда и спасательные шлюпки для снятия нашего экипажа, так как они считали, что мы бросим судно. Когда мы сообщили, что судно бросать не будем, а пойдем дальше, они не верили, и требовали от меня, чтобы я им подтвердил… В стороне уже был брошен командой торпедированный… американский пароход. Всего кроме нас было торпедировано во время налета два судна. В 19-30 торпедоносец пытался приблизиться к судну, но метким огнем из орудий был отогнан. В 20-30 суда конвоя заметно стали удаляться и начали расходиться из конвойного строя в обе стороны веером… В 21-00 военная эскадра в составе четырех крейсеров и 9—10 эсминцев, охранявших конвой, прошла с правой стороны конвоя… В 21-30 слева прошел обгонявший эсминец, шедший со стороны брошенных судов. В 22-00 самолеты продолжали летать на горизонте кругом судна. Передали лампой по Морзе обгонявшему нас эсминцу: "Пожалуйста, охраняйте меня до тех пор, пока мы не соединимся с конвоем". На это эсминец ответил: "Конвой не будет вновь формироваться, очень сожалею, спасайтесь самостоятельно, советую вам держать на север, как позволит лед. Всего хорошего».
Из отчета капитана «Донбасса» М. Павлова: «На воде показались следы идущих на нас торпед, первая шла по направлению 7 и 8 танков. Дали полный ход, кормовое орудие и пулеметы открыли огонь по торпеде, разрывы были у самой торпеды, взяли право на борт, и торпеда прошла у самого ахтерштевня. В это время замечен след второй, идущей прямо на нос. Взяли лево на борт, и торпеда прошла в метре от носа теплохода».
Боевые расчеты танкера «Донбасс», счастливо избежавшего участи «Азербайджана», записали на боевой счет два вражеских самолета, однако торпедоносец лейтенанта Каунмейера получил фатальные повреждения от контратаки американского эсминца «Уэйнрайт», а самолет лейтенанта Хеннемана был подожжен зенитными средствами транспортов «Беллингем» и «Эль Капитан». Два торпедоносца были повреждены – самолет обер-лейтенанта Скёнера не долетел до аэродрома Бардуфос и сел на воду в 30 километрах западнее Тромсё, его экипаж был спасен норвежскими рыбаками, второй экипаж привел свою машину с 25% повреждений на базу с убитым бортстрелком на борту. Вполне возможно, что именно по ним и вели огонь расчеты «Донбасса».
Вечером 4 июля 1942 года руководство сил прикрытия конвоя получило три печально известные радиограммы Первого морского лорда Д. Паунда:
· 21:11 Крейсерскому соединению отойти на запад полным ходом.
· 21:23 Ввиду угрозы надводных кораблей конвою рассредоточиться и следовать в русские порты.
· 21:36 Согласно моей от 21:23 конвою рассеяться.
О том, что эти сведения должны быть доведены через главу британской военно-морской миссии до командования советского Северного флота, никто не позаботился. 5 июля для усиления защиты конвоя в море вышли эсминцы «Сокрушительный», «Грозный» и «Гремящий», однако, не имея данных о новом местонахождении судов PQ-17, 7 июля израсходовали топливо в бесплодных поисках и были вынуждены вернуться в базу
Сначала транспорты конвоя бросились врассыпную, но потом начали стихийно сбиваться в небольшие группы под прикрытием оставшихся 12 оставшихся кораблей охранения – корветов, тральщиков и кораблей ПВО. 5 июля немецкие подводные лодки «волчьей стаи» «Морской черт» и самолеты KG30, KG26, KG40, K.Fl.Gr.906 и Aufkl.Gr.125 (See) принялись искать и уничтожать ставшие легкой мишенью суда «рассредоточенного» конвоя. Совместными действиями подлодок и авиации за одни сутки были уничтожены 11 транспортов и спасательное судно «Зафаран».
Капитан Павлов принял оригинальное, но верное решение – зная, что граница полярных льдов окутана плотным туманом, он направил свой танкер совместно с танкером «Азербайджан» сначала на север, а потом, расставшись с «Азербайджаном», пошел на восток, скрываясь в тумане от авиации и подлодок. Возможности по обороне были снижены – одно из старых американских орудий вышло из строя. Однако, утром 6 июля западнее пролива Маточкин Шар «Донбасс» подобрал с трех шлюпок 51 члена экипажа потопленного немецкой авиацией американского транспорта «Дэниэл Морган», среди которых были морские артиллеристы под командой лейтенанта ВМС США Мортона Вулфсона. Американцы смогли починить кормовое орудие, сами же встали к носовому. Остальные спасенные несли вахты вместе с советскими моряками.
Около 15-00 6 июля «Донбасс» был атакован немецкой авиацией в 260 милях к северу от мыса Канин Нос. Заградительный огонь не дал немецким летчикам прицельно отбомбиться по одинокому танкеру. Радист «Донбасса» Л. Платов отправил радиограмму о налете авиации, которая в 15-25 была принята узлом связи Беломорской флотилии (в своем отчете начальник Управления НКВД по Архангельской области майор государственной безопасности Мальков докладывает, что радиограмма дана без приказа капитана Павлова открытым текстом, однако это маловероятно). На помощь «Донбассу» вышел сторожевой корабль «Сапфир», который в 12-00 7 июля прибыл в точку предполагаемого нахождения «Донбасса», однако танкера там не обнаружил. Вскоре поступили уточненные координаты, и «Сапфир» лег на обратный курс, но через три часа был атакован сначала четырьмя, а потом восемнадцатью бомбардировщиками Ju-88, производившими поиск судов каравана PQ-17, получил серьезные повреждения, однако смог вернуться в базу.
Сам же «Донбасс», из-за которого «Сапфир» простоял в ремонте три с половиной месяца, отбился от атак авиации, причем расчет американцев повредил один Ju-88, и благополучно прибыл в Архангельск. Позже, 7 июля 1945 года уже коммандер Мортон Юджин Вулфсон был награжден орденом Отечественной войны I степени.
Вспоминает В.В. Дремлюг - кандидат географических наук, Почетный полярник.
2 июля 1942 года гидрографическое судно «Мурманец» вышел в рейс из Архангельска. Жизнь на судне шла своим чередом, распределили вахты. Мне досталась "собачья" – с 0 до 4 и с 12 до 16 часов. Через несколько суток мы повстречали грузно сидящий на воде танкер "Донбасс". С него нам сообщили, что он следовал в составе конвоя PQ-17, который подвергся нападению немецких подводных лодок и торпедоносцев. Хотя танкер имел значительные повреждения, он отказался от помощи и проследовал в Архангельск. Позднее стало известно, что его экипаж отбил 13 атак немецких самолетов и подводной лодки, сбил 2 вражеских самолета и еще, в этой тяжелейшей обстановке, подобрал 51 моряка с потопленного американского транспорта.
Докладная записка начальника Управления НКВД по Архангельской области майора государственной безопасности Малькова (из книги В.С.Христофорова «Секреты Российского флота. Из архивов ФСБ»):
Управление НКВД по Архангельской области Народному комиссару внутренних дел СССР Генеральному комиссару государственной безопасности СССР товарищу Л. Берия
Гор. Москва
ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА
О следовании и прибытии в город Архангельск
каравана иносудов № 17
(В документе сохранены стиль и орфография оригинала.)
По агентурным и официальным данным нами выявлено, что формирование и отправка каравана № 17 из Исландии в СССР не являлись секретом для портовых жителей Исландии. Последние были осведомлены о сроке выхода каравана, о количестве грузовых и военных судов и какие грузы отправляются в СССР. Все это позволило немецкой разведке в Исландии своевременно передать необходимые данные о караване и, как факт, за несколько дней до выхода каравана из Исландии, разведкой Северного флота и БВФ в Баренцевом море отмечено появление большого количества подводных лодок и активность разведывательной авиации противника.
Штабу БВФ о выходе из Исландии в Архангельск каравана №17 стало известно от старшего морского офицера английского флота в гор. Архангельске капитана Монд.
19 июня сего года в Исландии для отправления в СССР подготовлено 35 транспортов, кроме того подготовлено еще 9 транспортов, на случай, если какой-либо из намеченных к отправке транспортов по тем или другим причинам выйдет из строя.
24 июня сего года капитан Монд в адрес командующего БВФ — вице-адмирала Степанова, сообщал, что по полученным им данным эскорт 17 каравана будет состоять из следующих кораблей: 4 противолодочных траулеров, 6 эсминцев, 4 корветов, 1 подводной лодки, 3 кораблей ПВО, 3 спасательных судов. Кроме того прикрывающие силы будут состоять из крейсеров английских «Лондон», «Нордфолк» и американских: «Вичета», «Тускулуза», также 3 эсминцев.
Дополнительно прикрытие будет состоять из: английского линкора «Дьюк Оф Йорк», американского линкора «Вашингтон», авианосца «Викториос», крейсеров «Нигерия» и «Ком-берленд», а также 9 эсминцев.
27 июня 1942 г. караван в составе 36 торговых судов, под флагами: английским, американским и советским, трех спасательных судов, одного военного бункерного танкера и 14 сопровождающих военных кораблей, из Исландии вышел в Советский Союз.
Вскоре после выхода из Исландии три торговых парохода по неизвестным причинам вынуждены были возвратиться обратно.
В течение 5 дней караван шел до Медвежьего острова в полном порядке по намеченному курсу, а 1 июля в 10 часов утра, недалеко от Медвежьего острова был замечен немецкий разведывательный самолет. 2 июля разведывательный самолет появился снова и вечером того же дня был произведен первый налет. 3–4 немецких воздушных торпедоносца сбросили несколько торпед. В результате этого налета был потоплен п/х «Вильям Хупер» на котором находился груз в количестве 8400 тонн.
3 июля вечером, караван снова был атакован немецкими подводными лодками (количество их не установлено), но эта атака не причинила шедшему каравану никакого ущерба.
4 июля в 14 часов дня у северной части Медвежьего острова на караван судов снова был произведен воздушный налет в составе 7 самолетов «Фокке-Вульф» и в 18 часов этого же дня налет был повторен, во время которых были потоплены пароходы: «Наварко» с грузом 2237 тонн и «Даниэль Мур» с грузом 8144 тонны. После этого налета по распоряжению командора, получившего приказание от Адмиралтейства, караван рассредоточился группами, с заданием самостоятельно следовать в порт назначения или порты укрытия. Сопровождавший караван эскорт, дойдя до Медвежьего острова, повернул обратно и ушел по направлению к Исландии.
Наличие такого распоряжение Английского Адмиралтейства подтверждается следующими документами, поступившими в штаб БВФ от капитана Монд.
Эскорту… 17.. 67 Главнокомандующему Британским флотом 116. От Адмиралтейства. Ввиду угрозы со стороны подводных кораблей противника, конвою необходимо рассредоточиться и следовать в русские порты.
…47 от Адмиралтейства. Передаю повторение моего 2112/4, адресованного… главкому отечественного флота… 47 от Адмиралтейства. Крейсерам уходить на запад на большой скорости.
Об уходе эсминцев эскорта конвоя видно из следующего документа поступившего от капитана Монд на имя командующего БВФ от 7 июля сего года.
«На основании имеющихся сведений, можно заключить, что эсминцы эскорта 17 получили приказание возвратиться в Скапа-Флоу».
Таким образом эсминцы эскорта и тяжелые корабли по распоряжению Английского Адмиралтейства из состава охранения конвоя 4 июля ушли на запад. Транспорты конвоя и оставшийся эскорт также по распоряжению Английского Адмиралтейства рассредоточились и пошли самостоятельно без охраны от подводных и воздушных сил противника.
13 июля 1942 г. капитан Монд в документе адресованном Адмиралтейству, старшему британскому офицеру на Севере России, командующему британской флотилии адмиралу Майжс, старшему британскому офицеру в Исландии, пишет: «В 20.30 (местного времени) 4 июля конвою приказано разойтись в точки 76 градусов 00 минут СШ и 27 градусов 14 минут ВД. Трудно сказать, что произошло после этого, так как конвой разбился на отдельные суда или небольшие группы, ясно, что подлодки были готовы к такому стечению обстоятельств. Они поддерживались авиацией, на долю которой досталась большая часть не эскортируемых судов».
Каких-либо данных, говорящих о том, чем вызвано распоряжение Английского Адмиралтейства об отзыве тяжелых кораблей и эсминцев из состава охранения каравана в нашем распоряжении нет. О выходе немецкой эскадры для действий против каравана № 17 Английское Адмиралтейство знало, это видно из приказания о рассредоточении каравана и приказа командующего Северным флотом вице-адмирала Головко от 5 июля сего года, где указано: «Что поданным английской разведки корабли противника: «Тирпиц», «Шеер», «Лютцов», «Хиппер» в сопровождении эсминцев, 3 июля в 14 часов вышли для действий против конвоя № 17. По тем же данным обнаружено 10 подлодок противника к востоку от Медвежьего острова».
5 июля сего года в 18 ч. 05 мин. на 71 градусе 21 минуты СШ и 27 градусе 00 минут ВД подводная лодка Северного флота торпедировала двумя торпедами немецкий линкор «Тирпиц», вследствие чего по данным радиоразведки Северного флота и БВФ, немецкая эскадра ушла в норвежские порты.
Английские же военно-морские силы, не вступив в боевое соприкосновение с эскадрой противника, оставили конвой.
Также совершенно не ясно, чем вызвано распоряжение Английского Адмиралтейства о рассредоточении каравана, так как даже при наличии оставшегося охранения в составе: 2 кораблей, 3 противолодочных траулеров, 4 тральщиков, 3 корветов, которые пришли на Новую Землю, а затем в Архангельск, можно было оказать серьезное сопротивление подводным лодкам и авиации противника.
По данным радиоразведки Северного флота и БВФ против разрозненных групп и отдельных транспортов каравана действовало до 16 подводных лодок противника, а также значительное количество авиации, доходившее в отдельных налетах до 40 самолетов.
В результате, оставшись без охраны небольшие группы судов и отдельные суда явились хорошим объектом для нападения неприятельской авиации и подводных лодок, при дальнейших атаках неприятеля караван № 17 понес значительный урон.
По официальным и агентурным данным, из каравана №17 потоплено 21 судно. Таким образом из общего количества тоннажа, шедшего с грузом 167 010 тонн, доставлено только 56.012 тонн или 29,9%.
В Архангельском и Молотовском портах на 30 июля находится 11 торговых пароходов, из них 7–9 июля прибыли:
«Ошенфриден» с грузом — 2830 тонн;
«Белленген» — 5815 тонн;
«Самуэль-Ченз» — 8228 тонн;
«Донбасс» (танкер) — 8500 тонн.
26–30 июля прибыли:
«Азербайджан» (танкер) с грузом — 7600 тонн;
«Бенджамен-Хариссон» — 6600 тонн;
«Вильстон Салем» — 7500 тонн;
«Айрон Кленд» — 4972 тонн;
«Сильф-Форд» — 4895 тонн;
«Трубадор» — 5543 тонн;
«Эмпаер-Тайд» — 1129 тонн.
До настоящего времени точно не установлено где находится п/х «Карлтон» с грузом 4862 тонны.
Старший военно-морской офицер в гор. Архангельске капитан Монд, разбирая в беседе с уполномоченным Наркомвнешторга Герасимовым причины серьезных потерь караваном № 17, возложил всю вину на преждевременное решение Английского Адмиралтейства, последовавшее 4 июля 1942 г. об отзыве конвойных судов от каравана и приказ капитанам торговых судов рассыпаться поодиночке, самостоятельно защищая себя имеющимся вооружением, а также следовать в порты назначения или укрытия.
В этой же беседе капитан Монд подверг резкой критике военно-морские власти Англии, при этом заявил, что:
«Эта грязная операция войдет в историю как черная страница на совести английского военно-морского флота. Временами хочется сказать, как мне стыдно перед лицом английских морских офицеров носить их звание».
Капитан американского парохода «Минотавр» в беседе по вопросу о потерях каравана № 17, заявил: «Охранять караван взялись как и прежде англичане, а не американцы и они дали явно недостаточную охрану против воздушных нападений.
С каждым новым караваном потери увеличиваются. Так, например, в караване № 15 были потеряны 3 судна, в караване № 16–7 судов и в последнем — 21 судно. Это говорит о том, что разведка врага стала работать лучше, а у союзников, видимо, увеличилась утечка секретных сведений. Откуда происходит эта утечка — из Лондона, Мурманска или Архангельска — сказать трудно, но она несомненно есть. Англичане вообще очень медлительны и неоперативны. Этим надо объяснить плохую организацию охраны караванов. По возвращении в Америку, капитаны американских судов будут протестовать перед своим правительством против столь плохой охраны караванов и будут требовать участия американской охраны для последующих караванов».
В связи с такими большими потерями судов, среди англичан и американцев, находящихся в Архангельске, создается мнение о бесцельности дальнейшей посылки караванов этим путем.
Помощник старшего военно-морского офицера в Архангельске Говард заявил: «Англия и Америка очень хотят помогать России, но если будет гибнуть так много судов, то посылка их в дальнейшем бесполезна».
Секретарь Американской миссии в Архангельске Мак Гиннис заявил, что: «Если не будет усилена защита караванов, то очевидно посылка их будет прекращена, так как процент гибнущих судов слишком велик».
Имея в своем распоряжении агентурные материалы о поведении команд отдельных союзных и советских торговых судов во время столкновения с подводными и воздушными силами противника, следует отметить, что:
17 июля с. г. в 21 ч. 40 минут при налете самолета противника на стоящие в проливе Маточкин Шар суда каравана, команда американского п/х «Айрон Клед» спустила шлюпки, набрала продукты и покинула судно, тогда как в это судно попаданий не было и оно находилось у берега под охраной нашего и английского кораблей и береговой батареи.
Американский п/х «Вильстон Салем», дойдя до бухты Литке (Новая Земля), сел на мель, команда покинула судно, предварительно приведя в негодность материальную часть вооружения. Только после вмешательства Героя Советского Союза полковника Мазурук, который прибыл на место катастрофы на самолете, команда обратно возвратилась на судно.
Также установлено, что после потопления того или другого судна, к находящимся на шлюпках командам подходили подлодки или гидросамолеты противника, где производили выяснения какое судно потоплено, какой был груз и т.д. В отдельных случаях противником брались пленные, так, например: на судне «Эмпайр Байрон» в СССР направлялся капитан танковых войск английской армии Ремингтон, который по его словам, имел чертежи новых английских танков «Черчилль» для доставки их в СССР. Ремингтон был взят в плен подлодкой противника из спасательной шлюпки.
По данным английской военно-морской миссии в Архангельске, капитан английского Флота Дженсон, также взят в плен немецкой подлодкой.
Советский танкер «Донбасс» мужественно и умело отбивал атаки вражеской авиации. В то же время на танкере, имел место факт трусости и паники. 7 июля находясь на подходе к горлу Белого моря, радистом Платовым, без разрешения капитана судна дана радиограмма бедствия, тогда как это не вызывалось необходимостью. Радиограмма передана открытым текстом и могла быть перехвачена противником.
По этому вызову из Иоканьгской базы БВФ на помощь «Донбассу» вышел СКР-30, который на пути следования подвергся атаке 18 самолетов противника, в результате чего корабль получил серьезные повреждения.
Водный отдел НКВД в Архангельске по этому факту проводит расследование для привлечения виновных к ответственности.
Танкер «Азербайджан» имел торпедное попадание, своим ходом прибыл в Архангельск. После атаки и повреждения часть команды этого судна струсила и высадилась на шлюпке, в числе которых есть военнослужащие из военной команды. По этому факту расследование проводит Архангельский погранотряд, так как военная команда «Азербайджана» состояла из числа пограничников.
Одновременно установлено, что прием и обслуживание прибывшего в гор. Архангельск каравана № 17 со стороны морского штаба Северной флотилии были организованы неудовлетворительно. 16 июля с. г. капитан Монд при посещении уполномоченного Наркомвнешторга Герасимова Зам. Наркома Внешней торговли Степанова, в беседе с ними возмущался нерадивым отношением морского штаба Северной флотилии к обслуживанию иносудов, привел следующие примеры:
1. В Архангельский порт ожидалось прибытие 6 военных кораблей для пополнения запасов бункерного топлива, в связи с чем капитан Монд запросил морской штаб где и в какой мере будут снабжены топливом прибывающие суда английской флотилии и получил ответ, что для этой цели подготовлен советский п/х «Буг», который должен снабдить топливом прибывающие военные корабли.
На вопрос Монда, сколько находится бункерного мазута на «Буге», он получил ответ, что мазута имеется 1800 тонн.
Удовлетворенный этим ответом, капитан дал указание уже входящим к этому времени в порт английским военным кораблям, подходить поочередно к «Бугу» для бункерного топлива. Через некоторое время капитан Монд получил сообщение от командира первого подошедшего к «Бугу» корабля сообщение о том, что на «Буге» имеется всего 80 тонн бункерной нефти. Говоря об этом случае, Монд заявил, что вполне ясно для каждого к чему могло привести, если бы прибывающие суда шли бы в порт исключительно за бункером с тем, чтобы немедленно выйти в море для выполнения боевых операций, выход которых в море был бы сорван морским советским штабом только потому, что там не знают, что в километре от них стоящее советское судно для снабжения военных судов вместо 1800 тонн бункера имеет на борту всего лишь 80 тонн.
2. Командир соединения английских военных судов капитан Кромби получил распоряжение срочно выйти в море для встречи в определенном секторе с советским танкером «Донбасс» и принять его под защиту от оперирующих в районе горла Белого моря германских подводных лодок. Выход в море был назначен на 18 час 30 мин. Утром этого же дня капитан Монд обратился в штаб флотилии к капитану 2-го ранга Блинову о предоставлении катера к 17 часам для доставки капитана Кромби на борт военного корабля, стоявшего у острова Бревенник и получил заверение от капитана Блинова о том, что доставка капитана Кромби будет обеспечена катером Ш-3 ровно в 17 часов. Однако, катер был предоставлен с большим запозданием, в связи с чем выход соединения военных кораблей был задержан на 2 часа. В результате танкер «Донбасс» уже атакуемый с воздуха, был принят под защиту военных кораблей с большим опозданием и если бы задержка, как пояснил капитан Монд, в предоставлении катера, затянулась еще на некоторое время, танкер «Донбасс» мог быть потоплен. Подоспевший военный корабль своевременно потопил подводную лодку.
С 10 июля 1942 г. в город Архангельск начали прибывать спасенные моряки погибших английских и американских судов. На 1 августа 1942 года прибыло 1147 человек, которые размещены следующим образом:
Гостиница «Интурист» — 585 человек;
Общежитие школа № 4–353 человек;
Общежитие школа № 49–145 человек. На излечении в трех госпиталях города находится 124 человека.
Организация обслуживания торговых иноморяков возложена на уполномоченного Внешторга Герасимова, который осуществляет это через аппарат «Интурист».
Некоторое недовольство среди иноморяков было проявлено в связи с тем, что первые пять дней их одели в нижнее белье и халаты, так как верхней одежды не было, а их была отправлена на дезинфекцию. Будучи совершенно здоровыми, они тяготились госпитальным режимом, уходили без разрешения из помещения и бродили по улицам города в белье и халатах.
Помощник старшего военно-морского офицера в Архангельске Говард, высказывая свое возмущение по этому вопросу, заявил:
«Если бы русские моряки были спасены в море и доставлены в Англию или Америку, их бы немедленно одели в хорошие костюмы и даже дали бы по чемодану со всеми необходимыми вещами, а здесь наши спасенные моряки ходят оборванные в нижнем белье и халатах и о них нет никакой заботы. Настроение у команд спасенных с погибших кораблей очень плохое, матросы не имеют костюмов, у них очень мало сигарет, кормят их неудовлетворительно».
Установлен ряд случаев не лояльного и преступного отношении иностранных команд к советским морякам, а также факты прямого саботажа команд пароходов при разгрузке их в Архангельском порту. Так, например:
Среди моряков спасшихся с голландского судна «Пауль-Портер», плавающего под английским флагом, прибывших на шлюпках к безлюдным берегам Новой Земли было 8 советских моряков с п/х «Киев». Подойдя к берегу 3 человека советских моряков во главе с помполитом Войковым пошли на разведку местности. В это время голландцы по команде третьего штурмана Ван-дер-Линдена отошли от берега на шлюпках в море несмотря на просьбы оставшихся 3 чел. советских моряков подождать ушедших и взять их в шлюпки. Все же штурман Ван-дер-Линден не принял во внимание просьбу и советские моряки остались на берегу без продуктов питания и одежды. На поиски оставшихся моряков тов. Папаниным послан специальный самолет для розыска и спасения этих моряков.
В Молотовский порт 14 июля подошел американский п/х «Самуэль Чейз» с грузом для разгрузки. Капитан этого парохода, Мартен (бывший береговой лоцман каботажа в возрасте 65 лет) 15 часов не разрешал приступать к разгрузке судна, мотивируя тем, что команда в пути слишком устала.
Когда на судно явилась комиссия погранотряда и таможни, тогда капитан проявлял недовольство комиссии, заявил, что он считает беззаконием когда к нему, как к представителю союзников являются за каким-то осмотром и не дают ему отдохнуть. После этого в знак протеста на два часа закрыл пар, не давая его в лебедки. Вследствие чего разгрузка была приостановлена. В течение 4 дней работы по разгрузке судна до 20 июля капитан несколько раз приостанавливал разгрузку судна, выключая пар и все судовые механизмы, прибегая к этой мере по несколько раз в день, не имея на это никаких причин. При малейшем поводе, как например, кто-либо крикнул громко на судне, капитан предъявляет ультиматум к властям порта, что его нервируют криком и стуком на судне и приводит в действие свой ультиматум, прекращая разгрузку судна. Так, в течение дня он выключал пар 3 раза. В итоге на судно был вызван для урегулирования спорных вопросов представитель английской миссии.
При выгрузке с судна стальных цельнотянутых труб и в связи с тем, что они 14 метров длины, подведенный кран поднять ношу этих труб высоко не может, по халатности крановщиков, концами труб была задета судовая шлюпка и в борту ее сделана вмятина.
В связи с этим капитан остановил разгрузку судна на 5 часов и согласился продолжать ее тогда, когда вмятина в шлюпке была исправлена.
Среди иноморяков ряда торговых судов имеются также лица, резко антисоветски настроенные. Последние проводят пропаганду о якобы идущих каких-то тайных переговорах между Советским Союзом и Германией.
Считаю необходимым отметить, что между американскими и английскими моряками наблюдаются трения, доходящие до отдельных конфликтов. Первые резко высказываются по поводу того, что англичане по их мнению хитрят и думают только о собственной шкуре и прибыли. Они также заявляют, что когда их суда конвоируются русскими, они спокойны, англичанам же они не доверяют, так как англичане трусливы и предатели по своей натуре. Рядовые английские моряки весьма резко высказываются о руководителях своего правительства.
В качестве своих предложений считал бы необходимым поставить перед Вами вопрос об организации на острове Новая Земля военной базы, в число которой должно входить некоторое количество авиации и военных кораблей.
Как показал опыт 17 конвоя, многие транспорта при активных действиях противника нашли себе укрытие на острове Новая Земля.
Учитывая, что транспорта и последующие конвои в трудных условиях, очевидно будут пользоваться заливами Новой Земли или проходить вблизи ее, появляется срочная необходимость иметь там нашу авиацию и военные корабли.
Вследствии организации вышеуказанных мероприятий, будут прекращены безнаказанные действия противником как это имело место 27 июля 1942 г. когда в губу Кармакулы вошла подводная лодка противника и артогнем обстреляла берег, а оказать какое либо сопротивление противнику было нечем.
Начальник управления НКВД АО
майор государственной безопасности Мальков.
6 августа 1942 г. №3/1790
4 ноября 1942 года танкер «Донбасс» под командованием капитана Виталия Эмильевича Цильке вышел из бухты Белушьей (Новая Земля) одиночным порожним рейсом на Рейкьявик, где должен был войти в состав очередного конвоя. 5 ноября танкер был атакован одиночным бомбардировщиком, но действуя огнём средств ПВО и манёвром смог избежать попаданий авиабомб.
7 ноября в 13:58 (время берлинское) в районе островов Надежды и Медвежий, в точке с координатами 76°25" северной широты, 45°54" восточной долготы неожиданно из надвигающихся сумерек появился военный корабль и с большой дистанции обрушил на танкер артиллерийский огонь.
Это был немецкий эсминец Z-27, вышедший в море 5 ноября в рамках операции «Надежда», проводимой эскадрой вице-адмирала О. Куммеца в составе: тяжелый крейсер «Адмирал Хиппер», эсминцы «Фридрих Экольдт», «Рихард Байтцен», Z-27 и Z-30. В 5.15 7 ноября Z-27 внезапной атакой, в ходе которой немцы израсходовали 46 150-мм снарядов и две торпеды (обе прошли мимо), потопил советский сторожевой корабль СКР-23 (бывший рыболовный траулер РТ-57 «Смена», командир старший лейтенант Е.М.Фролов), занимавший позицию на трассе движения судов. Ответного огня сторожевик не вел. В плен попали 43 члена его экипажа, поднятые из воды.
Шансов у танкера против военного корабля не было. Четырем орудиям калибра 150-мм немецкого эсминца «Донбасс» мог противопоставить только 2 орудия калибра 76-мм, уйти от эсминца, имевшего максимальную скорость 35 узлов, было невозможно. Кроме того, еще предстояло оторваться от немецкой эскадры, имевшей радиолокаторы. Тем не менее, экипаж танкера вступил в неравный бой. От вражеских снарядов вышли из строя все агрегаты машины, прервалась внутренняя связь, в топливных танках загорелась нефть. Огнем охватило машинное отделение и котельное. Вскоре загорелись кормовые надстройки, а затем и центральные.
Из воспоминаний капитана танкера «Донбасс» В.Э. Цильке: «И тут, уже вечером, из темноты неожиданно возник военный корабль. Он быстро приближался с кормы, уклоняясь немного вправо. Не зная национальности корабля, я скомандовал влево, держа в боевой готовности пушки и пулеметы. Корабль резко перешёл на наш левый борт и открыл огонь. Одновременно ответили и мы. Попав под обстрел, неприятель моментально удалился из зоны действия наших пушек и, пользуясь превосходством артиллерии, с большой дистанции обрушил на танкер ураганный огонь из орудий большого калибра… Первые же вражеские снаряды вывели из строя многие механизмы, прервали связь, в топливных танках загорелась нефть. Пламя, чёрный дым охватили машинное отделение и кормовые надстройки. Главные машины остановились, судно превратилось в неподвижную мишень. Видя, что танкер не тонет и продолжает отстреливаться, взбешённые фашисты выпустили две торпеды. Судно сильно подбросило, корпус разламывался пополам. Взрывной волной и хлынувшей на мостик водой меня сбило с ног. Вскочив, увидел, что носовая часть танкера медленно погружается. Я приказал всем перейти на корму и бросился в свою каюту, забрал из сейфа документы. Носовая часть окончательно отделилась и пошла на дно. Корма еще держалась. Уцелевшая пушка продолжала стрелять. Но кончились боеприпасы. Правда, через несколько минут пушка вновь заговорила, послала по врагу два последних снаряда, ранее давших осечку. И опять вражеские залпы…Я приказал экипажу покинуть судно, вернее, его остатки. Вместе с помполитом Морозовым мы убедились, что на борту остались только мёртвые, и сошли на небольшой плот, сбитый матросами из деревянных обломков. В ярком свете горящего танкера фашисты расстреливали плот. В числе убитых оказался Морозов. Наш примитивный плот с оставшимися в живых шестнадцатью моряками понесло ветром на север. Неожиданно подошел эсминец и взял всех нас на борт. Так мы оказались в плену».
Через две минуты после того, как Z-27 открыл огонь, «Донбасс» получил два торпедных попадания в центр корпуса. Горящий танкер переломился пополам, но пытался отстреливаться. Вскоре артиллерия эсминца подавила огневые средства «Донбасса», огонь с танкера прекратился, и неравный бой превратился в расстрел. Однако, пустые танкеры тонут неохотно, и «Донбасс» упрямо продолжал держаться на поверхности моря. Продолжая «отличную тренировку» (как было отмечено в вахтенном журнале Z-27), командир эсминца корветтен-капитан Г.Шульц приказал выпустить еще две торпеды, попавшие в носовую часть. Она окончательно отломилась до носового мостика и ушла на дно. Капитан Цильке приказал оставшимся в живых членам команды оставить пылающие обломки судна.
49 членов команды танкера погибли, 15 человек, включая капитана, старшего помощника и одну из пяти женщин в экипаже, были взяты в плен. Советские моряки сначала попали в лагерь для военнопленных в Норвегии, а позже были переправлены в лагерь в Польше. Перед гибелью судна экипаж успел дать в эфир две радиограммы, благодаря которым был изменён маршрут отдельных судов. Эскадра Кумметца осталась без добычи и вынуждена была уйти обратно в Альтен-фьорд.
Помимо членов команды на борту танкера находился советский разведчик-нелегал Арнольд Генрихович Дейч, который должен был проникнуть из Мурманска в Аргентину. Дейч был весьма успешным разведчиком, ему удалось создать ядро сети советских агентов в Великобритании, так называемой, «Кембриджской пятёрки». Пятеро агентов занимали высокие посты в британской разведке и дипломатических структурах. Бывший директор ЦРУ Аллен Даллес называл «Кембриджскую пятёрку» «самой сильной разведывательной группой времён Второй мировой войны». В этот трагичный день Дейч участвовал в бою с эсминцем в составе артиллерийского расчета носового орудия танкера. В момент взрыва торпед он с уже перебитыми осколками снаряда ногами был там. Погиб вместе с танкером.
Позже в честь «Донбасса» было названо три танкера, полученные по ленд-лизу из США.
А за тренировку по расстрелу практически беззащитного «Донбасса» корветтен-капитан Шульц и его Z-27 расплатились сполна 28 декабря 1943 года в Бискайском заливе под снарядами британских крейсеров HMC «Глазго» и HMC «Энтерпрайз». Символично, что в условиях шторма немецкое соединение эсминцев и миноносцев, столкнувшееся с британскими крейсерами, также как и «Донбасс» не могло ни уйти, ни эффективно вести огонь.
Спасибо за уделённое время! Читайте следующие статьи, выражайте своё мнение.